Документ взят из кэша поисковой машины. Адрес
оригинального документа
: http://www.pereplet.ru/history/Russia/USSR/1936-1941/buh-tro/utro11-5-38.html
Дата изменения: Unknown Дата индексирования: Mon Apr 11 10:05:23 2016 Кодировка: UTF-8 Поисковые слова: п п п п п п п п п п п п |
|
Комендант суда. Суд идет, прошу встать.
Председательствующий. Садитесь, пожалуйста. Заседание продолжается.
Слово имеет Прокурор Союза ССР товарищ Вышинский.
Вышинский. Товарищи судьи, члены Военной Коллегии Верховного
Суда Союза ССР!
Приступая к своей обвинительной речи по настоящему делу, представляющему
собой исключительное явление, имеющему чрезвычайное общественно-политическое
значение, я хотел бы раньше всего остановить ваше внимание на некоторых
отличительных чертах этого дела, на некоторых выдающихся его особенностях.
Не в первый раз Верховный Суд нашей страны рассматривает дело о тягчайших
преступлениях, направленных против блага нашей родины, против нашего социалистического
отечества - отечества трудящихся всего мира. Но едва ли я ошибусь, сказав,
что впервые нашему суду приходится рассматривать такое дело как это, рассматривать
дело о таких преступлениях и таких злодействах, как те, что прошли перед
вашими глазами, что прошли перед глазами всего мира на этом суде, о таких
преступниках, как эти преступники, сидящие сейчас перед вами на скамье
подсудимых.
С каждым днем и с каждым часом развертывавшееся судебное следствие
по настоящему делу показывало все больше и больше, все страшнее и страшнее
цепь позорных, небывалых, чудовищных преступлений, совершенных подсудимыми,
всю отвратительную цепь злодеяний, перед которыми меркнут и тускнеют злодейства
самых закоренелых, самых гнусных, самых разнузданных и подлых преступников.
В самом деле, какой судебный процесс из всех тех, которых, в силу условий
классовой борьбы и ожесточенного сопротивления Делу социализма со стороны
наших врагов, прошло у нас за последнее время немало, может сравниться
с нынешним процессом по чудовищности, наглости и цинизму преступлений,
совершенных этими господами!
В каком другом процессе удалось вскрыть и обнаружить с такой силой
и глубиной подлинную природу этих преступлений, с такой силой сорвать с
лица негодяев их коварные маски и показать всему нашему народу и всем честным
людям всего мира звериное лицо международных разбойников, искусно и умело
направляющих руку злодеев против нашего мирного социалистического труда,
воздвигнувшего новое, счастливое и радостно-цветущее социалистическое общество
рабочих и крестьян!
Уже это одно обстоятельство говорит достаточно ясно о громадном общественно
- политическом значении этого процесса, о том, что данный процесс представляет
собой выдающееся явление, что данный процесс имеет значение историческое.
В чем заключается историческое значение данного процесса? В чем заключаются
некоторые его особенности?
Историческое значение этого процесса заключается раньше всего в том,
что на этом процессе с исключительной тщательностью и точностью показано,
доказано, установлено, что правые, троцкисты, меньшевики, эсеры, буржуазные
националисты и так далее и тому подобное являются не чем иным, как беспринципной,
безыдейной бандой убийц, шпионов, диверсантов и вредителей.
Ровно год назад товарищ Сталин, анализируя недостатки нашей работы
и указывая меры ликвидации троцкистских и иных двурушников, говорил:
"Два слова о вредителях, диверсантах, шпионах и т. д. Теперь, я думаю,
ясно для всех, что нынешние вредители и диверсанты, каким бы флагом они
ни маскировались, троцкистским или бухаринским, давно уже перестали быть
политическим течением в рабочем движении, что они превратились в беспринципную
и безыдейную банду профессиональных вредителей, диверсантов, шпионов, убийц.
Понятно, что этих господ придется громить и корчевать беспощадно, как врагов
рабочего класса, как изменников нашей родине. Это ясно и не требует дальнейших
разъяснении".
Прошел год. На примере настоящего процесса мы видим, как глубоко прав
был товарищ Сталин в своей оценке троцкистов и бухаринцев.
Троцкисты и бухаринцы, то есть "право-троцкистский блок", верхушка
которого сидит сейчас на скамье подсудимых, это-не политическая партия,
не политическое течение, это банда уголовных преступников и не просто уголовных
преступников, а преступников, продавшихся вражеским разведкам, преступников,
которых даже уголовники третируют, как самых падших, самых последних, презренных,
самых растленных из растленных.
Так называемый "право-троцкистский блок"-это организация шпионажа,
диверсий, вредительства, политических убийств и распродажи своей родины
врагам.
У блока нет ничего идейного, ничего, так сказать, "духовного", ничего
идеологического. Что когда-то в какой-то мере у некоторых из участников
этого блока было, то давным-давно растеряно, утрачено, давным-давно исчезло,
истлело в смрадном, отвратительном шпионском подполье.
Правда, некоторые из подсудимых, особенно подсудимый Бухарин, делали
на этом процессе не раз попытки сохранить, как говорят французы, хорошую
мину при плохой игре, принять вид "идейных" людей, прикрыть свою бандитско-уголовную
деятельность всякого рода "философскими", "идеологическими" и тому подобными
разговорами.
Бухарин пытался здесь весь кошмар своих гнусных преступлений свести
к каким-то "идейным установкам", о которых он пробовал говорить длинные
и напыщенные речи. Бухарин говорил здесь о разделении труда в этой шпионско-вредительской
организации, о каких-то "программных пунктах", о какой-то "идейной ориентации",
хотя-добавлял он-идейной ориентации на кулачество.
Свою собственную роль в этой банде Бухарин пробовал изобразить, как
роль "теоретика". На четвертый день процесса, когда уже были полностью
разоблачены уголовно-шпионские преступления этого, так называемого, блока,
он не постеснялся заявить буквально следующее:
"Я главным образом занимался проблематикой общего руководства и идеологической
стороной, что, конечно, не исключало ни моей осведомленности относительно
практической стороны дела, ни принятия целого ряда с моей стороны практических
шагов".
Извольте оценить роль этого господинчика, занимающегося якобы не руководством
всевозможных и при том самых чудовищных преступлений, а "проблематикой"
этих преступлений, не организацией этих преступлений, а "идеологической
стороной" этого черного дела. Оцените роль этого господинчика, который
ведет самую оголтелую вредительско-подрывную работу, используя, по собственному
признанию, все трудности Советской власти, который готовит и кует черную
измену родине, готовит поражение своей страны в войне с фашистскими врагами
и думает прикрыть свою измену развязной и циничной болтовней об использовании
войны, которая "прогностически стояла в перспективе". Оцените роль этого
господинчика, болтающего о том, что обер-бандит и англо-германский шпион
Троцкий уже в 1932 году сбросил свой, как сказал здесь Бухарин, "левацкий
мундир" и что он, Бухарин, вместе с Рыковым и Томским вооружили эту банду
преступников своей "идеологией".
Схваченный за руку, пойманный с поличным Бухарин призывает в свидетели
самого Гегеля, бросается в дебри лингвистики, филологии и риторики, бормочет
какие-то ученые слова, лишь бы как-нибудь замести следы. Но он не выдерживает
и свой учено-бредовый лепет оканчивает признанием:
"Мы все превратились в ожесточенных контрреволюционеров, в изменников
социалистической родины, мы превратились в шпионов, террористов, реставраторов
капитализма. Мы пошли на предательство, преступление, измену. Мы превратились
в повстанческий отряд, организовывали террористические группы, занимались
вредительством, хотели опрокинуть Советскую власть пролетариата".
Бухарину к этому надо было добавить: "Мы превратились в полицейское
отделение японо-германской разведки, мы превратились в бесстыдных торговцев
родиной".
Блок-это агентура иностранных разведок. Члены блока и его руководители
вроде Троцкого, который не сидит здесь на скамье подсудимых, Бухарина,
Рыкова, Ягоды, Крестинского, Розенгольца и рядовые его члены вроде Зубарева,
Максимова-Диковского и других- это рабы этих разведок, это невольники своих
хозяев.
Какая же здесь может быть идеология, какая "проблематика" или "прогностика",
теория или философия?
Философия, за дымовой завесой которой пытался здесь укрыться Бухарин,-это
лишь маска для прикрытия шпионажа, измены.
Литературно-философические упражнения Бухарина-это ширма, за которой
Бухарин пытается укрыться от своего окончательного разоблачения.
Философия и шпионаж, философия и вредительство, философия и диверсии,
философия и убийства-как гений и злодейство-две вещи не совместные!
Я не знаю других примеров,-это первый в истории пример того, как шпион
и убийца орудует философией, как толченым стеклом, чтобы запорошить своей
жертве глаза перед тем, как размозжить ей голову разбойничьим кистенем!
Историческое значение этого процесса заключается, в первую очередь,
в том, что он до конца разоблачил бандитскую природу "право-троцкистского
блока", его идейную выхолощенность, разоблачил, что блок-все эти правые,
троцкисты, меньшевики, эсеры, буржуазные националисты и так далее, и тому
подобное-все это наемная агентура фашистских разведок.
"Право-троцкистский блок"-это не политическая группировка, это банда
разведчиков, агентов иностранных разведок.
Это доказано полностью и неопровержимо. В этом громадное общественно-политическое
и историческое значение данного процесса.
"Право-троцкистский блок", сидящий сейчас на скамье подсудимых,-как
это со всей очевидностью показало судебное следствие,- это лишь передовой
отряд международного фашизма, это свора палачей и подпольных убийц, при
помощи которых орудует фашизм в разных странах, в первую очередь в Испании
и Китае.
Вот почему разоблачение "право-троцкистского блока", как шпионской
банды, имеет огромное значение не только для нашей социалистической революции,
оно имеет громадное значение для всего международного пролетариата. Оно
имеет громадное значение для дела мира во всем мире. Оно имеет громадное
значение для всей человеческой культуры, для борьбы за подлинную демократию
и свободу народов, для борьбы со всеми и всякими поджигателями войны, со
всеми международными провокациями и провокаторами.
Вот почему за ходом этого процесса с трепетным вниманием следят трудящиеся
массы всех стран мира, особенно же тех стран, где народ ведет героическую
борьбу за свою свободу против фашистского ига.
Бухарины и Рыковы, Ягоды и Булановы, Крестинские и Розен-гольцы, Икрамовы,
Ходжаевы и Шаранговичи под руководством Троцкого, под руководством германской,
японской, польской и других разведок делают свое черное дело по приказу
своих хозяев не только в нашей стране, но и в Испании, и в Китае, всюду,
где идет классовая борьба трудящихся, где идет борьба честных людей за
подлинную свободу, за подлинную демократию, за подлинную человеческую культуру.
Бухарины и Рыковы, Ягоды и Булановы, Крестинские и Розенгольцы, Икрамовы,
Шаранговичи, Ходжаевы и другие-это та же "пятая колонна", это тот же ПОУМ,
это тот же Ку-клукс-клан. Это один из отрядов фашистских провокаторов и
поджигателей войны, действующих на международной арене.
Разгром этого отряда-великая услуга делу мира, делу демократии, делу
подлинной человеческой культуры.
Исключительное значение настоящего процесса, однако, не ограничивается
сказанным.
Здесь, на скамье подсудимых, сидит не одна какая-либо антисоветская
группа, агентура не одной какой-либо иностранной разведки. Здесь, на скамье
подсудимых, сидит целый ряд антисоветских групп, представляющих собой агентуру
разведок целого ряда враждебных СССР иностранных государств.
В этом "деле" завязли остатки всех антисоветских сил, групп и организаций,
завязли, по крайней мере, как это с точностью установлено судебным следствием,
четыре иностранных разведки: японская, германская, польская и английская
и, разумеется, все другие иностранные разведки, которые поддерживают с
указанными разведками дружественный, так называемый, оперативный контакт.
В самом деле, если говорить о Троцком, то его связь с Гестапо была
исчерпывающе доказана уже на процессах троцкистско-зиновьевского террористического
центра в августе 1936 года и антисоветского троцкистского центра в январе
1937 года. Теперь же доказано, что его связи с немецкой политической полицией
и разведками других стран относятся к значительно более раннему периоду
времени, что Троцкий был связан с германской разведкой уже с 1921 года.
Об этом совершенно точно показал Крестинский на настоящем судебном процессе.
Теперь доказано, что Троцкий был связан с английской разведкой "Интеллидженс
Сервис" с 1926 года. Об этом точно показал,-и это доказано,-обвиняемый
Раковский. Весь блок во главе с Троцким целиком состоял из одних иностранных
шпионов и царских охранников.
Бухарин и Рыков через своих сообщников были связаны с рядом иностранных
разведок, которых они систематически обслуживали.
Ягода, как мухами, был облеплен германскими, японскими и польскими
шпионами, которых он не только прикрывал, как это он сам здесь признал,
но через которых он вел шпионскую работу, передавая разведкам секретные
государственные материалы, продавая и предавая нашу страну этим иностранным
разведкам.
Крестинский, по собственному признанию,-германский шпион с 1921 года.
Розенгольц-один из руководителей троцкистского подполья, как установлено,
начал свою шпионскую работу для германского генерального штаба, как он
сам признал, в 1923 году, а для английской разведки, как он сам тоже признался
в этом преступлении,-в 1926 году.
Раковский-один из ближайших и особо доверенных людей Троцкого, по его
собственным показаниям, являлся агентом английской разведки "Интеллидженс
Сервис" с 1924 года и агентом японской разведки с 1934 года.
Чернов начал свою шпионскую работу в пользу Германии, по его собственному
показанию, в 1928 году, связавшись с германской разведкой по инициативе
и при содействии небезызвестного эмигранта-меньшевика Дана.
Шарангович был завербован и переброшен польской разведкой для шпионской
работы в СССР в 1921 году.
Гринько, по его собственным словам, стал шпионом германской и польской
разведок в 1932 году, а до этого поддерживал шпионскую связь с этими разведками,
особенно с польской разведкой.
Икрамов и Ходжаев через своих курбаши "работают" под руководством Бухарина
над организацией связей с резидентами английской разведки, над укреплением
которой немало поработал на среднеазиатских границах СССР небезызвестный
разведчик и авантюрист Лоуренс.
Потом идут провокаторы и агенты царской охранки-Зеленский, Зубарев,
Иванов. Иванов к тому же еще и английский шпион.
Прибавьте к этой компании группу отравителей-убийц Левина, Плетнева,
Казакова, Крючкова, Максимова-Диковского и других, связанных с ними, и
тогда морально-политический облик этого блока и каждого из его участников
станет ясным до предела.
Вот почему мы можем сказать-вот зловонная куча человеческих отбросов,
не останавливавшихся ни перед чем, не брезгавших ничем, готовых на все
- на взрывы заводов и железнодорожных поездов, на истребление скота, на
порчу хлеба, на убийство, шпионаж и измену.
Именно все эти качества, уголовно-политические и моральные, и сделали
правых и троцкистов таким ценным материалом для провокации, для разжигания
войны, для подлейших преступлений фашизма. Никто не умеет так маскироваться,
как они. Никто не овладел в такой мере мастерством цинического двурушничества,
как они.
Перед всем миром разоблачается теперь презренная предательская, бандитская
деятельность Бухариных, Ягод, Крестинских, Рыковых и прочих право-троцкистов.
Они продавали родину, торговали военными тайнами ее обороны, они были шпионами,
диверсантами, вредителями, убийцами, ворами,-и все для того, чтобы помочь
фашистским правительствам свергнуть Советское правительство, свергнуть
власть рабочих и крестьян, восстановить власть капиталистов и помещиков,
расчленить страну советского народа, отторгнуть национальные республики
и превратить их в колонии империалистов.
Таков был приказ их хозяев, и они выполняли этот приказ как могли,
стараясь изо всех сил.
Они старались изо всех сил поджечь наш родной дом с четырех концов,
торопились открыть ворота врагу, чтобы дорваться до власти, хотя бы ценой
иудиной измены, чтобы уничтожить плоды героического труда нашего народа,
построившего новое, социалистическое общество, чтобы вернуть власть помещиков
и капиталистов, на которых эти предатели работали, не покладая рук.
Таковы эти люди, таковы их планы и расчеты, таковы их позорные и чудовищные
преступления.
Подсудимый Бухарин хвастливо говорил здесь, что это они, правые, капиталистические
подпевалы, вооружили троцкизм "духовным" оружием теории реставрации капитализма.
О какой "теории" говорит Бухарин, этот прожженный политический плут
и один из крупнейших организаторов иностранного шпионажа
против СССР?
Как черт от ладана, Бухарин бежит от признания своей вины. Бухарин
отрицает здесь свою вину.
Но что стоит его отрицание этого преступления в свете признания им
своей вины в других тягчайших преступлениях, органически связанных с этим
преступлением?
Что стоит это отрицание в свете имеющихся у нас против Бухарина доказательств?
Напомню лишь, что в утреннем заседании 7-го марта Бухарин и Рыков были
полностью уличены в шпионских связях и в шпионской работе в пользу германской
и польской разведок.
Я напомню кратко диалог с Рыковым на утреннем заседании 7-го марта.
На следствии Рыков сказал, что:
"Червяков развернул в Белоруссии чрезвычайно активную деятельность.
В своих взаимоотношениях с поляками он и связанные с ним по нелегальной
деятельности сделали все практические выводы из этой нашей директивы".
Рыков это подтвердил и на суде. Его спрашивал на суде государственный
обвинитель:
"Следовательно, Червяков и люди, связанные с вами, имели систематическую
связь с поляками?
Рыков. Да.
Вопрос. Какая это связь?
Рыков. Там была и шпионская связь.
Вопрос. Шпионская связь в части вашей организации имелась с поляками
по вашей директиве?
Рыков. Конечно.
Вопрос. В том числе и Бухарина?
Рыков. Конечно.
Вопрос. Вы и Бухарин были связаны?
Рыков. Безусловно.
Вопрос. Значит, вы были шпионами?
Рыков. (Молчит).
Вопрос. И организаторами шпионажа?
Рыков. Я ничем не лучше шпиона.
Вопрос. Вы были организаторами шпионажа, были шпионами
Рыков. Можно сказать-да".
А Бухарин, при этих условиях, говорит о какой-то "теории", пытаясь "теоретически"
объяснить ход вещей, приведших правых в стан заклятых врагов Советской
власти и советского народа...
Эти объяснения незачем искать в бухаринской "теории". Их надо искать
в бухаринских преступлениях, хотя и прикрывавшихся чем-то вроде "теории".
Именно они, эти преступления, объясняют действительный ход вещей, действительную
логику событий и борьбы, поставивших лицом к лицу два мира, два блока -
блок изменников, наймитов иностранного капитала, разоблаченный и раздавленный
сейчас гневом и мощью великой Советской страны, блок предателей, покрытых
вечным презрением, позором и проклятием миллионных масс трудящихся народа
всего мира,- и блок советских патриотов, великих и непобедимых в любви
к своей родине, выдержавших не одну историческую битву с врагами, готовых
под руководством Коммунистической партии и великого Сталина дать сокрушительный
отпор любому врагу в любых условиях, в любое время, откуда бы он ни появился,
несмотря ни на какую измену, ни на какое предательство.
Значение настоящего судебного процесса определяется, разумеется, и
теми уроками, которые неизбежно необходимо извлечь всем нам, патриотам
Советской земли, из этого процесса.
Наша родина наслаждается счастьем социалистической победы, счастьем
и радостью освобожденного от капиталистического ига труда.
Двадцать лет стоит, как несокрушимый утес. Советское государство-социалистическое
государство рабочих и крестьян.
Двадцать лет в великой стране победившего социализма идет героическая
работа по организации нового общественного и государственного строя, свободного
от эксплуатации, от нищеты и страданий миллионных народных масс, порабощенных
игом капитализма почти во всех остальных странах мира.
Двадцать лет упорно и настойчиво идет дружная работа многочисленных
народов, объединившихся в братский Союз Советских Социалистических Республик,
построенный гением вождей социалистической революции Ленина и Сталина.
За эти двадцать лет когда-то бедная и слабая страна превратилась в
страну богатую и могучую, в страну мощную и непобедимую.
За эти двадцать лет Российское государство превратилось в государство
социалистическое.
На Чрезвычайном VIII Всесоюзном Съезде Советов, принявшем великую Сталинскую
Конституцию, товарищ Сталин говорил:
"Наше советское общество добилось того, что оно уже осуществило
в основном социализм, создало социалистический строй, т. е. осуществило
то, что у марксистов называется иначе первой или низшей фазой коммунизма.
Значит, у нас уже осуществлена в основном первая фаза коммунизма, социализм.
Основным принципом этой фазы коммунизма является, как известно, формула:
"от каждого по его способностям, каждому по его труду".
За эти двадцать лет под руководством партии Ленина-Сталина в нашей
стране окончательно уничтожена эксплуатация человека человеком, окончательно
утверждена общественная, социалистическая собственность, как незыблемая
основа нашего советского общества.
За эти двадцать лет в корне изменился весь облик нашей страны, превратившейся
в богатейшую и могущественнейшую пролетарскую державу.
"В результате всех этих изменений в области народного хозяйства СССР,-говорит
товарищ Сталин,-мы имеем теперь новую, социалистическую экономику, не знающую
кризисов и безработицы, не знающую нищеты и разорения и дающую гражданам
все возможности для зажиточной и культурной жизни".
Социализм вошел в быт нашего народа, социализм победил в нашей стране.
И нет силы в мире, которая могла бы ослабить значение или величие этой
социалистической победы. И это, несмотря на все трудности, стоявшие и еще
стоящие на нашем пути. И это, несмотря на все усилия враждебных нам иностранных
государств и отживших и умирающих остатков эксплуататорских классов в нашей
стране задержать прогрессивное развитие нашего общества, помешать нашим
социалистическим успехам, сорвать нашу мирную творческую работу по построению
в СССР социализма.
Можно без всякого преувеличения сказать, что за истекшие 20 лет советской
истории наше государство и наш народ не знали ни одного года, ни одного
месяца и дня, когда бы не нападали на нас враги- злобные, коварные, жестокие,
мстящие за свои поражения, понесенные ими от руки наших рабочих и крестьян,
мстящие за "утерянный рай" своего экономического и политического господства.
От первых дней великого Октября до блистательных дней величайшей из
исторических эпох - эпохи Сталинской Конституции - молодая Республика Советов
не выходит из огня классового нападения эксплуататоров и их бесчисленной
агентуры-троцкистов, меньшевиков, эсеров, бухаринцев, зиновьевцев, муссаватистов,
дашнаков, грузинских, узбекских и других националистов, черносотенцев,
белогвардейцев, кадетов, попов, кулаков и так далее, и тому подобное.
Этот процесс еще раз нам напомнил, и при том напомнил с небывалой силой
и остротой, что два мира стоят, как непримиримые и смертельные враги, друг
перед другом-мир капитализма и мир социализма.
Логика классовых противоречий и классовой борьбы толкает остатки эксплуататорских
классов внутри СССР и эксплуататорские классы за пределами СССР на все
более и более ожесточенные нападения на государство трудящихся, прокладывающее
широкую дорогу для лучшей, для новой жизни трудящимся и угнетенным народам
всего мира.
На опасность для дела социализма в СССР капиталистического окружения
не раз обращали наше внимание наши учителя Ленин и Сталин.
На VIII съезде РКП(б) в марте 1919 года Ленин говорил:
"Мы живем не только в государстве, но и в системе государств, и существование
Советской республики рядом с империалистскими государствами продолжительное
время немыслимо. В конце концов либо одно, либо другое победит. А пока
этот конец наступит, ряд самых ужасных столкновений между Советской республикой
и буржуазными государствами неизбежен" (т. XXIV стр. 122). "Надо помнить,-учил
Ленин,-что от всякого нашествия мы всегда на волоске" (т. XXVII, стр. 117).
Товарищ Сталин на днях еще раз напомнил нам о капиталистическом окружении.
"В самом деле,-писал товарищ Сталин в своем историческом ответе тов.
Иванову,- было бы смешно и глупо закрывать глаза на факт капиталистического
окружения и думать, что наши внешние враги, например, фашисты, не попытаются
при случае произвести на СССР военное нападение. Так могут думать только
слепые бахвалы или скрытые враги, желающие усыпить народ. Не менее смешно
было бы отрицать, что в случае малейшего успеха военной интервенции интервенты
попытаются разрушить в занятых ими районах советский строй и восстановить
буржуазный строй. Разве Деникин или Колчак не восстанавливали в занятых
ими районах буржуазный строй? Чем фашисты лучше Деникина или Колчака? Отрицать
опасность военной интервенции и попыток реставрации при существовании капиталистического
окружения могут только головотяпы или скрытые враги, желающие прикрыть
бахвальством свою враждебность и старающиеся демобилизовать народ".
На успех интервенции в течение ряда лет надеялись наши врага, организуя
и воодушевляя на борьбу с Советской властью различные антисоветские группы
внутри СССР, рассчитывая при помощи этих групп осуществить свой разбойничий
замысел.
Вся история буржуазной контрреволюции в СССР связана с активными попытками
наиболее реакционных кругов международной буржуазии свергнуть власть Советов.
Ни один сколько-нибудь серьезный заговор против Советской власти в СССР
не обошелся без прямого и самого активного участия в нем иностранных капиталистов
и военщины.
В 1921 году Ленин нас предупреждал: "Мы окружены всемирной буржуазией,
караулящей каждую минуту колебания, чтобы вернуть "своих", чтобы восстановить
помещиков и буржуазию" (т. XXVI, стр. 348).
Товарищ Сталин неустанно напоминает нам об опасности капиталистического
окружения, доказывает, что "...сопротивление отживающих классов нашей страны
происходит не изолированно от внешнего мира, а встречает поддержку со стороны
капиталистического окружения" ("Вопросы ленинизма", 10-е изд., стр. 386).
Разве не об этом говорит известное шахтинское дело, где главная дирижерская
роль принадлежала польско-французско-немецким капиталистам, объединившимся
с вредителями в борьбе против СССР?
Разве польский фабрикант Дворжанчик, французские акционеры Сансе, Ремо
и Буроз, германская АЕГ и поддерживающая и первых, и вторых, и третьих
военщина ряда капиталистических стран, - разве все они не были вдохновителями
шахтинского заговора, собиравшегося вкупе с иностранными генштабами залить
кровью нашу землю в 1928 году?
Разве не об этом же говорит известное дело "Промпартии", где, наряду
с Рамзиным и Чарновским, первую скрипку играли белоэмигранты Рябушинский
и генерал Лукомский, английский разведчик-полковник Лоуренс и французский
генерал Жуанвиль, известный участник северной интервенции в 1919 году и
военный атташе при Колчаке?
Известно, что и шахтинцы и промпартийцы не только занимались вредительством
и готовили на случай войны диверсионные акты, но систематически вели шпионскую
работу, причем, как это выяснилось по делу "Промпартии", для ведения этой
шпионской работы Рамзин организовал даже особую комиссию под председательством
вредителя профессора Осадчего, бывшего в то время заместителем председателя
Госплана. В программе "Промпартии" заострялось внимание на диверсиях в
Москве, Ленинграде, Донбассе, на Урале путем взрывов мостов, порчи железнодорожных
путей, взрывов электростанций, остановки заводов и фабрик.
Разве не о дьявольской работе иностранных разведок в нашей стране говорит
и дело английских инженеров Торнтона, Макдональда и других, разоблаченных
в 1933 году агентов "Интеллидженс Сервис", организаторов вредительства
и диверсий на некоторых наших электростанциях, людей, подготовлявших опорные
пункты для предстоящей интервенции?
Разве не о том же, наконец, говорят последние судебные процессы 1936-1937
годов, разоблачившие чудовищные преступления шпионско-террористических
банд троцкистов, зиновьевцев и других антисоветских элементов, ставших
на службу иностранным полицейским охранкам, превратившихся в шпионскую
и диверсионно-террористическую агентуру этих охранок? Да, да, об этом с
полной убедительностью говорят, кричат кошмарные преступления этих бандитских
шаек, уничтоженных по приговорам нашего советского суда.
Процесс Зиновьева-Каменева, процесс Пятакова-Радека, процесс группы
военных изменников-Тухачевского, Якира и других доказали, что враги не
думают потихоньку "вползать в социализм", как это, Для прикрытия своей
гнусной, предательской работы, проповедовали обвиняемые Бухарин, Рыков
и иже с ними, что враги хватаются за самые крайние, за самые жестокие средства
борьбы.
Это же полностью показал и настоящий судебный процесс, главными "героями"
которого являются организаторы и вдохновители "право-троцкистского блока",
изобличенные как закоренелые враги социализма, нашей родины, нашего народа.
Вот почему значение настоящего процесса далеко выходит за обычные,
так сказать, криминальные рамки и приобретает поистине огромное историческое
значение.
Этот процесс подводит итог борьбы против партии Ленина-Сталина и Советского
государства людей, которые, как это с исключительной яркостью и убедительностью
доказало судебное следствие, всю свою жизнь ходили под маской, которые
начали эту борьбу задолго до нынешнего времени, которые, под прикрытием
громких провокаторских фраз, служили не революции и пролетариату, а контрреволюции
и буржуазии, которые обманывали партию, Советскую власть, чтобы удобнее
делать свое черное дело измены, чтобы дольше оставаться не разоблаченными.
Презренные преступники путем обмана, лицемерия и двурушничества сумели
отсрочить до последнего времени час своего разоблачения. Но час этот настал,
и преступники разоблачены, разоблачены полностью и до конца.
В свете фактов, установленных на этом процессе, становится ясной и
понятной вся преступная деятельность троцкистов и бухаринцев, скрывавших
под искусной личиной свое настоящее лицо заклятых врагов советского народа...
Маска сорвана. Их настоящее лицо, их действительный облик ясен теперь
каждому. Каждому ясны и их позорные дела, как ясен их жалкий, позорный
удел.
Судебные процессы по делу Зиновьева-Каменева и Пятакова- Радека завершили
разоблачение троцкистско-зиновьевского отребья, как оголтелой и беспринципной
банды вредителей, диверсантов, шпионов и убийц, действующих по заданиям
разведывательных органов иностранных государств.
Судебный процесс 1937 года, где на скамье подсудимых сидели троцкистские
атаманы Пятаков, Радек, Сокольников и другие разоблачил политическую платформу
троцкистов, несмотря на то, что они упорно прятали эту платформу от народа.
Да и как было им не прятать этой своей платформы, сотканной из предательства,
измены и коварства, подчиненной одной задаче-обеспечить свержение Советской
власти и реставрацию капитализма в СССР.
Настоящий процесс показал, что эта, с позволения сказать, "программа"
была списана троцкистами у правых, о чем не без бахвальства заявил на суде
обвиняемый Бухарин.
Нынешний процесс полностью и до конца разоблачил теперь, как фашистскую
агентуру, не только троцкистов, но и бухаринцев, в течение длительного
времени искусно маскировавшихся, искусно избегавших своего разоблачения
как убийц, шпионов и провокаторов.
Теперь ясно всем и каждому, что собой представляют правые, которые
давно уже, как и троцкисты, перестали быть политическим течением и превратились
в такую же, как и троцкизм, оголтелую и беспардонную банду уголовных преступников.
Теперь окончательно выяснился весь процесс этого их превращения в контрреволюционную
шайку, превращения, наметившегося уже давно и неоднократно разоблаченного
нашей партией и лично товарищем Сталиным.
Мы еще специально остановимся на преступлениях обвиняемого Бухарина
в 1918 году; сейчас напомним о них лишь для того, чтобы в свете этих преступлений
лучше и отчетливее представить себе путь этого превращения.
В самом деле, начавши в 1918 году с заговора против Ленина, как главы
Советского государства, подняв в 1918 году свою преступную руку на Ленина,
разве мог кончить Бухарин иначе, чем кончил сейчас,- этой позорной скамьей
подсудимых, ждущий сурового, но справедливого суда советского народа, с
проклятием произносящего сейчас это ненавистное имя!
Начавши со знахарской "теории" о мирном врастании кулаков в социализм,
ведя все эти последние десять лет подпольную борьбу с партией и советским
народом, мог ли иначе кончить свою политическую карьеру Бухарин, чем он
ее кончает, кривляясь и фиглярничая даже сейчас, на пороге своего, быть
может, последнего, смертного часа!
К шпионскому блоку с троцкистами Бухарин, Рыков, Ягода и другие правые
пришли не случайно. В том, что такой блок сложился и, наконец, в 1932 году
окончательно оформился, нет ничего неожиданного-к этому шло все развитие
отношений между правыми и троцкистами, представляющими, по сути дела, разновидности
одного и того же явления.
На XVI съезде партии в 1930 году товарищ Сталин, разоблачая двойственность
троцкизма, указывал, что этой двойственностью "...объясняется тот факт,
что свои "бешеные", будто бы, атаки против правых уклонистов троцкизм (это
капитулянтство под маской.-А. В.) обычно увенчивает блоком с ними, как
с капитулянтами без маски" ("Вопросы ленинизма", 10-е издание, стр. 419).
Троцкисты и правые-это капитулянты. Одни-капитулянты под маской истеричных
провокационных, "революционных" фраз, другие - капитулянты без маски.
На XVII партконференции в докладе о второй пятилетке тов. Молотов показал
полное родство душ правых и троцкистов. Троцкисты выступают против первой
пятилетки с клеветническими контртезисами. Им поддакивают правые, противопоставляя
сталинской пятилетке рыковскую двухлетку.
Троцкисты клевещут о росте кулацких элементов и о зависимости от них
государственного хозяйства в СССР. Правые изо дня в день пищат, что "основным
источником хлеба будут еще долгое время индивидуальные хозяйства крестьян
(то есть кулацкие хозяйства.-А.В.), а потому потише с наступлением на кулака".
Троцкисты клеветнически шипят о "термидоре", то есть о крахе нашей
революции. Правые пищат, вторя им, что наши заводы и фабрики в скором времени
могут достаться белогвардейцам. Правые иногда, правда, дрались с троцкистами,
но, как это показал уже товарищ Сталин, это были "петушиные бои", которые
"правые уклонисты обычно увенчивают закулисными переговорами с троцкистами
насчет блока с ними". ("Вопросы ленинизма", 10-е издание, стр. 421).
И так из года в год, на всем протяжении нашей революции, за все время
существования Советского государства.
Чем объясняется эта родственность позиций троцкистов и правых, их постоянное
тяготение друг к другу, постоянное искание блоков, наконец, наличие этих
блоков на различных этапах их борьбы против партии. Советского государства
и социалистического строительства?
Это, разумеется, объясняется прежде всего общностью социальной базы
троцкистов и правых. Это объясняется тем, что и троцкисты, и правые отражают
давление капиталистических элементов, сопротивляющихся успехам социализма,
не собирающихся мирно и тихо уходить с исторической сцены.
Это объясняется, как мы знаем теперь, тем, что и те и другие действовали
по приказу одних и тех же хозяев, сидящих в генштабах и разведках враждебных
СССР иностранных государств.
Троцкисты и бухаринцы уже много лет назад очутились в лагере контрреволюции.
Троцкизм и правые превратились уже много лет тому назад в оруженосцев буржуазной
контрреволюции. Троцкисты и правые снабжают уже в течение многих лет контрреволюционную
буржуазию оружием для борьбы с Советским государством. Троцкисты и правые
делают одно и то же черное дело измены.
Вот факты, приобретающие сейчас новый смысл в свете тех обстоятельств,
которые теперь полностью и с абсолютной достоверностью установлены на судебном
следствии по настоящему делу.
Факты устанавливают с полной бесспорностью как неизбежность и естественность
блока, заключенного правыми и троцкистами, так и превращение этого блока
в агентуру иностранных фашистских разведок.
Как боролись троцкисты и зиновьевцы против Ленина, против социализма,
против героических усилий пролетарской революции построить в СССР новое
социалистическое общество,- показали с исчерпывающей полнотой два предыдущих
судебных процесса на примере Пятакова, Зиновьева, Каменева, Радека, Смирнова
и других.
Я хотел бы сейчас напомнить некоторые факты, характеризующие с этой
точки зрения позицию и поведение некоторых героев настоящего процесса и
в первую очередь подсудимых Бухарина и Рыкова.
Бухарин любит, как я уже сказал, изображать из себя "теоретика", да
еще марксиста, да еще самого что ни на есть ортодоксального. А как дело
обстоит в действительности, это видно из краткой исторической справки об
антипартийных выступлениях Бухарина, начиная с 1909 года по 1936 год включительно.
Несколько кратких справок:
1909 год-Бухарин примыкает к отзовизму.
1914-1917 годы (период империалистической войны)-Бухарин "левый коммунист",
отрицает программу-минимум, ведет борьбу против Ленина.
1914 год - он носится с планом издания собственной газеты, противопоставляя
ее большевистской печати, ленинской печати.
Весна 1915 года - Бухарин троцкист. На Бернской конференции он выступает
против лозунга гражданской войны, за единство с троцкистско-меньшевистским
"Нашим словом". Ленин пишет статью "О национальной гордости великороссов".
Бухарин трактует это как проявление социал-патриотизма.
Осень 1915 года - Бухарин выступает с тезисами, отвергающими право
наций на самоопределение.
Февраль 1916 года - Бухарин солидаризируется с полу анархической программой
голландских левых социал-демократов.
В 1916 году Бухарин выступает в журнале "Интернационал молодежи" с
анархистскими, антиленинскими взглядами по вопросу о государстве, против
диктатуры пролетариата.
В статье "Мировое хозяйство и империализм" (1915 г.) Бухарин открыто
защищает троцкистский тезис о том, что разрозненные выступления пролетариата
отдельных стран победить не могут. Иначе говоря, Бухарин откладывал социализм,
как говорил Ленин, "до греческих календ, то есть до "никогда" (Ленин, т.
XIX, стр. 221). Владимир Ильич писал о нем в 1916 году, что он-Бухарин-"(1)
доверчив к сплетням и (2) в политике дьявольски неустойчив". (Ленин, т.
XXIX, стр. 229).
"Война,-писал Ленин,-толкнула его к идеям полуанархическим. На совещании,
вынесшем бернские резолюции (весна 1915 г.), он дал тезисы...-верх нелепости;
срам; полуанархизм".
В 1916 году, как я уже сказал, в журнале "Интернационал молодежи" Бухарин
развивал анархо-синдикалистские мысли о принципиальной враждебности пролетариата
к государству, о взрыве всякого государства.
Впоследствии, через год после смерти В. И. Ленина, Бухарин выступил
с наглым утверждением, что в этом вопросе ошибался не он, Бухарин, а Ленин.
1916-1917 годы - Бухарин вместе с Троцким редактирует троцкистскую
газету "Новый мир" (Нью-Йорк), в которой отрицает возможность победы социализма
в одной стране.
1917 год-на VI съезде партии Бухарин выступает с троцкистской схемой.
В дни Октября вновь и вновь отстаивает невозможность победы социализма
в России.
1918 год - Бухарин лидер "левого коммунизма". Этот эпизод со всей тщательностью
рассмотрен на судебном заседании.
8-го октября 1918 года на пленуме Моссовета Бухарин заявляет об ошибочности
своего "левого коммунизма". "Я был против Брестского мира в свое время,
но никогда не защищал срыв мира, как "левые" эсеры. Теперь я должен честно
и открыто признать, что мы, противники Брестского мира, были не правы-прав
был Ленин". Мы знаем, что на суде Бухарин должен был признать, что на деле
он активно боролся за срыв Брестского мира.
1919 год-VIII съезд партии-Бухарин снова выступает против признания
права наций на самоопределение.
Дальше идут IX, Х съезды партии, где Бухарин неизменно ведет "свою"
линию, направленную против партии, против Ленина, против Сталина.
В 1921 году Бухарин в интересах Троцкого занимает позицию буфера, предательски
разжигая дискуссию, подливая в нее, по выражению Ленина, "буферный керосин".
В антиленинской фракции Бухарин выступает вместе с Серебряковым, Радеком,
Крестинским, Пятаковым и другими троцкистами.
Конец 1920 года - начало 1921 года - идет дискуссия о профсоюзах. Страна
готовится к переходу к новой экономической политике. Бухарин выступает
в роли "буфера", затем полностью переходит на позиции Троцкого. А на Х
съезде заявляет, что "республика висит на волоске".
В 1923 году Бухарин в "Правде" в статье "Долой фракционность" говорит
об ошибках Троцкого и, глухо, "ряда других товарищей" умалчивая о себе.
В 1922 году Ленин громит Бухарина за его попытку сорвать монополию
внешней торговли. Ленин прямо разоблачает Бухарина как заступника спекулянта,
мелкого буржуа, как защитника интересов кулацкой верхушки крестьянства,
выступающего против промышленного пролетариата (Ленин, т. XXVII, стр. 381).
В 1923-24 годах Бухарин блокируется с Каменевым и Зиновьевым против
товарища Сталина. Накануне дискуссии Бухарин выступает со статьей, проповедующей
в завуалированном виде теорию врастания кулака в социализм.
1925 год - кулацкий лозунг Бухарина "Обогащайтесь". Правда, в книжке
"Цезаризм под маской революции" и на XIV съезде партии Бухарин признал
ошибочность этого лозунга, но здесь на суде Бухарин признал, что это "раскаяние"
было не более, чем тактическим маневром, обманом.
1928 год - Бухарин заявляет на пленуме ЦК партии об отсутствии разногласий
с партией и одновременно ведет переговоры и вступает в тайный сговор с
Каменевым. Пишет "Заметки экономиста".
1929 год - Бухарин в "Правде" заявляет об ошибочности своих взглядов.
"Признавая эти свои ошибки, мы со своей стороны приложим все усилия к тому,
чтобы вместе со всей партией повести решительную борьбу против всех уклонов".
Теперь на суде он показал, что и это был тактический маневр, что и тогда
в 1929 году он также лгал. Ибо как раз в это время оформлялась подпольная
организация, которая с оружием в руках стала выступать против Советской
власти.
Чтобы не быть голословным, я напомню вам показания Бухарина, Рыкова,
наконец, Иванова о том, как Бухарин разжигал борьбу на Северном Кавказе,
как через своего ученика и подручного в этом деле Слепкова он организовывал
кулацкие восстания против Советской власти, как посылал Яковенко в Сибирь,
как им всем удалось спровоцировать кулацкое восстание в Бийском округе
и других местах. Напомню, что в это же самое время Бухарин, выступая в
печати, говорил: "приложим все усилия к тому, чтобы вместе со всей партией
повести решительную борьбу против всех уклонов". Бухарин лгал и здесь.
15 декабря 1929 года Бухарин помещает в "Правде" статью, в конце которой
перечисляет и осуждает свои ошибки. И в то же самое время он ведет подпольные
разговоры с Каменевым.
В то же время, как это он сам теперь признал, вместе с Рыковым посылает
Слепкова на Северный Кавказ, Яковенко-в Сибирь, чтобы поднять кулацкие
восстания против Советской власти. На суде Бухарин признал, что именно
ими были спровоцированы в то время такие-то и такие-то кулацкие восстания.
А как вел себя тогда Бухарин?
С лицемерным видом святоши, прикрываясь маской искренности, еще в самом
начале борьбы Бухарин стал осуществлять подлые, интриганские, фракционные,
тайные махинации против партии и ее руководства. Он заключил блок с злейшими,
разоблаченными врагами большевизма, только что в ноябре 1927 года выступавшими
против Советской власти с антисоветской демонстрацией на улицах Москвы
и Ленинграда.
В 1930 году Бухарин вновь подает заявление в ЦК и признает свои ошибки.
Бухарин заявляет о "безоговорочном осуждении мною всех и всяких покушений
на единство партии, всякой фракционной работы, всяких попыток скрытой борьбы
с партийным руководством, скрытой защиты другой политической линии, отличной
от линии партии". А на деле, вы слышали из показаний Бухарина, на деле
он именно в это время вел переговоры с Семеновым об организации террористического
акта против руководителей нашей партии и правительства.
В январе 1933 года Бухарин на объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б)
("Правда" ? 14) выступает с речью, в которой требует "суровой расправы
с группировкой А. П. Смирнова", говорит о своей "право-оппортунистической,
совершенно неправильной общеполитической установке", о своей "вине перед
партией, ее руководством, перед Центральным Комитетом партии, перед рабочим
классом и страной", говорит о Томском, Рыкове, как о своих "бывших соратниках
по руководству правой оппозицией". Вообще "критикует" свои "прежние" взгляды.
А на деле это был первый год оформления "право-троцкистского блока",
который приступил к выполнению таких задач, как террор, шпионаж, диверсии,
вредительство, измена родине, отторжение от СССР национальных республик.
Начало 1934 года - XVII съезд партии - выступление Бухарина, в котором
он одобряет "беспощадный разгром всех оппозиций и правой оппозиции, как
главной опасности, то есть той самой группировки, к которой я когда-то
принадлежал".
А в это же время мобилизует все силы для того, чтобы усилить преступные
действия своей группы, уже превратившейся в группу подлинных шпионов, убийц,
разведчиков.
Начало 1936 года - Бухарин в статье в "Известиях" обозвал русский народ
"нацией Обломовых". В номере "Известий" от 14 февраля 1936 года Бухарин
заявляет об ошибочности этого своего утверждения ("Неверное утверждение",
об этом "выражаю свое глубокое сожаление").
Таков Бухарин - эта лицемерная, лживая, хитрая натура. Этот благочестиво-хищный
и почтенно-злой человек, эта, как говорил Максим Горький про одного из
героев из галереи "Бывших людей",- "проклятая помесь лисицы и свиньи".
Не лучше и другие - тоже "герои".
Подсудимый Рыков. До вступления в партию большевиков Рыков входил в
Саратове в объединенную партию эсеров и социал-демократов.
1909-1911 гг. - Рыков полутроцкист, полуликвидатор. В период Апрельской
конференции Рыков и Каменев за объединение "живых сил" революционной демократии,
то есть за союз с эсерами и меньшевиками.
В октябре 1917 года вместе с Каменевым, Зиновьевым, Рыков дезертирует.
В декабре 1917 года Рыков каркает о непрочности Советской власти говоря,
что "не может удержаться чисто большевистская власть в отсталой стране
в то время, как в Европе не произошла социалистическая революция".
В 1920 году Рыков с сапроновцами выступает против Ленина, за коллегиальность.
Рыков против ленинского плана ГОЭЛРО, он погряз с головой в обывательском
"реализме", погряз по уши в рутине (как писал о нем тогда В. И. Ленину
товарищ Сталин).
А потом? Потом 1928, 1929, 1932 годы-блоки, центры, заговоры, измена.
Другие обвиняемые не лучше.
Вот старый троцкист и германский шпион Крестинский, начавший свою предательскую
карьеру еще при жизни Владимира Ильича Ленина. Крестинский передает шпионские
сведения немецкой разведке и получает ежегодно по 250.000 марок золотом
от германского рейхсвера в пользу подпольной троцкистской работы.
Вот такой же матерый троцкист Розенгольц, который был германским шпионом
с 1923 года и английским шпионом с 1926 года.
Вот кто, вместе с Троцким, с Пятаковым, Ягодой, Бухариным и Рыковым,
являлись главными воротилами этого блока, этого "центра центров" всех антисоветских
фашистских сил в нашей стране.
Я считаю необходимым кратко остановиться на имевшем здесь место исследовании
обстоятельств заговора против Владимира Ильича Ленина в 1918 году.
И на предварительном следствии, и на суде Бухарин пытался всячески
отвертеться от 1918 года, уйти от ответственности перед историей, перед
рабочим классом, перед всем честным человечеством за чудовищное преступление,
организованное Бухариным вместе с "левыми" и правыми эсерами, вместе с
Троцким и его группой и отчасти осуществленное.
Бухарин позорно лгал в октябре 1918 года, открещиваясь от "левых коммунистов".
Бухарин позорно лгал и в 1924 году, когда он под давлением обстоятельств
приподнял краешек завесы, скрывавшей от нас настоящую правду в этом тяжком,
кошмарном преступлении.
Бухарин лгал, например, в 1924 году, отрицая наличие блока между ним
и "левыми" эсерами в 1918 году.
Бухарин говорит неправду и здесь, на суде, пытаясь отрицать факты,
удостоверенные здесь рядом свидетелей.
Между тем, эти факты чрезвычайно важны как с точки зрения окончательного
разоблачения предательского лица Бухарина, так и с точки зрения наиболее
полного и правильного понимания всей последующей преступной деятельности
Бухарина и его сообщников- бухаринцев.
Нужно вспомнить факты, обстановку и условия 1918 года, чтобы по достоинству
оценить всю глубину адского преступления Троцкого и Бухарина против революции,
всю глубину их предательства!..
Эти факты, товарищи судьи, разумеется, сейчас принадлежат уже в значительной
мере истории, но они проливают полный свет на вопрос, интересующий нас,
интересующий многих и особенно тех, кто не искушен еще в знании прошлого
Бухарина и антисоветских группировок,-как могло случиться, что Бухарин
и Рыков, которые в течение стольких лет выдавали себя за сторонников социализма,
за сторонников социалистической борьбы, оказались в стане самых отъявленных
врагов Советской власти, в стане изменников и предателей революции, советского
народа, родины!
Эти факты, уже покрытые архивной пылью, в свете настоящего процесса
оживают и начинают говорить вновь полным голосом, голосом обличителя, требующего
виновных к ответу, если не перед уголовным судом, связанным рамками уголовной
давности, то, во всяком случае, перед судом истории, не знающей никакой
давности, не знающей и никакой пощады!
1918 год. Молодая Советская республика напрягает все свои силы, чтобы
преодолеть гигантские трудности, вставшие на ее пути к утверждению и закреплению
победы социалистической революции.
Страна была тогда, в буквальном смысле этого слова, повергнута в прах.
Ее нужно было поднять на высоту новых, величайших исторических задач, каких
не знала до того ни одна революция трудящихся.
"От периода триумфального шествия,-говорил по этому поводу В. И. Ленин,-предстояло
перейти к периоду необычайно трудного и тяжелого положения, от которого
отделаться словами, блестящими лозунгами-как это ни приятно было бы-конечно,
нельзя, ибо мы имели в нашей расстроенной стране неимоверно уставшие массы,
которые дошли до такого положения, когда воевать дальше никоим образом
невозможно, которые разбиты мучительной трехлетней войной настолько, что
приведены в состояние полной военной негодности". (Стенограф. отчет VII
съезда партии, стр. 19).
В этих условиях борьба за мир являлась борьбой за все будущее пролетарской
революции, судьба которой была в буквальном смысле этого слова поставлена
на карту.
В этих условиях вопрос о войне и мире сводился, по существу, к одному
вопросу - быть или не быть Советской власти, Советскому государств у, Советской
стране.
Гениальная ленинская стратегия решила этот вопрос положительно История
подтвердила правильность этого решения. Она сказала "Быть".
Ленинизм учит не только искусству наступления, но и искусству отступления.
"...Нельзя,-писал Ленин,-победить, не научившись правильному наступлению
и правильному отступлению" (т. XXV, стр. 177).
Товарищ Сталин по этому поводу говорил:
"Цель такой стратегии - выиграть время, разложить противника и накопить
силы для перехода потом в наступление.
Образцом такой стратегии можно считать заключение Брестского мира,
давшего партии возможность выиграть время, использовать столкновения в
лагере империализма, разложить силы противника, сохранить за собой крестьянство
и накопить силы для того, чтобы подготовить наступление на Колчака и Деникина".
Эта стратегия, гениальная стратегия Ленина - Сталина, полностью себя
оправдала. Она спасла новую Россию и Советскую власть от неминуемой гибели.
В 1924 году товарищ Сталин напомнил по этому поводу:
"Теперь даже последний дурак" видит;-говорил Ленин спустя три года
после Брестского мира,- "что "Брестский мир" был уступкой, усилившей нас
и раздробившей силы международного империализма" ("Вопросы ленинизма",
10-е издание, стр. 57).
Известно, что Троцкий и Бухарин со своими приверженцами всячески старались
сорвать Брестский мир.
Троцкий и "левые" эсеры, при переговорах с генералом Гофманом, вели
себя как провокаторы. "Левые коммунисты" во главе с Бухариным рвали и метали
против мирной политики Советского правительства во главе с Лениным, Сталиным
и Свердловым, требуя разрыва переговоров и объявления "революционной войны".
Своими хлесткими, а по сути дела провокаторскими речами и лозунгами,
бухаринцы и троцкисты пытались сбить нашу партию с ленинского пути.
"Не мир и не война", "Священная война против всесветной буржуазии"-все
эти и подобные им провокаторские лозунги Троцких, Бухариных и др. имели
одну единственную цель,-как об этом сказал товарищ Ворошилов в своей речи
по поводу 20-летия РККА и Военно-Морского Флота, - впутать нашу страну
в вооруженное столкновение с империалистами в момент, когда Советская власть
еще не имела своей крепкой армии, и этим самым ликвидировать Советскую
власть и расчистить путь для победы буржуазии и полной реставрации капитализма
в нашей стране".
До настоящего времени бухаринцам удавалось скрыть от истории истину
и в этом вопросе.
Даже на предварительном следствии в показаниях от 2 июня 1937 года
Бухарин пытался скрыть действительный характер своей борьбы в период Брестского
мира против Ленина как главы Советского государства.
Бухарин пытался обойти этот вопрос, отделавшись по своей привычке,
общими отвлеченными рассуждениями о том, что он якобы "не понимал", что
"конкретнейший из конкретнейших вопросов о "мужике" я был именно вопрос
о том, чтобы дать массе "передышку", и подменял живые потребности момента
общелитературными рассуждениями о том, что пролетарское отечество должно
быть защищаемо".
Бухарину этот фокус не удался. Следствие на его удочку не попалось.
Следствие, наоборот, изобличило Бухарина и изобличило в гораздо более серьезном,
чем какие-то "общелитературные рассуждения".
Следствие установило, и я считаю необходимым это вам здесь напомнить,
товарищи судьи, в полном объеме, что в 1918 году, непосредственно вслед
за Октябрьской революцией, в период заключения Брестского мира, Бухарин
и его группа так называемых "левых коммунистов" и Троцкий с его группой,
совместно с "левыми" эсерами, организовали заговор против Ленина как главы
Советского правительства.
Бухарин и другие заговорщики, как это видно из материалов следствия,
имели своей целью сорвать Брестский мир, свергнуть Советское правительство,
арестовать и убить Ленина, Сталина и Свердлова и сформировать новое правительство
из бухаринцев, которые тогда для маскировки называли себя "левыми коммунистами",
троцкистов и из "левых" эсеров.
На следствии Бухарину были предъявлены факты, ему было дано пять очных
ставок. Тогда подсудимый Бухарин вспомнил кое-что, более серьезное, чем
"общелитературные рассуждения". Бухарин вспомнил такой, например, факт,
как блок с "левыми" эсерами в 1918 году, в целях борьбы против Советского
правительства, такой факт как прямой заговор против Советской власти, как
подготовку ареста Ленина, ареста Сталина, ареста Свердлова.
Все это Бухарин, как вы помните, признал. Но он признал это "со скрипом".
Мы помним свидетелей, которые прошли перед судом, хорошо помним их
показания, мы их видели, мы их слышали. Мы помним, как тяжелым свинцом
падали их слова на голову Бухарина, вдохновителя провокаторской борьбы
против ленинского Совета Народных Комиссаров, Бухарина-организатора, как
это с полной очевидностью установлено и судебным следствием, заговора и
восстания против Советского государства, подстрекателя к убийству руководителей
Советского правительства товарищей Ленина, Сталина и Свердлова.
Я имею полное основание говорить, опираясь на эти данные, что все это
точно выяснено, все это достаточно точно установлено, достаточно Доказано.
Позвольте остановиться мне кратко на тех доказательствах, которые подтверждают
правильность этого заключения. Вы помните здесь показания Камкова. Камков
- один из виднейших руководителей ЦК партии "левых" эсеров. Камков показывал,
что он с Бухариным вел разговор в 1918 году по вопросу о Брестском мире,
что борьба, по словам Бухарина, принимает по этому вопросу чрезвычайно
острые формы. Бухарин говорил Камкову об острых формах, о том, что дебатируется
в рядах "левых коммунистов" вопрос о создании нового правительства. При
этом, сказал Камков, Бухарин назвал Пятакова как возможного кандидата в
руководители нового правительства, и заявил, что сама смена правительства
мыслится путем ареста всего состава Советского правительства во главе с
Лениным.
Бухарин это не отрицал. Правда, он говорил здесь что-то такое об аресте
"на 24 часа". Но это несерьезно. Уже в 1924 году в газете "Правда" Бухарин
сам разъяснил, насколько этот план ареста Владимира Ильича Ленина был реален
и серьезен. Но Бухарин открещивается от плана убийства наших вождей.
Какие он представил в свое оправдание доказательства по этому вопросу?
Никаких, кроме голого отрицания. Его изобличала здесь Яковлева, его изобличал
здесь Осинский, его изобличал здесь Манцев его изобличал здесь Карелин,
в соответствующей наиболее существенной части вопроса, изобличал его и
Камков, ибо, как вы помните, Бухарин старался даже вопрос об аресте поставить
таким образом, что будто бы инициатива исходила не от него, а от Камкова,
от "левых" эсеров. Камков здесь удостоверял, что инициатива исходила от
Бухарина. Я, впрочем, согласен их обоих помирить, ибо, очевидно, инициатива
исходила и от тех, и от других. Этим объясняется та ожесточенная борьба,
которая велась со стороны этих людей против Советского правительства, против
Ленина и против его сподвижников-товарищей Сталина и Свердлова.
Бухарин отрицает. Но нельзя же в самом деле считать за аргумент ничем
не мотивированное отрицание, тем более, что это отрицание противоречит
самой логике вещей.
Если бы этого факта-плана убийства Ленина, Сталина и Свердлова-не было,
то зачем бы понадобилось говорить об этом и Карелину, и Яковлевой, и Осинскому,
и Манцеву, людям, не в интересах которых сознавать сейчас такой позорный
и такой страшный факт, такое чудовищное преступление против родины. А между
тем, по показаниям Карелина, Бухарин прямо говорил относительно физического
уничтожения Ленина и Сталина. Яковлева также говорит:
"Бухарин мне развил ту мысль, что политическая борьба приобретает все
более острые формы и дело не может ограничиться одной лишь политической
формулировкой о недоверии к ЦК партии. Бухарин заявил, что дело неизбежно
должно дойти до смены руководства, в связи с чем стоит вопрос об аресте
Ленина, Сталина и Свердлова и даже о физическом их уничтожении" (том 44,
лист дела 77).
Это же подтвердил Осинский, это же подтвердил и Манцев.
Бухарин был не один. С ним эту же позицию разделял, как мы теперь установили,
и Троцкий, о роли которого в заговоре против В. И. Ленина в 1918 году мы
имеем на этом процессе ряд показаний, в том числе и показание самого Бухарина.
"К этому времени,-показал подсудимый Бухарин,-вновь возникла
идея переворота и ареста Ленина, Сталина и Свердлова как определяющих фигур
партийного и советского руководства, на этот раз по инициативе Троцкого,
которому предложение "левых" эсеров стало известно очевидно-так я предполагаю-от
Пятакова" (т. 5, л. д. 124).
Бухарин не договаривает до конца, оставаясь верным своей тактике полупризнаний.
Но есть два свидетеля-Яковлева и Манцев, которые и в этом вопросе говорят
с такой точностью, какая не оставляет никаких сомнений в справедливости
и правильности их показаний.
Не достаточно ли этих фактов, чтобы сказать, что заговор бухаринцев,
троцкистов, "левых" эсеров в 1918 году против Ленина, Сталина и Свердлова
доказан полностью!
Сам Бухарин признал наличие этого заговора, сам Бухарин признал наличие
плана ареста Ленина, Сталина и Свердлова. Бухарин отрицает лишь план убийства
Ленина, Сталина и Свердлова.
Однако первым признанием подсудимого Бухарина о плане переворота, о
плане ареста, в сущности говоря, подтверждается и последующее. В самом
деле, Бухарин признал, что он вкупе со своей группой "левых коммунистов",
с Троцким и его группой и с "левыми" эсерами затевали насильственное свержение
Советского правительства во главе с Лениным, Сталиным и Свердловым и даже
арест Ленина, Сталина и Свердлова.
Но знает ли Бухарин, что означает насильственное свержение? Знает ли
Бухарин, что означают аресты, связанные с задачей насильственного свержения?
Знает ли Бухарин, что люди, идущие на насильственное свержение и на насильственный
арест, тем самым идут на насилие, тем самым идут и на убийство!
Насильственное свержение предполагает, а не исключает такой формы насилия,
как физическое уничтожение. Бухарин насильственное свержение признает,
физическое устранение-отрицает. Это явная фальшь, это явная нелепица, это
явная нелогичность. Но Бухарин в таком положении, что логики от него требовать
нельзя.
Факты, установленные на суде, говорят более авторитетно и более убедительно,
чем это кажется и хочется Бухарину. Бухарин, правда, сейчас сказал несколько
больше, чем, например, в 1924 году, но всего он все же не сказал. Бухарин
так действует не впервые. В 1924 году Бухарин кое-что рассказал об этом
позорном преступлении, но только кое-что.
В 1938 году Бухарин, припертый к стене, вынужден рассказать уже об
этом факте больше. Если бы мы хотели оценить степень фальши, иезуитства
и лицемерия Бухарина, достаточно сравнить текст опубликованного им письма
в газете "Правда" в 1924 году с тем, что он говорил на предварительном
следствии. Он скрыл целый ряд фактов в этом письме, он не говорил, что
речь шла о заговоре, он не говорил, что речь шла о прямом сговоре его группы
с Троцким, он не говорил не только об убийстве Ленина, но и Сталина и Свердлова.
Это вскрыто теперь. Это теперь разоблачено, это открыто, это установлено,
об этом возвещено всему миру, вопреки воле Бухарина, при всем его сопротивлении
установлению этого факта. Бухарин признал, да и то, как вы видели на судебном
следствии, только полупризнал, потому что ему податься некуда, что в 1918
году Бухарин объявлял Советскую власть формальной и предлагал ее ликвидировать.
Ленин разоблачает чудовищность этого бухаринского "тезиса", указывая,
между прочим, на исторические примеры Франции в 1793 году и Пруссии начала
XIX века, когда лучшие люди этих стран в тяжелую минуту, переживаемую их
отчизной, не отчаивались, а "...подписывали неизмеримо более тяжкие, зверские,
позорные, угнетательские мирные договоры, чем Брестский, умели выжидать
потом, стойко сносили иго завоевателя, опять воевали, опять падали под
гнетом завоевателя, опять подписывали похабные и похабнейшие мирные договоры,
опять поднимались и освободились в конце концов (не без использования розни
между более сильными конкурентами-завоевателями)" (Ленин, т. XXII, стр.
302).
Но это были лучшие люди своей страны, а не изменники и провокаторы,
которыми оказались на деле так называемые "левые коммунисты" и их подпольные
друзья.
Но для этого нужно было, как учил Ленин, любить свою родину и свой
народ, а не глумиться над ним, как глумится Бухарин и его оруженосцы, восставшие
против Ленина, призывавшего любить и уважать свой народ.
Следствие установило, что в 1918 году Бухарин и Троцкий заключили с
эсерами блок для совместной борьбы против Советского правительства, возглавлявшегося
тогда Лениным, Сталиным и Свердловым, что они затевали вооруженное восстание,
что они шли на арест и убийство Ленина, Сталина и Свердлова.
Доказано это или нет?
Доказано полностью. Доказано показаниями самого Бухарина и показаниями
Яковлевой и Карелина, Камкова, Манцева и Осинского.
Бухарин отрицает подготовку убийства, но как он отрицает? Я просил
бы вас, товарищи судьи, в совещательной комнате просмотреть протокол соответствующего
заседания нашего судебного следствия для того, чтобы со всей отчетливостью
вспомнить метод отрицания Бухариным этого факта.
Вот этот разговор. Бухарин признает, что был одним из организаторов
этого заговора.
Его спрашивают: "Об аресте Ленина, Сталина и Свердлова вы открыто говорили?
Бухарин. Об аресте разговор был, но не о физическом уничтожении. Это
было в период не до Брестского мира, а после. В этот период у меня был
один разговор с Пятаковым, когда явились Карелин и Камков и заявили, что
они предлагают составить новое правительство.
Вопрос. Когда это было?
Бухарин. Это было до Брестского мира. Они предложили составить правительство
путем ареста Ленина на 24 часа.
Вопрос. Значит, мы можем сказать, что до заключения Брестского мира
у вас были переговоры с "левыми" эсерами Карелиным и Камковым о том, чтобы
сформировать новое правительство, то есть предварительно свергнуть правительство
во главе с Лениным?
Бухарин. Разговор был.
Вопрос. Об аресте Ленина?
Бухарин. Это эсеры говорили.
Вопрос. По-вашему, эсеры говорили об аресте Ленина, а свидетельница
Яковлева утверждает, что об аресте Ленина говорил и Бухарин.
Бухарин. Она путает с этим другой вопрос, она утверждает, что разговор
был до заключения Брестского мира.
Вопрос. Я спрашиваю: до заключения Брестского мира были переговоры
с эсерами о том, чтобы арестовать Ленина?
Бухарин. Да".
Итак, вначале это эсеры говорили, потом Бухарин показывает, что этот
разговор был, и он вел его сам.
"Вопрос. А после заключения Брестского мира тоже были переговоры?
Бухарин. Были.
Вопрос. О чем?
Бухарин. О политическом контакте.
Вопрос. А об аресте?
Бухарин. И об аресте.
Вопрос. Кого именно?
Бухарин. Ленина, Сталина и Свердлова.
Вопрос. Тоже на 24 часа?
Бухарин. Тогда эта формула не употреблялась".
Как видите, раньше на 24 часа, а теперь уже не на 24 часа. Тогда речь
шла только о Ленине, а теперь уже выходит, что речь шла о Ленине, Сталине
и Свердлове.
"Вопрос. А как арестовать, для чего?
Бухарин. Для того, чтобы составить новое правительство.
Вопрос. Ас арестованными что сделать?"
Бухарин торопится: "разговора о физическом уничтожении не было". Но
я его об этом еще не спрашивал.
"Вопрос. Когда свергают правительство и арестовывают его, применяют
насильственные способы?
Бухарин. Да.
Вопрос. Вы имели в виду при аресте применить насильственные способы?
Правильно это или нет? Бухарин. Правильно.
Вопрос. Но насильственные способы в чем заключаются? Вы точно установили
это?
Бухарин. Нет, не установили.
Вопрос. Значит решили так, как позволят и прикажут обстоятельства?
Бухарин. Да, совершенно верно.
Вопрос. А обстоятельства могут приказать действовать очень решительно?
Бухарин. Да".
Вывод из этого простой - предполагалось свергнуть правительство, для
этого арестовать правительство - Ленина, Сталина, Свердлова, применить
все те меры, которые могут продиктовать обстоятельства и обстановка борьбы,
которая ведется во имя свержения правительства. Борьба была в самой острой
форме, и поскольку не было-если встать на точку зрения Бухарина, как он
говорил-разговора об убийстве, то ведь сам факт, сама задача свержения
правительства, сама необходимость ареста руководителей того правительства,
которое поставили своей целью заговорщики свергнуть,-совершенно естественно
говорит, что от убийства руководителей, предполагавшегося убийства, они
отрекаться и зарекаться никак не могли.
Вся логика событий, весь смысл этой борьбы, вся ожесточенность той
атмосферы, в которой эта борьба шла, вся острота самого вопроса-быть ли
Брестскому миру, то есть быть ли Советской стране, стране, строящей социалистическое
общество, или не быть Брестскому миру, не быть Советской земле, которую
как "формальную" они предполагали отдать на разгромление врагу, - все это
со всей серьезностью говорило о том, что дело идет о настоящей борьбе,
которая всегда в таких случаях связана с неизбежностью применения и такой
меры, результатом которой является смерть, убийство. Вот почему я говорю:
для меня не с точки зрения криминологии, ибо сейчас, через 20 лет после
того, как совершилось это преступление, мы не предъявляем Бухарину самостоятельного
обвинения,-это имеет значение для того, чтобы оценить ту связь, которая
существует между заговорщической деятельностью убийцы и контрреволюционера
Бухарина и его сообщников с тем, что они делали впоследствии. Все это имеет
значение для того, чтобы показать, что Бухарин и сейчас по вопросу, имеющему
исторический интерес и значение, не в состоянии, не хочет признать все
преступления, которые он совершил в действительности против Советской страны,
против Советской власти и против советского народа.
Бухарин в 1924 году по этому поводу писал:
"Я счел своей партийной обязанностью рассказать-в момент ожесточенной
фракционной борьбы о предложении "левых" эсеров для того, чтобы парализовать
то идиллическое прилизывание событий Брестского периода, какое практиковалось
со стороны товарищей из оппозиции..." Речь идет об аресте Ленина, о свержении
Советской власти.
Бухарин, таким образом, в 1924 году признавал, что это было в момент
ожесточенной борьбы.
И дальше:
"Они изображали брестские времена в партии как "верх демократии". Я
же отлично знаю, что это был период, когда партия стояла на волоске от
раскола, а вся страна-на волоске от гибели".
В этих условиях, в условиях ожесточенной борьбы, люди, идущие на арест
Ленина, на арест Сталина и Свердлова, руководителей нашей партии и правительства,
могут ли остановиться перед возможностью уничтожить своих противников,
перед тем, чтобы убить наших вождей? Это ни с чем несуразно, это ни с чем
не вяжется. Это есть политика не говорить правду до конца, попытка, мне
кажется, здесь полностью разоблаченная показаниями свидетелей и самой логикой
развивающихся в это время исторических событий.
Теперь полностью раскрыто и то чудовищное преступление, которое имело
место 30 августа 1918 года. Я имею в виду покушение на жизнь Владимира
Ильича Ленина 30 августа 1918 года со стороны эсеровской террористки Каплан.
По показаниям Карелина и Осинского мы можем судить, как в действительности
это покушение было организовано. Карелин здесь заявлял, что в течение 20
лет делались все усилия к тому, чтобы сохранить это страшное преступление
в тайне, чтобы не раскрыть его настоящего и действительного содержания
и смысла. Карелин утверждал здесь, что вопрос о террористическом акте против
Ленина был поднят в 1918 году никем иным, как именно Бухариным. Карелин
утверждал, что Прошьян докладывал об этом членам ЦК партии "левых" эсеров.
Карелин утверждал, что "такого рода требование "левых коммунистов", заявленное
Бухариным, их главарем, сыграло свою роль в смысле ускорения террористического
акта против Ленина, совершенного ЦК партии правых эсеров". Это чудовищное
преступление - факт.
Осинский показал со слов Стукова, что он. Стуков, был такого же мнения,
имел такое же представление о преступлении 30 августа 1918 года.
"В конце 1918 года Стуков, - показывал здесь Осинский, - который вместе
с Бухариным был связан с эсерами, сказал мне, что выстрел, произведенный
правой эсеркой Фаней Каплан в Ленина, был совершен не только по указанию
руководства правых эсеров, но и явился прямым завершением мероприятий,
намеченных в свое время блоком к физическому уничтожению Ленина, Сталина
и Свердлова" (т. 44, л. д. 89).
Эти показания достаточно убедительно говорят о той подлой, предательской,
дьявольской работе, которую вел Бухарин, этот патентованный лицемер и иезуит.
Чтобы закончить с характеристикой поведения Бухарина и самого Бухарина,
надо сказать, что лицемерием и коварством этот человек превзошел самые
коварные, чудовищные преступления, какие только знала человеческая история.
Здесь, на суде, он показал себя весь.
Мы проследили шаг за шагом, год за годом политическую жизнь Бухарина.
Сколько раз Бухарин клялся именем Ленина лишь для того, чтобы сейчас
же лучше обмануть и предать и партию, и страну, и дело социализма.
Сколько раз Бухарин прикасался к великому учителю с лобзанием Иуды-предателя!
Бухарин напоминает Василия Шуйского и Иуду Искариота, который предавал
с лобзанием.
И повадки у Николая Ивановича Бухарина точь в точь, как у Василия Ивановича
Шуйского, как изображает его нам знаменитый писатель Островский:
"Василий свет-Иваныч,
Что ни начни, все свято у него!
Заведомо мошенничать сберется
Иль видимую пакость норовит,
А сам, глядя, вздыхает с постной рожей
И говорит: "Святое дело, братцы!.."
Так и Бухарин, - вредительство, диверсии, шпионаж, убийства организует,
а вид у него смиренный, тихий, почти святой, и будто слышатся смиренные
слова Василия Ивановича Шуйского: "Святое дело, братцы!" из уст Николая
Ивановича.
Вот верх чудовищного лицемерия, вероломства, иезуитства и нечеловеческой
подлости.
Судебное следствие вскрыло и доказало с полной отчетливостью, что "право-троцкистский
блок" представлял собой подлинную агентуру разведок некоторых иностранных
государств, осуществляющих через этот блок, через эту заговорщическую группу
шпионаж, вредительство, диверсии, террор, подрыв военной мощи СССР, что
этот "право-троцкистский блок" пытался провоцировать военное нападение
этих государств на СССР, в целях свержения существующего в СССР социалистического
строя, восстановления в СССР капитализма и власти буржуазии, расчленения
СССР и отторжения от него в пользу указанных выше государств Украины, Белоруссии,
Средне-Азиатских республик, Грузии, Армении, Азербайджана и Приморья.
Установлено на этом следствии, что блок имел своих настоящих хозяев
в лице Троцкого и иностранных разведок, что вся его преступная деятельность
шла под непосредственным руководством и по планам, выработанным в генеральных
штабах Японии, Германии и Польши.
Вот показания Чернова. Чернов связывается с полицией или через полицейского
чиновника в Берлине с Обергаузом. Обергауз, - говорит Чернов, - сказал
мне, что немецкая разведка принимает надлежащие меры для свержения Советской
власти. И дальше, обращаясь к Чернову, Обергауз говорит: "Вот вы считаете
себя оппозицией в Советском Союзе, вам надо объединиться в организующую
силу. Если вы хотите взять власть, то не стесняйтесь в методах борьбы".
Говоря о методах борьбы, Обергауз предлагает закрепить связь правых с немецкой
разведкой. Он говорил о том, что вся организация правых может быть поставлена
на службу целям немецкой разведки.
Здесь, на суде, на вопрос, кто были хозяевами, Чернов ответил:
"Кроме Рыкова и немецкой разведки, - никого". Не ясно ли, что организация
этого так называемого "право-троцкистского блока" была не чем иным, как
экспозитурой некоторых разведок некоторых иностранных государств.
Подсудимый Шарангович здесь полностью подтвердил свою связь с генеральным
штабом Польши. Он подтвердил, что как глава местной белорусской буржуазно-националистической
подпольной организации он ставил своей задачей обслуживание интересов польской
разведки и польского генерального штаба. Он говорил о том, что ему было
предложено от имени некоего консула установить тесную связь с рядом людей,
входящих в руководство национал-фашистской организации Белоруссии, в том
числе с Бенеком. Он говорил, что ему было предложено передавать различного
рода сведения, необходимые польской разведке, ему было поручено так тесно
связаться с польским генеральным штабом, чтобы польский генеральный штаб
мог опереться в своей работе против Советского государства на эту презренную
кучку изменников из белорусской национал-фашистской организации.
Основные цели этой организации? Сам Шарангович определил их кратко:
свержение Советской власти и восстановление капитализма, отторжение Белоруссии
от Советского Союза в случае войны с фашистскими государствами. Для достижения
этой цели, как он говорил, подчеркивалась необходимость установления тесной
связи с польским генеральным штабом. Это была одна из основных задач, которую,
по указаниям центра "право-троцкистского блока", преследовала буржуазно-националистическая
организация в Белоруссии. Кому это было нужно? Это было нужно польской
разведке, это было нужно польскому генеральному штабу, который рассчитывал,
имея в своих руках эту, хотя и маленькую, но все же опасную "пятую колонну"
на территории СССР, обеспечить себе успех в необходимых случаях.
Вот почему Рыков совершенно справедливо здесь сказал, что белорусская
организация правых была, по существу, экспозитурой польского генерального
штаба. Рыков нам говорил здесь, что ему известно было о переговорах Карахана
с немецкими фашистами еще в 1933 году, что немецкие фашисты относились,
как выразился здесь подсудимый Рыков, с полной благожелательностью к возможности
прихода к власти правых и что они обещали всячески приветствовать и поддерживать
этот приход.
Благожелательность германской разведки, конечно, продиктована исключительно
интересами этой разведки: ведь правые и их организация-это фашистская экспозитура.
Имея в своих руках группу изменников, опираясь на них, германский фашизм
мог бы более безболезненно для себя осуществить свой разбойничий план военной
интервенции СССР. А задачи? Задачи-не только те, о которых говорил Шарангович.
Рыков здесь нам дал ясное указание на еще одну в высшей степени характерную
черту, которая с головой выдает "право-троцкистский блок" как агентуру
некоторых иностранных разведок. В ответ на вопрос по поводу расчленения
СССР, отторжения от СССР ряда республик, на вопрос "была ли также задача
подготовки фашистам плацдарма для нападения на СССР и для обеспечения их
победы?"- Рыков ответил: "Да, это несомненно".
Совершенно очевидно, что задача подготовки плацдарма для нападения
на СССР и обеспечения победы над СССР, в случае этого нападения, эта задача
была поставлена немецкой, польской и другими разведками перед "право-троцкистским
блоком", как перед прямой агентурой фашистских разведок. Это говорит о
том, что прав Чернов, свидетельствующий о том, что настоящим-то хозяином
"право-троцкистского блока", кроме Троцкого, были действительно разведки
некоторых иностранных государств.
Мы помним, наконец, показания Крестинского. Как мышь, пойманная в мышеловку,
он пробовал уже здесь на процессе метаться из стороны в сторону, нащупывая
возможные пути своего спасения, но это оказалось безнадежным. Крестинский
признал, что уже в 1920-1921 годах по указанию Троцкого, он, Крестинский,
вел переговоры вместе с другими троцкистами с генералом Сектом и с германским
рейхсвером, он продавал за 250 тысяч золотых марок в год шпионские сведения
генеральному штабу Германии и обеспечивал беспрепятственный допуск в пределы
СССР германских военных разведчиков.
О чем шла тогда речь, как не о превращении СССР в колонию германского
фашизма? В чем сущность этого соглашения с рейхсвером, нити которого тянутся
к измене и предательству так называемого "право-троцкистского блока",-об
этом сказал сам Крестинский. Позвольте кратко напомнить.
"Мы получаем,-говорит он,-небольшую сумму денег, а они получают шпионскую
информацию, которая им будет необходима при военном нападении. Но ведь
германскому правительству,- поучает дальше Крестинский, раскрывая свои
карты,-в частности Гитлеру, нужны колонии, территории, а не только шпионская
информация. И он (то есть Гитлер) готов вместо колоний, из-за которых надо
драться с Англией, Америкой и Францией, удовлетвориться территорией Советского
Союза".
Вот циничная, обнаженная до пределов человеческой подлости постановка
вопроса, которая совершенно отчетливо говорит о том, как подходили некоторые
разведки, в том числе и германская разведка, и некоторые наиболее реакционные,
преимущественно военные, круги некоторых иностранных государств, к деятельности
этого так называемого "право-троцкистского блока". Они подходили к ним,
как к своим рабам и пленникам. Они подходили к ним, как хозяева подходят
к своим слугам. Они искали помощи этих предателей, для того и потому, что
эти предатели держали в своих руках ключи, по крайней мере в их собственном
сознании и отчасти используя свое служебное положение, от ворот наших границ.
Они были подходящими для того, чтобы открыть ворота врагу. Пытаясь вилять
и заметать свои следы, в этом цинично признался в конце концов подсудимый
Бухарин. В разговоре с Рыковым и Томским Бухарин говорил о необходимости
открыть фронт немцам. Вопрос стоит, что называется, ясно до предела. Карты,
хотя и крапленые карты, раскрыты полностью. Они говорили: "Мы вам даем
не только шпионские сведения, но в нужную минуту мы вам откроем фронт.
За это платите нам денежки, на которые мы будем вести свою преступную,
подпольную, троцкистскую работу. Зачем вам драться с Англией, Америкой
и Францией из-за колоний? Вы можете превратить СССР в свою колонию. По
крайней мере ее цветущие окраинные республики, например, Украину. Зачем
вам драться с Америкой, Англией и Францией из-за колоний, когда мы, ваши
покорные слуги, готовы вам отдать Советскую землю за те золотые марки,
которыми вы поможете нам вести свою подпольную работу".
Вот смысл этого соглашения.
Говорит ли наличие такого соглашения о том, что "право-троцкистский
блок" был какой-то политической группой? Нет! "Право-троцкистский блок"-это
не только безыдейная, беспринципная банда вредителей, диверсантов, убийц,
шпионов,-это чистейшая банда агентов иностранных разведок в подлинном смысле
этого самого слова. Она открывает ворота врагу, она стреляет из потаенных
окон по улицам, помогая вторгнувшемуся в города и села неприятелю, содействует
поражению своей родины.
Крестинский говорил: "Мы шли на восстановление капиталистических отношений
в СССР и территориальные уступки буржуазным государствам, с которыми об
этом уже договорились".
В этом, в сущности говоря, и есть весь смысл преступной деятельности
блока.
От Крестинского в цинизме своих показаний не отстает и Гринько. Гринько,
ведь, прямо показывал, что задача, поставленная их иностранно-разведывательными
хозяевами, заключается, главным образом, в том, чтобы помочь иностранным
агрессорам. Это была, говорил Гринько здесь, общая позиция и троцкистов,
и правых, и буржуазно-националистических организаций, и, в частности, украинской
национал-фашистской организации.
Это означало подрыв оборонной мощи Советского Союза, подрывную работу
в армии и оборонной промышленности, открытие фронта в случае войны и провокацию
этой войны.
Нечего сказать, почетные задачи!
Самый перечень этих преступных целей с головой выдает этот блок, как
чистейшую банду шпионско-разведывательских организаций некоторых иностранных
государств.
Икрамов здесь нам рассказал о том, как главари "право-троцкистского
блока", и в первую очередь Бухарин, уговаривали его принять все меры к
тому, чтобы превратиться в подлинную агентуру иностранных разведок.
Московские главари "право-троцкистского блока" информировали Икрамова
о японо-германской, как они говорили, "ориентации", о связи с немцами и
японцами. Во имя чего? Во имя той же задачи, которая так выпукло была изображена
и Гринько, и Крестинским.
Вторая встреча была посвящена обсуждению вопроса о вредительстве. Третья
встреча была посвящена вопросу о связи с Англией.
Об этом здесь очень подробно и полно говорил обвиняемый Ходжаев.
Что же говорил ему Бухарин? Он говорил, что надо ориентироваться на
Англию, что если сейчас войны не будет, если скоро интервенции не будет,-нашему
делу "капут". Бухарин говорил Икрамову: "Могут всех нас переловить, а вопрос
ускорения войны не можем разрешить из-за Англии, которая в некотором отношении
является международным арбитром".
Интересно представление заговорщиков, возлагающих все надежды на военное
нападение на СССР, об Англии, как о каком-то международном арбитре. Известно,
говорит Бухарин, что англичане давно смотрят на Туркестан, как на лакомый
кусочек. Если будут такие предложения, тогда англичане, может быть, скорее
перейдут на сторону агрессора против Советского Союза.
Бухарин, в сущности говоря, здесь не отрицал этого разговора. Он говорил
о некоторых деталях, спорил о некоторых словах, говорил, что это было иначе
сформулировано, но в основном Бухарин подтвердил, что такие разговоры были,
что была "ориентация на британского арбитра", который готов был заполучить
"лакомый кусочек" в виде Туркестана. Это же подтвердил и другой обвиняемый
Ходжаев, который признал, что Бухарин вел с ним разговоры, организовывая
в Средней Азии ту деятельность, которая целиком и полностью может быть
охарактеризована как государственная измена, как подготовка поражения,
расчленения СССР. Отторжение от СССР целых областей и даже союзных республик
они рассматривали как плату за ту помощь, которую военный агрессор готов
оказать блоку в его преступной борьбе за захват власти, за свержение законного
Советского правительства в нашей великой стране.
Я уже сказал, что по всем тем обстоятельствам, которые с такой исчерпывающей
полнотой вскрыты на судебном следствии по настоящему делу, видно, что "право-троцкистский
блок" представлял собою просто агентуру иностранных разведок. Этим обстоятельством
определялся и весь характер, и вся природа тех взаимоотношений, которые
сложились и существовали между этим так называемым "блоком", с одной стороны,
и некоторыми иностранными разведками, являющимися действительными хозяевами
этих преступников,-с другой.
О том, каковы были эти взаимоотношения между иностранными разведками
и блоком, можно судить по ряду фактов, с непреложностью установленных на
настоящем судебном следствии.
Я напомню вам допрос подсудимого Рыкова. На вопрос о том, что представляла
собой буржуазно-фашистская организация, действовавшая в Белоруссии под
руководством Голодеда, Червякова и Шаранговича, Рыков должен был признать,
что даже назначение сколько-нибудь крупное отдельных работников на руководящие
посты в Белоруссии предварительно согласовывалось с польской разведкой.
Этот факт, сам по себе, уже достаточно ярко характеризует действительную
природу тех отношений, которые существовали между "право-троцкистским блоком"
и польской разведкой. Если польская разведка решает, кого назначить на
те или другие наиболее ответственные должности, ясно, что подлинными, настоящими
хозяевами, распоряжавшимися судьбой "право-троцкистского блока", всей его
преступной деятельностью являлась польская разведка. Хозяевами этого "блока"
являлись также и разведки других государств, с которыми состояли в преступной
связи и отношениях, по поручению, с ведома и согласия руководителей этого
"блока" отдельные участники этой заговорщической преступной организации.
Я напомню вам показания подсудимого Иванова, который здесь уже говорил
о том, что иногда участники блока не различали, где действуют правые, а
где действует иностранная разведка, до такой степени все у них переплелось.
Я напомню вам также и то, что, по словам Иванова, Бухарин рекомендовал
ему связаться с английской разведкой. Бухарин говорил, что Англия имеет
очень большие интересы в Северном крае. Он говорил, что с этой страной
у центра правых есть соглашение о помощи правым в свержении Советской власти
и что в этом соглашении предусматривается обеспечение интересов английских
лесопромышленников в лесном хозяйстве Северного края.
Здесь также ярко выражен конкретный хозяйский интерес той разведки,
с которой Бухарин рекомендовал связаться подсудимому Иванову и с которой
подсудимый Иванов связался, выполняя это указание Бухарина. Иванов показал,
что Бухарин рекомендовал ему поставить дело таким образом, чтобы показать
английской буржуазии, что правые охотно идут на удовлетворение всякого
рода экономических и финансовых интересов этой буржуазии, рекомендовал
выдавать авансы английской буржуазии с тем, чтобы, с одной стороны, не
потерять поддержку для себя, а с другой, не потерять доверия.
Ясное дело, что это "доверие" строилось только на одном-на способности
этих заговорщиков уплатить чистоганом советской землей и советской кровью
за изменническую свою деятельность, за помощь, которую иностранные агрессоры
готовы оказать заговорщикам в их преступных целях.
Об этом же говорил, по существу, и Раковский, когда он показывал, какое
часто создавалось противоречивое положение для "добросовестных" агентов
иностранных разведок, каким выглядит этот умильный старичок, сидящий здесь
перед вами на скамье подсудимых. Положение создалось весьма и весьма затруднительное
для тех разведчиков, которые сразу служили нескольким разведкам. А такие
подсудимые налицо. Сам Раковский представляет такого специалиста, который
служил одновременно и японской, и английской разведкам и попадал вместе
с Юреневым в "тяжелое" для них положение.
"Мы,-говорил здесь Раковский, передавая слова Юренева,- очутились в
таком переплете, что иногда не знаешь, как себя вести. Боишься-как бы,
удовлетворив одного из наших контрагентов, не обидеть другого. Вот теперь,
например, возникает антагонизм между Англией и Японией в китайском вопросе,
а нам приходится иметь связь и с английской и с японской разведками..."
Тяжелое положение для разведчика! Тяжелое положение для английского
и японского шпиона.
"...Нам, троцкистам,-говорил Раковский,-приходится играть в данный
момент тремя картами: немецкой, японской и английской".
Мы видим, что эта игра ничем хорошим для игроков окончиться не может.
"...Немецкая карта, по крайней мере, в тот момент для меня была недостаточно
ясна..."
Хотя и достаточно краплена.
"...Я лично считал, что... Япония... является актуальным агрессором
против СССР".
И дальше он продолжает:
"Японская карта была для нас, троцкистов, чрезвычайно важна. Но, с
другой стороны, не нужно переоценивать значения Японии, как нашего союзника
против Советского правительства. Если даже японская агрессия и сможет продвинуться
на территорию СССР, она утонет в пространстве и тайге. А что касается Великобритании,
здесь дело посерьезнее. Великобритания в данный момент находится в антагонизме
с Японией. Не нужно забывать, что Англия возглавила коалицию против французской
революции и 25 лет боролась".
выходит, что самая сильная карта - карта английской разведки. Но не
моя задача разбирать качество всех этих "карт" и их отличие. Я хотел бы
только показать, каким затруднительным оказалось положение таких господ,
которые умудрялись поклоняться сразу трем богам, служить сразу трем разведкам.
Нельзя им по-человечески не посочувствовать, но помочь им мы можем только
одним-уничтожить возможность играть в какие бы то ни было карты, как бы
эти карты им самим ни казались серьезными.
О связях с английскими агрессорами подсудимый Раковский показал, что
блок подготовлял поражение СССР и систематически занимался шпионажем.
В этой связи надо сказать о Бухарине, который хотел здесь показать,
что, в сущности говоря, он не за поражение СССР, и не за шпионаж, и не
за вредительство, и не за диверсию, так как и вообще он к этому практическому
делу иметь отношения не должен, ибо он "теоретик", который занимался проблематикой
всеобщих вопросов. Но и Бухарин должен был поставить все точки над "и".
Он сказал:
"Одним словом, я был обязан как один из руководителей правого центра
доложить одному из руководителей периферийного центра нашу установку".
В чем заключалась эта установка?
"Коротко эта установка заключалась в том, что в борьбе с Советской
властью возможно использование военной конъюнктуры и тех или иных уступок
капиталистическим государствам для их нейтрализации, а иногда и для помощи
с их стороны".
Если расшифровать это витиеватое показание Бухарина, то это значит-прямая
измена, переход на сторону врагов в зависимости от военных обстоятельств
и от военной обстановки для того, чтобы воспользоваться помощью этих врагов
в достижении своих преступных целей.
Когда Бухарину задают об этом вопрос: "Иначе говоря, ориентация на
помощь некоторых иностранных государств?" Он отвечал: "Да, это можно и
так сказать". Он не хочет прямо сказать, а говорит, что "это можно и так
сказать".
Можно и нужно так сказать, ибо это соответствует действительности.
На вопрос: "Иначе говоря, ориентация на поражение СССР?"- Бухарин говорит,
оставаясь верным своей туманной словесной эквилибристике: "В общем, суммарно,
повторяю-да".
Итак, "суммарно" Бухарин признает ориентацию на поражение СССР, а в
тех конкретных условиях, в которых он находился, как руководитель "право-троцкистского
блока", это "суммарно" означало:
"Мы подготовляли поражение СССР, мы готовы были открыть врагам ворота".
"Открыть врагам фронт",-как это подтвердил Рыков, как этого не мог
не подтвердить Бухарин.
Я хочу в этой связи обратить ваше внимание, товарищи судьи, на то,
как и тут Бухарин пытался вылезти сухим из воды, как он, признавши связь
с военной заговорщической организацией Тухачевского и Якира, пытался играть
понятием слова "должны" открыть фронт, пытался уйти от настоящего ответа
на этот в высшей степени неприятный для него вопрос.
Но как бы Бухарин ни изощрялся в отдельных словах и фразах, как бы
он ни пытался уверять, что понятие "должны", хотя и выражается одним словом,
но имеет разное значение,-мы отчетливо представляем действительное отношение
Бухарина к этому вопросу.
Бухарин вместе с Рыковым и Томским организовали не шуточное дело, а
дело серьезное, дело свержения Советского правительства и Советской власти,
не стесняясь решительно никакими средствами. Потерявши всякую опору внутри
СССР, устремивши все свои надежды на враждебное СССР иностранное государство,
они договорились с ним об открытии фронта, о совместном намерении разгромить
советский народ. Советское государство, для того, чтобы путем измены пробраться
к власти, которую в этот же момент они должны будут целиком, безраздельно
и полностью отдать в руки фашистов, в руки своих настоящих хозяев.
Довольно играть словами! Довольно эквилибристики, "философии"! Речь
шла о государственной измене, о переходе на сторону врага, об открытии
фронта, о поражении СССР, о разгроме нашего отечества.
Вся шпионская работа отдельных соучастников этого заговора на всех
участках в целом направлялась Бухариным и Рыковым. Все шпионские сведения
шли в соответствующие органы по каналам при помощи средств и связей, которые
были в руках Рыкова, Бухарина, Ягоды и их соучастников.
Здесь, на суде, раскрылась в полной мере связь Рыкова, Бухарина и Ягоды
с разведками ряда иностранных государств. Вместе с меньшевиками, с Даном,
со II Интернационалом, с эсерами, с Масловым, с заграничными иностранными
разведками, вместе с агрессорами, они пытались свергнуть Советскую власть
и восстановить власть настоящего, матерого, стопроцентного капитализма,
настоящего господства помещиков и фабрикантов.
Все эти вредительства, измены, предательства смешивались с систематическим
обслуживанием иностранных разведок секретными сведениями и разного рода
материалами. Крестинский, Розенгольц, Иванов, Шарангович, Чернов, Раковский,
Ягода и другие систематически передавали иностранным разведкам тайны Советского
государства.
О систематическом обслуживании заговорщиками из "право-троцкистского
блока" иностранных разведок мы имеем достоверные сведения. Я приведу здесь
выдержку из токийской газеты "Миако" от 20 февраля 1937 года, которая содержит
в себе информацию о секретном заседании так называемой планово-бюджетной
комиссии. Депутат Иосида обратился с запросом к военному министру генералу
Сугияма:
"известна ли ему и армии провозоспособность Сибирской железной дороги".
Министр ответил на этот вопрос положительно и сказал, что провозоспособность
Сибирской железной дороги им известна, что они имеют систематически сведения
о пропускной способности Сибирской железной дороги от имеющихся в России
элементов, находящихся в оппозиции к нынешнему Советскому правительству.
Через них в Японии получают сведения о Сибирской железной дороге.
Вот они эти элементы, вот они эти лазутчики, разведчики, слуги империализма,
торгующие интересами нашей страны. Вот они-агенты военного министра, собирающего
свои силы на рубежах нашей страны для нападения на наши священные границы.
Я не могу не привести и еще одного обстоятельства. Орган японского
министерства иностранных дел "Джапан Тайме" в январе 1937 года в передовой
статье писал:
"То, что обе страны-Германия и Япония-естественно стремятся получить
всякую информацию о СССР, могущую иметь военную ценность, должно быть принято,
как факт. Если бы они не делали этого, то были бы дураками и не выполняли
бы своего долга перед государством и страной. Возможность вооруженного
столкновения с Советским Союзом когда-то в будущем не может быть с уверенностью
исключена, хотя надо надеяться, что этого не произойдет. Поэтому, государства,
перед которыми стоит такая перспектива, обязаны готовиться всеми возможными
путями при обеспечении победы при столкновении".
Вы хотите, господа обвиняемые, иметь, кроме ваших показаний, доказательства
вашей преступной провокаторской, шпионской, разведывательной работы? Ищите
эти доказательства на страницах органа министерства иностранных дел Японии,
на страницах токийской газеты.
Японские агрессоры не только не скрывают своих шпионских вожделений,
но, как в данном случае, когда это касается СССР, они восхваляют шпионаж
как высшую патриотическую добродетель. Ясно, что мы к этим "добродетельным"
людям, которые занимают сейчас скамью подсудимых, должны отнестись так,
как это соответствует качеству и глубине их шпионской "добродетели".
Бухарин, Томский, Рыков, Ягода собирались открыть фронт. Но и тут,
как и везде, как и во всей своей предательской работе, они действовали
как провокаторы. И это тоже не случайно, ибо это характеризует метод работы
этих господ. Они готовятся открыть фронт, но они хотят так изобразить дело
перед рабочими и крестьянами всей нашей страны, перед всем нашим народом,
что фронт открыли не они, а кто-то другой, что они, наоборот, против открытия
фронта, против измены; они даже сговаривались о том, как этих, кто откроет
фронт, по их собственному приказанию, отдать под суд, чтобы сыграть, как
цинично выразился Бухарин, на патриотических лозунгах. Я не сомневаюсь,
что Бухарин использует либо свою защитительную речь, либо свое последнее
слово для того, чтобы еще раз при помощи самой чудовищной цирковой эквилибристики
придать этому свой особый смысл, чем тот, который придаю этому я, государственный
обвинитель на этом процессе, но иной смысл, мне кажется, придать этому
нельзя.
Я процитировал на одном из заседаний судебного следствия то показание
Бухарина, где он говорит о высоко поднявшейся волне советского патриотизма,
который не позволит никому и никогда играть своей страной, который за каждый
шаг измены потребует расплаты головою, жизнью изменников.
Бухарин и его дружки прекрасно понимали и оценивали значение этого
величайшего, подлинно народного патриотизма, на высоком уровне которого
стоит вся наша страна, от малого-до великого готовая в необходимую минуту
своей грудью заслонить свою отчизну от нашествия иностранных интервентов.
Они учитывали это, они знали и понимали, что с любовью народа к своей матери-родине
нельзя шутить. И учитывая это, они построили всю эту систему провокаций
и измены. Они готовы открыть широко ворота иностранной интервенции, но
они хотят изобразить это дело так, как будто это дело каких-то чужих рук,
против которых они, эти иезуиты и фарисеи, эти иуды искариоты и василии
шуйские якобы поднимают теперь свой голос "патриотизма". Бухарин говорил-отдать
под суд виновных в открытии фронта, играя патриотическими лозунгами.
Игра разоблачена. Предательские маски с их лиц сорваны и сорваны раз
и навсегда. Ни один из подсудимых не посмел отрицать своей преступной работы
в направлении подготовки поражения СССР и расчленения СССР. Одни говорили
об этом просто, грубо, цинично, другие же, опять-таки вернусь к Бухарину
и Рыкову, иезуитски вуалировали свои признания, но и они в конце концов
не посмели и не могли отрицать этого преступления перед нашим гласным советским
судом. Уж слишком сильны улики и слишком убедительны доказательства!
Троцкий, как это было установлено на предыдущих процессах и как это
вновь подтверждено на настоящем процессе, договорился с германской и японской
разведками о совместной борьбе против СССР и Советской власти. Мы и на
этом процессе имеем по этому поводу очень подробные показания одного из
обвиняемых, именно обвиняемого Бессонова. Он сказал, что соглашение это
было заключено на основе тех пяти пунктов, которые он привел в своих показаниях.
Это, во-первых,-обоюдный саботаж всех официальных отношений, саботаж нормализации
отношений между СССР и Германией. Это что значит?
Это значит система провокаций в международных отношениях! И это конечно
не слова, потому что мы знаем, что троцкисты сумели под своей маской двурушничества
пролезть на целый ряд достаточно ответственных постов, на которых практически
осуществляется наша иностранная политика. Раковские, Крестинские, Юреневы
и другие, Бессоновы и им подобные-это же все люди, которые выполняли порученное
им дело дипломатического представительства СССР во внешних сношениях. Этим,
между прочим, еще больше усугубляется их вина и тяжесть их ответственности
перед Советским государством и советским народом.
Посланные для того, чтобы представлять интересы нашего государства,
они в действительности всеми мерами боролись против этих интересов. Эти
господа использовали свое должностное положение,-и так делал и Раковский,
и Гринько, и Крестинский,-для того, чтобы сорвать дело мира, для того,
чтобы принять все меры провокации возможных столкновений, в угоду империалистам.
Второй пункт соглашения-всестороннее сотрудничество троцкистских организаций
в СССР с германскими подпольными и шпионскими организациями и их агентами.
Для чего? Для подрыва военной и хозяйственной мощи СССР, для ускорения
поражения СССР в войне.
Третий пункт-содействие германского фашизма государственному перевороту
в СССР в целях перехода власти в руки "право-троцкистского блока".
Четвертый - ускорение интервенции и немедленное заключение мира с новым
правительством после его прихода к власти-естественный шаг в плане той
изменнической работы, которую вели эти господа.
Пятый-отторжение Украины от СССР в пользу Германии, как отторжение
Приморья в пользу Японии, как и отторжение Белоруссии в пользу Польши,
как расчленение всего нашего Советского Союза путем отторжения отдельных
областей и республик и отдачи их в распоряжение иностранных империалистов.
Бухарин должен был здесь признать, что условия, на которых был заключен
этот так называемый союз,-а это вовсе не "союз" (а это есть, в сущности
говоря, хозяйско-приказничий договор) - этими условиями были: расчленение
СССР, отторжение от СССР Украины, Приморья, Белоруссии. Я спросил Бухарина:
"В пользу кого?" И он ответил: "В пользу Германии, в пользу Японии, отчасти
Англии". Это собственное признание Бухарина, от которого ему некуда уйти
и от которого он не уйдет.
Троцкисты и правые действовали именно в соответствии с этим соглашением.
Гринько показал, как действовали украинские национал-фашисты во исполнение
этого соглашения. Крестинский подтвердил, как они действовали во исполнение
этого соглашения. Они, как указывал еще Троцкий, предусматривали диверсионную,
шпионскую и вредительскую деятельность, деятельность гитлеровцев и троцкистов
в СССР.
В антисоветском "право-троцкистском блоке" видное место занимали буржуазно-националистические
группы, образовавшиеся в некоторых национальных республиках под прямым
влиянием агентуры тех же иностранных разведок и под непосредственным руководством
так называемого центра "право-троцкистского блока".
Изменники Гринько, Ходжаев, Шарангович, Икрамов-это прожженные, матерые
контрреволюционеры разных мастей, с большим контрреволюционным стажем от
боротьбистов, от "Милли Истиклял" и "Милли Иттихад" до "право-троцкистского
блока".
Рыков уверял Ходжаева, что под руководством правых узбекская националистическая
организация может добиться "независимости" Узбекской республики.
Ходжаев должен был признать,- а вы видели Ходжаева, это достаточно
культурный человек, прекрасно разбирающийся во всех тонкостях и перипетиях
той борьбы, в которой он принимал участие. Ходжаев должен был признать,
что он хорошо понимал лживость и фальшь этого лозунга о так называемой
независимости Узбекской республики, он понимал прекрасно, что под этим
лозунгом скрывается в действительности зависимость узбекского народа от
эксплуататоров той капиталистической страны, которая поможет этой республике
добиться своей этой призрачной независимости.
Вместе с Рыковым в этом же направлении действовал и Бухарин, восхвалявший,
по словам Ходжаева, германский фашизм, говоривший, что фашистская Германия
сейчас всеми силами работает над тем, чтобы сделать Германию гегемоном
Европы, и что возможно соглашение между Японией и Германией для борьбы
с СССР.
Бухарин уговаривал Ходжаева найти пути и дороги к английской разведке
через тех курбаши, о которых здесь показывал нам Ходжаев. Бухарин предлагал
связаться с английскими кругами, кое-что пообещать Англии. Он говорил:
"Не может Узбекистан с 5 миллионами населения сделаться независимым государством
между двумя колоссами: с одной стороны Советским Союзом, с другой стороны-Англией.
Нужно пристать к какому-нибудь берегу". И Бухарин толкает Ходжаева, достаточно
впрочем подготовленного и самого по себе, на то, чтобы пристать к берегу
буржуазной контрреволюции.
Бухарин говорит о стабилизации капитализма, о том, что в этом деле
сыграл огромную роль фашизм, особенно немецкий фашизм. Он всячески, как
верный пес этого фашизма, радостно лает, возвещая свой восторг перед этим
немецким фашизмом.
Бухарин в этом направлении обрабатывал и Икрамова, хотя Икрамов таков,
что ему тоже палец в рот не клади. Бухарин лгал на Ленина, он говорил,
что колониальные страны не могут прийти к социализму при поддержке пролетариата
СССР, минуя стадию капитализма, и так далее. Бухарин проповедывал, в интересах
окончательного усвоения Икрамовым, теорию и практику реставрации капитализма
не только в Узбекистане, но и во всем СССР. Он сказал: "Ваши средства мелочны.
Вы хотите ждать, когда придет трудный момент для Советской власти. и тогда
вы будете действовать. Нет, лучше надо действовать. Мы одобряем ваши действия
в вопросе отторжения Узбекистана. В этом вопросе у правых есть договоренность
с украинскими националистами с белорусскими националистами и националистами
других республик".
Право-троцкистские и буржуазно-националистические изменники, в угоду
своим капиталистическим хозяевам, хотели вернуть под капиталистическое
ярмо освобожденные Великой социалистической революцией, ранее угнетавшиеся
царизмом, помещиками и капиталистами,-народы наших братских союзных республик.
Не смея открыто сказать о своих предательских планах порабощения народов,
поднятых на громаднейшую высоту в результате ленинско-сталинской национальной
политики, на высоту культурно-политического и экономического расцвета,-
эти предатели практиковали свои предательские, лживые, обманные лозунги
и речи о независимости этих республик.
Будто есть другая страна в мире, кроме СССР, где была бы действительно
обеспечена подлинная национальная независимость, подлинная и полная национальная
культура, подлинное процветание миллионных масс народов! Такой страны,
кроме СССР, нет во всем мире! В то время, как в колониях капиталистических
стран-в Индии, Алжире, Тунисе, Марокко, как и в восточных странах народы
изнывают под тяжелым игом капиталистического гнета, где все больше прогрессирует
бедность и нищета, вымирание масс от голода, где процветает сифилис, туберкулез,
где все больше и больше процветают разорение и пауперизация,-в СССР, в
ее славных одиннадцати союзных республиках все больше и больше растет материальное
благосостояние масс, все выше и выше поднимается национальная по форме,
социалистическая по содержанию культура, все радостней и ярче сверкает
великими благословенными лучами засиявшее над богатыми необозримыми просторами
этих республик новое, социалистическое солнце, солнце неувядаемой славы
братского нерушимого союза народов Союза Советских Социалистических Республик.
Провокаторы, разведчики, фашисты, конечно, добивались отделения союзных
республик от нашего Союза. Почему они добиваются этого? Потому что, как
об этом говорил товарищ Сталин уже 18 лет тому назад, отделение окраин
подорвало бы революционную мощь центральной России, стимулирующую освободительное
движение Запада и Востока. "...Сами отделившиеся окраины,-говорил товарищ
Сталин,-неминуемо попали бы в кабалу международного империализма". Подлинная
независимость национальных республик обеспечивается лишь в условиях Советского
государства, в условиях победившего социализма, на основе великой Сталинской
Конституции.
Эта шайка изменников действовала уже известными, не раз вскрытыми судом,
преступными методами: методом вредительства, диверсии, шпионажа, террора.
Вредители, диверсанты, шпионы проникли в ряд отраслей и заняли там руководящее
положение. Так было с Черновым, занимавшим высокий пост народного комиссара
Земледелия Союза, так было с Гринько, занимавшим высокий пост народного
комиссара Финансов СССР, так было с Розенгольцем, занимавшим высокий пост
народного комиссара Внешней торговли СССР, так было с Зеленским, бывшим
председателем Центросоюза, так было еще в ряде других случаев. В руках
этих преступников были, конечно, такие возможности самого широкого и в
то же время самого замаскированного и самого опасного вредительства, какие
редко бывают в руках преступников.
Основная задача подрывной, вредительской деятельности этого "право-троцкистского
блока" была-всячески подорвать экономическую мощь СССР. Ликвидировать советскую
социалистическую систему, ослабить обороноспособность СССР, оборонную промышленность,
разрушить сельское хозяйство, ликвидировав колхозы и совхозы, разрушить
транспорт, роль которого во всем народном хозяйстве исключительно велика-таковы
чудовищные задачи, которые ставили перед собой преступники.
Они ставили задачу приурочить наступление всех этих пагубных последствий
к моменту военного нападения иностранных агрессоров на СССР и не только
приурочить их к моменту нападения, но добиться и того, чтобы эти преступные
действия сыграли и самостоятельную роль, как определенные пути к ослаблению
мощи Советского государства.
Преследуя свою основную цель-свержение Советской власти, "право-троцкистский
блок",-как это показало наше судебное следствие,-не остановился перед самыми
грязными и самыми циничными методами, чтобы подорвать доверие масс к органам
Советской власти, чтобы посеять среди населения недовольство Советами и
восстановить, по возможности, народ против Советской власти.
Эта провокационная деятельность, проводимая каждым из обвиняемых там,
где он работал, представляет собой громаднейшую, общеполитическую опасность.
Об этом особенно свидетельствуют такие дела, как, например, упоминавшееся
здесь на суде Лепельское дело: бесчинства и беззакония, осуществлявшиеся
по указке этого блока заговорщиками и преступниками, были направлены к
тому, чтобы практикой беззаконных действий дискредитировать в глазах широчайших
масс населения Советскую власть.
Суд и следствие показали, как бессовестно-циничны и чудовищно-преступны
были те способы и средства, которые блок применял для осуществления своих
целей. Эта вредительская подрывная работа представлялась особенно опасной,
ввиду того исключительного и особого положения, которое занимал ряд подсудимых
в системе советского государственного аппарата.
Возьмите финансы. Основной установкой вредителей в области финансов-как
это сформулировал Рыков, с согласия Бухарина- было "ударить по Советскому
правительству советским рублем". Это перефразировка старого троцкистского
лозунга, который известен по другим процессам через Пятакова- "бить наиболее
чувствительными средствами по наиболее чувствительным местам".
"Ударить по Советскому правительству советским рублем"-вот директива,
которая определяла всю деятельность Гринько, бывшего народным комиссаром
финансов и в то же самое время действовавшего в качестве агента германской
и польской разведок и сподручного Бухарина и Рыкова. Именно эту директиву,
это решение "блока" он старался провести в жизнь не за страх, а за совесть
(хотя и растленную совесть).
Больше того. Известно, что финансовая работа не имеет замкнутого значения,
что она определяет собою направление и развитие всех других отраслей промышленности.
И это учитывается преступным блоком вредителей. Вредительство в финансовом
деле перебрасывается на различные хозяйственные области. В сельском хозяйстве,
которое для СССР имеет огромное значение, вредительская работа насколько
возможно должна была сорвать задачу 7-8-миллиардного урожая, поставленную
перед нами партией и правительством.
Гринько напомнил, как он вредил в области налогового дела, в области
сберегательного дела, где стремились всячески озлобить население. Каждый
из нас хорошо знает, как безобразно было поставлено сберегательное дело
при Гринько, когда нужно было тратить массу времени, наталкиваться на всякого
рода бесконечные неприятности и дерзости, грубость и невнимание к вкладчикам,
когда старались всячески озлобить и отпугнуть население от сберегательной
кассы.
Теперь Гринько прямо сказал, в чем тут секрет, а секрет заключался
в стремлении вызвать озлобление вкладчика, подорвать сберегательное дело.
Во главе этого дела был поставлен, по собственному выражению Гринько, такой
головорез, как Озерянский, который в то же время подготовлял террористические
акты против руководителей нашей партии и правительства.
Я не касаюсь других фактов, свидетельствующих о том, что в лице Гринько
мы видим старого закоренелого врага Советской власти, целиком и полностью
продавшегося немецкой разведке, активно боровшегося путем вредительства,
диверсии, измены и террора против Советской власти, за реставрацию капитализма.
Возьмите другого разведчика - Чернова, несомненно, "талантливого" человека,
потому что он успел побывать за один только вечер у Дана с Кибриком, подраться
с полицейскими, попасть в полицей-президиум и сделаться немецким разведчиком.
Ничего тут невероятного, однако, нет. Так в жизни как раз и бывает
с такими людьми, как Чернов. Это теперь у него вид более или менее свежий
и здоровый. Заключение ему в значительной степени помогло. На воле у него
было иное лицо, испитое лицо алкоголика, который больше пил, чем работал,
это был человек, больной социальным недугом-алкоголизмом. И вот по поручению
правительства он поехал за границу. Но одновременно берет на себя поручение
"блока", который пользуется его случайной командировкой для того, чтобы
направить его для организации связи с Даном. Попадает он к Дану и Кибрику.
Дан и Кибрик-это ясно-немецкие разведчики. Это видно хотя бы из того, что
тот разговор, который он вел с Даном и Кибриком, стал тут же известен разведке
полицей-президиума.
Говорят, что "стены имеют уши", но есть и такие стены, которые имеют
и глаза, стены, через которые все не только видно, но и доступно фотографическому
аппарату. И вот, в то время, когда Чернов выпивал и закусывал с Даном и
Кибриком, щелкает фотоаппарат и увековечивает на фотопластинке это "свидание
друзей" - Чернова и Дана. В руках полицей-президиума-документ, который
может испортить Чернову всю его карьеру. Поехал он по поручению правительства,
а оказался связанным с такими матерыми меньшевиками, как Дан и Кибрик,
с ними он ведет шашни. Это может стоить Чернову не только политической
карьеры. И на этом играет немецкая разведка. Она не считает Чернова достаточно
высокопоставленным человеком для того, чтобы доставить его на такси,-обойдется
и троллейбусом. Но в троллейбус садятся люди, которые начинают драку, начинают
скандал, который заканчивается в полицейском участке. Хорошая картина-народный
комиссар, который заводит скандал и бьет по щеке полицейского. Прибавьте
к этому компрометирующие фотоснимки, и Чернов уже "испекся". Чернов должен
либо честно рвать и повернуть круто на 180°, либо плыть по тому течению,
по которому он поплыл. К этому надо добавить, что Чернов бывший меньшевик,
который сохранил свой меньшевизм до последнего часа. Следовательно, он
мог бы, так же как Розенгольц, повторять те же слова молитвы-"да расточатся
врази". По поводу Чернова даже Рыков сострил, что Чернов в один вечер успел
побывать в полицей-президиуме и попасть в разведчики.
А разве иначе происходит вербовка агентов разведок? Из множества материалов,
печатающихся за последнее время, известно, как ловят и в дансинге, и в
частных беседах, и в любовных делах, когда специально подсовывают представительниц
прелестного пола, играющих роль далеко не прелестных представительниц,
далеко не прелестных учреждений. Известно, что и в картишках ловят, и на
бутылке коньяку ловят. Ловят так, как ловят бабочек, летящих на огонек.
На прошлом процессе мы видели, как немецкая разведка, надо ей отдать
справедливость, искусно завербовала Строилова. Раковский тут рассказывал,
как его, человека с большим опытом житейских отношений, завербовали английская
и японская разведки, и о том, как какой-то Армстронг или Леккерт сделал
его английским разведчиком.
Вот Чернов, он действует по заданию немецкой разведки и прямо говорит:
"Особым условием немецкая разведка ставила организацию вредительства в
области коневодства". С тем, чтобы, как говорил Райвид, не дать лошадей
для Красной Армии. Ясная постановка вопроса. Чернову не трудно выполнить
это задание, и он приступает к выполнению этого задания. Этот человек специально
выделяет 3 фабрики: Кашинцевскую, Орловскую, Ставропольскую. Для чего?
Для того, чтобы там вырабатывать, как он выражается здесь, "биопрепараты
с неослабленными бактериями". Он это делает для того, чтобы сорвать коневодство,
сорвать поголовье, подорвать вообще животноводство.
Конечно, кто же может это сделать, как не лицо, занимавшее такой высокий
пост, как Чернов? Кто еще мог организовать специальные фабрики для выработки
заразных препаратов? Только он. И он это осуществлял. Он здесь сам сказал,
что 25.000 лошадей погублено по его заданию. В таких краях, как Сибирь,
было уничтожено большое количество лошадей. Они специально прививали рожу
и чуму свиньям. Делали это и в Воронежской области, и в Азово-Черноморском
крае, и в Ленинградской области.
Задача поставлена просто - ослабить обороноспособность Красной Армии.
Это не просто вредительство, это шпионское вредительство это лазутчики
военного неприятеля, который решил последовать примеру эпохи Илиады и Одиссеи-ввести
Троянского коня во внутрь города, чтобы в случае чего этот конь сыграл
роль опорной базы против защитников родины.
Розенгольц тоже действует так, как это интересует немцев и японцев.
Он заключает специально в интересах этих иностранных государств нефтяной
договор. Он специально вредительски организует экспорт золотоотходов в
интересах тех же государств, в прямое нарушение интересов своего отечества.
Он организует вредительский и преступный экспорт в Японию чугуна, чтобы
этот чугун пошел как раз на те снаряды, которыми собирается японская военщина,
если не бомбардировать, то, во всяком случае, пугать наше отечество. Он
всячески задерживает оборонный импорт. Он действует так, как ему приказала
разведка, используя свое высокое положение, обманывая, предательски-вероломно
изменяя своему государственному долгу.
Икрамов вместе с Ходжаевым не отстают во вредительстве от своих центральных
"коллег". Он сам показывал здесь о вредительстве в Намангане, о вредительстве
на шелкомотальных фабриках, на хлопкоочистительных заводах, о вредительстве
в организации хлопкового хозяйства. По их показаниям, в организации этой
вредительской подрывной работы роль Рыкова и Бухарина была совершенно отчетливой-роль,
которую можно назвать руководящей.
Зеленский. Здесь я только укажу на эту позорнейшую практику подбрасывания
в предметы продовольствия стекла и гвоздей, в частности в масло, что било
по самым острым жизненным интересам, интересам здоровья и жизни нашего
населения. Стекло и гвозди в масле! Это же такое чудовищное преступление,
перед которым, мне кажется, бледнеют все другие подобного рода преступления.
В нашей стране, богатой всевозможными ресурсами, не могло и не может
быть такого положения, когда какой бы то ни было продукт оказывался в недостатке.
Именно поэтому задачей всей этой вредительской организации было-добиться
такого положения, чтобы то, что у нас имеется в избытке, сделать дефицитным,
держать рынок и потребности населения в напряженном состоянии. Напомню
тут только эпизод из деятельности Зеленского-историю с 50-тью вагонами
яиц, которые Зеленский уничтожил сознательно для того, чтобы Москву оставить
без этого необходимейшего продукта питания.
Теперь ясно, почему здесь и там у нас перебои, почему вдруг у нас при
богатстве и изобилии продуктов нет того, нет другого, нет десятого. Именно
потому, что виноваты в этом вот эти изменники. Тем более это давало им
почву для создания настроений против системы нашего хозяйственного управления,
против всей системы Советской власти. Бить по насущнейшим потребностям
населения-это, в сущности говоря, выполнять старую директиву Рябушинского,
который собирался костлявой рукой голода задушить пролетарскую революцию.
Не удалось!
Организуя вредительство, все эти Рыковы и Бухарины, Ягоды и Гринько,
Розенгольцы и Черновы и так далее, и тому подобное преследовали в этой
области определенную цель: попробовать задушить социалистическую революцию
костлявой рукой голода. Не удалось и никогда не удастся!
Шарангович разводит анемию лошадей-падает 30 тысяч лошадей. Шарангович
подрывает торфяную промышленность. Шарангович сознательно сеет национальную
рознь, развивая националистические чувства среди белорусского населения.
Иванов разрушает заводы, разрушает целлюлозно-бумажную промышленность,
хотя и с осторожностью, с оглядкой, как бы слишком не попортить интересам
английских хозяев, которым "право-троцкистский блок" хотел передать лесное
хозяйство и на которых работал в меру сил своих и возможностей.
Вот вопиющая, чудовищная картина глубоко продуманной, строго организованной,-нельзя
преступникам не отдать справедливости,- строго спланированной системы вредительских
и диверсионных мероприятий, которые были направлены не только на то, чтобы
подорвать обороноспособность и хозяйственную мощь нашей страны, но и на
то еще, чтобы спровоцировать недовольство, раздражение в широчайших массах
населения при помощи таких средств, которые трудно разоблачить.
И к этому добавляется организация прямых и открытых вооруженных выступлений
против Советской власти, которая имеет тоже свою историю. Бухарин посылает
вместе с Рыковым Слепкова на Северный Кавказ, Яковенко в Сибирь, которые
и вызывают там повстанческое движение, связываются с казачьими белогвардейскими
кругами за границей, готовят казачий десант на Северном Кавказе. Рыков
с Зубаревым организуют на Урале повстанческие отряды. Икрамов с Ходжаевым
организуют повстанческие отряды под руководством тех же Бухарина, Рыкова
и других в Средней Азии из мулл, баев, всякого рода деклассированных элементов.
Даже Иванов в Северном крае и тот работает над организацией повстанческих
отрядов, по прямому поручению Бухарина, из высланных кулаков,-очевидно,
таким путем Бухарин и хотел обеспечить кулакам возможность врастания в
социализм.
Я перехожу теперь к следующему разделу, а именно-к террористической
деятельности обвиняемых и задуманным и осуществленным ими убийствам деятелей
Советского государства: убийствам С. М. Кирова, В. Р. Менжинского, В. В.
Куйбышева, А. М. Горького и к убийству М. А. Пешкова.
Это один из наиболее мрачных и наиболее тяжелых моментов процесса.
Как Рыков мотивировал переход своей подпольной группы к террору? Очень
откровенно. Он говорил: "При нелегальном, заговорщическом характере контрреволюционной
организации правых, при отсутствии какой-либо массовой базы для ее контрреволюционной
работы, при отсутствии надежды каким-либо другим путем прийти к власти
принятие террора давало, по мнению центра, какую-то перспективу".
Рыков рассказал на суде полно и последовательно, как в подполье формировалась
организация правых, как происходил переход ко все более и более резким
формам и методам борьбы. Нарастание террористических настроений Рыков относит
еще до 1930 года. Приблизительно в 1932 году оформилось, по показаниям
Рыкова, то, что он назвал положительным отношением к применению террора
как метода борьбы за власть. Причем Рыков здесь сделал некоторое философское
отступление, подчеркнувши, что он не мыслит себе террора в теории без практики.
И действительно, ставши на позицию террора, Рыков сейчас же перешел к организации
террористических актов и начал готовить эти террористические акты, подготавливать
убийства наших руководителей с такой же педантичностью и с таким же спокойствием,
как он давал свои пояснения здесь на суде и как, очевидно, он в свое время
подписывал приказы по почтовому ведомству.
Смертельным холодом и смрадом веет от этих показаний Рыкова и других
право-троцкистских фашистских заговорщиков.
Террор на полном ходу. Этим террором занимается систематически и педантично
весь блок.
Бухарин тоже стоял за террор, хотя, как он заявлял, ориентировался
скорее не на террор, а на массовые восстания. Ну, как он там ориентировался,
это его дело объяснять, но мы знаем, что он очень давно,- сейчас это надо
считать полностью доказанным,-принимал участие еще в 1918 году в организации
террористических актов и Каплан, и "левых" эсеров, и троцкистов, и правых
эсеров. Он сам говорит полным голосом о том, что затем в 1932 году он ведет
переговоры с бывшим эсером Семеновым, организатором террористических актов
и руководителем боевых эсеровских дружин, ведет переговоры об организации
террористической борьбы против товарища Сталина и товарища Кагановича.
В 1932 году Бухарин через Пятакова и Седова ведет переговоры о том условии,
директиве, или, как он называет, установке Троцкого, которая заключалась
в необходимости перейти к террору. И характерно, Бухарин тотчас же переходит
к практическому осуществлению этой установки. Сейчас ясно, что бухаринская
позиция в этом вопросе далеко не теоретическая, он действует как настоящий
практик, ибо он то и вел с Семеновым переговоры, он поручал Семенову организацию
террористического акта. Именно он, хотя и несколько позже, поручал организацию
вооруженного кровавого кулацкого восстания своему выученцу Слепкову и другим.
Заговорщический блок широко развертывает организацию террористических групп,
которые практически подготовляют совершение террористических актов, убийство
Кирова. Это убийство было полностью раскрыто и разоблачено на предыдущем
процессе, но только теперь установлено, что деятельность троцкистско-зиновьевского
центра, убившего Сергея Мироновича Кирова, не носила самостоятельного характера.
Теперь установлено, что Киров был убит по постановлению вот этого именно
"право-троцкистского" центра, вот этого блока, который можно назвать центром
всех центров.
Обвиняемый Ягода подтвердил на суде, что убийство Кирова совершено
по прямому решению "право-троцкистского блока", что это решение осуществлено
было Ягодой, на которого и была возложена эта позорная обязанность. И Ягода
эту обязанность выполнил. Он дал распоряжение заместителю начальника областного
управления НКВД в Ленинграде Запорожцу принять все меры к тому, чтобы это
убийство совершилось. За пару месяцев до убийства Леонид Николаев был задержан
и приведен в областное управление, у него обнаружили револьвер с патронами
и запись маршрута Кирова, которые полностью изобличали подготовку этим
негодяем чудовищного злодейства. Но Запорожец, следуя прямым распоряжениям
Ягоды, освободил этого негодяя, а через пару месяцев Николаев убивает Кирова,
осуществляя этот злодейский акт при непосредственном участии презренного
изменника Ягоды, на которого была возложена тогда охрана членов правительства.
Ягода подтвердил на суде, что Рыков и Бухарин участвовали в принятии
этого решения; что Рыков и Енукидзе участвовали на заседании центра, где
обсуждался вопрос об убийстве С.М. Кирова; что Рыков и Енукидзе принимали,
таким образом, непосредственное участие в обсуждении самого вопроса об
убийстве Сергея Мироновича Кирова. На мой прямой вопрос, правду ли здесь
говорят Бухарин и Рыков, заявляя, что они не знали об этом убийстве. Ягода
заявил, что этого быть не может, потому что, когда Енукидзе передавал о
том,
что "право-троцкистский блок" на совместном заседании решил вопрос о совершении
террористического акта над Кировым,- он, Ягода, отказывался от этого по
некоторым "тактическим" конспиративным соображениям, но все же был осведомлен,
что это-решение их центра, а не выступление какой-то партизанской кучки
заговорщиков, что это решение исходило от "право-троцкистского блока",
в котором активное участие принимали и Бухарин, и Рыков.
Сейчас в точности установлено, что убийство товарища Кирова было совершено
при ближайшем участии Ягоды. Я считаю доказанным и то, что убийство было
совершено при ближайшем участии Рыкова и Бухарина.
Какие у меня доказательства?
Если представить, что Рыков и Бухарин в этом убийстве не участвовали,
то надо признать, что два основных руководителя "право-троцкистского блока",
принявшего решение об убийстве Кирова, почему то стояли в стороне от этого
злодейского акта. Почему? Люди, которые организовывали шпионаж, организовывали
повстанческое движение, террористические акты и, по их собственным признаниям,
получили установку от Троцкого на террор, в 1934 году вдруг стояли в стороне
от убийства одного из крупнейших сподвижников Сталина, одного из крупнейших
руководителей партии и правительства.
Бухарин и Рыков знали об этом! Об этом крупнейшем террористическом
акте не могли не знать такие крупные главари этого "право-троцкистского
блока", какими являлись Рыков и Бухарин. Если бы они не знали об этом,
это было бы противоестественно, это лишено всякой логики.
Бухарин и Рыков признали, что у них в плане были намечены убийства
руководителей партии и правительства, членов Политбюро. Об этом же шли
переговоры у Семенова с Бухариным или у Бухарина с Семеновым. Почему мы
должны допустить, что, вступив на путь переговоров с Семеновым об организации
убийства членов Политбюро, Бухарин исключает из этого списка подлежащих
умерщвлению одного из влиятельнейших членов Политбюро, зарекомендовавшего
себя непримиримой борьбой с троцкистами, зиновьевцами и бухаринцами? Где
логика такого поведения? Этой логики нет.
Наконец; Рыков признал, что в 1934 году он дал Артеменко задание следить
за правительственными машинами. С какими целями? С террористическими. Рыков
организует убийство членов нашего правительства, членов Политбюро. Почему
Рыков делает исключение для Сергея Мироновича Кирова, который все же был
убит по решению этого проклятого блока? Он этого исключения не сделал.
Енукидзе и Ягода были членами центра и ближайшими людьми к Бухарину
и Рыкову. Как же можно допустить, что Енукидзе и Ягода-участники убийства
Сергея Мироновича Кирова, ближайшие люди к Рыкову и Бухарину, люди, которые
были в центре всей системы осуществления террористических актов против
руководителей партии и правительства,- как можно допустить, что именно
Рыков и Бухарин не знали о том, что знал Енукидзе - ближайший друг, соучастник
и сообщник Бухарина и Рыкова, что знал Ягода - ближайший друг, соучастник
и сообщник Бухарина и Рыкова, а Рыков и Бухарин об этом не знали?
Вот обстоятельства, которые уличают полностью участие Рыкова и Бухарина
в организации убийства Сергея Мироновича Кирова.
Но убийством Кирова не ограничивается, как это установлено судебным
следствием, террористическая деятельность право-троцкистских изменников.
Как установлено следствием, Алексей Максимович Горький, Вячеслав Рудольфович
Менжинский и Валериан Владимирович Куйбышев пали жертвами террористических
актов, осуществленных по заданию этого же "право-троцкистского блока".
Пал жертвой убийства и сын А. М. Горького-М. Пешков. Ягода по этому вопросу
дал такие показания:
"Я категорически заявляю, что убийство Кирова было проведено по решению
центра "право-троцкистского блока". По решению этого же центра были произведены
террористические акты и умерщвлены Куйбышев, Менжинский и Горький".
Это же подтвердили и те лица, которые непосредственно принимали участие
в этом убийстве. Подлый замысел шефа убийц-Ягоды был осуществлен самым
вероломным, подлым и иезуитским способом. Ягода сначала пытался отрицать
свое участие в организации убийства Максима Алексеевича Пешкова. Потом
он это признал на закрытом судебном заседании. Он полностью подтвердил,
как это записано в протоколах судебного следствия, свои показания на предварительном
следствии, подтвердил, что он организовал убийство Максима Пешкова, объяснив
свое нежелание говорить об этом тем, что мотивы убийства носят сугубо личный
характер.
Но относительно убийства Менжинского Ягода говорил и на открытом заседании,
отрицая, однако, здесь личные карьеристские соображения. Он прямо сказал:
"Я отрицаю, что в деле умерщвления Менжинского мною руководили личные
соображения. На пост руководителя ОГПУ я претендовал не по личным соображениям,
не из карьеристских соображений, а в интересах нашей заговорщической деятельности".
Это вполне вероятно, но одно не исключает другого. То, что Ягода способен
на убийство из личных мотивов, доказывает его личное признание в убийстве
Максима Пешкова. Он прямо сказал, что мотивы личные. Следовательно, не
исключается возможность, что и здесь Ягодой руководили и личные мотивы.
Он говорит, что по этому вопросу было специальное решение центра, переданное
ему Енукидзе. Здесь было предусмотрено использование врачей, что создавало
полную гарантию в смысле невозможности разоблачения.
Как мы видим, Ягода-не простой убийца. Это-убийца с гарантией на неразоблачение.
Его предположения, однако, и здесь не оправдались. Гарантия оказалась гнилой,
она провалилась. Ягода и его подлая преступная деятельность разоблачены,
разоблачены не той предательской разведкой, которую организовал и которую
направлял против интересов Советского государства и нашей революции изменник
Ягода, а разоблачены той настоящей, подлинно большевистской разведкой,
которой руководит один из замечательнейших сталинских сподвижников-Николай
Иванович Ежов.
Енукидзе и Ягода беседуют на тему, как лучше с точки зрения тех гарантий,
которых искал Ягода, отправить на тот свет Менжинского и избранные им другие
жертвы. Ягода выдвигает свою хитроумную мысль: добиться смерти, как он
говорит, от болезни, или как он здесь на суде сказал: "Я признаю себя виновным
в заболевании Максима Пешкова". Это, между прочим, не так парадоксально,
как это может казаться на первый взгляд. Подготовить такую обстановку,
при которой бы слабый и расшатанный организм заболел, а потом выработать
такие методы лечения или, как сказал Плетнев, подсунуть ослабленному организму
какую-либо инфекцию, не бороться с болезнью, помогать не больному, а инфекции,
и, таким образом, свести больного в могилу-это не так парадоксально.
Ягода стоял на высоте техники умерщвления людей самыми коварными способами.
Он представлял собою последнее слово бандитской "науки", перекрыв целый
ряд других преступников, которые не понимали этих далеко и глубоко идущих
преступных замыслов Ягоды.
Енукидзе отклонил предложение Ягоды о том, чтобы Сергея Мироновича
Кирова умертвить путем болезни. Он говорил: убийство Кирова должно совершиться
так, как намечено центром. Но тут же он обещал,-как говорил Ягода,-что
в следующую очередь они используют рецепт и средства, предлагаемые Ягодой.
Эта очередь наступила, когда встал вопрос о последующих убийствах.
"Когда Енукидзе передавал решение контактного центра об убийстве
Кирова, я выразил опасения,-говорил Ягода,-что прямой террористический
акт может провалить не только меня, но и всю организацию. Я указывал Енукидзе
на менее опасный способ и напомнил ему, Енукидзе, о том, как при помощи
врачей был умерщвлен Менжинский. Енукидзе ответил, что убийство Кирова
должно совершиться так, как намечено, и что убийство это взяли на себя
троцкисты и зиновьевцы, а наше дело-не мешать.
Что касается безопасного способа умерщвления при помощи врачей, то
Енукидзе сказал, что в ближайшее время центр обсудит, кого именно из руководителей
партии и правительства нужно будет убить этим способом в первую очередь".
Можно ли идти дальше в этом беспредельном цинизме и коварстве, когда
с омерзительным спокойствием и хладнокровием люди обсуждали, кого лучше
убить из руководителей партии и правительства и каким способом, чтобы избегнуть
своего разоблачения.
Ягода дальше говорил:
"Через несколько времени, при следующей встрече моей с Енукидзе, он
сообщил мне, что центр принял решение приступить к ряду террористических
актов над членами Политбюро и, кроме того, персонально над Максимом Горьким.
Енукидзе мне объяснил, что "право-троцкистский блок", имея в виду как ближайшую
перспективу свержение Советской власти, видит в лице Горького опасную фигуру.
Горький-непоколебимый сторонник сталинского руководства, и, несомненно,
в случае реализации заговора, поднимет голос протеста против нас, заговорщиков".
Вот почему был поставлен вопрос, решенный окончательно этим блоком,
об умерщвлении Алексея Максимовича Горького.
Еще одно решение об устранении пало на Валериана Куйбышева как на одного
из активных членов ленинско-сталинского| Политбюро.
Таким образом, за этот короткий срок три жертвы, три преждевременно
погибших замечательных человека сошли в могилу по решению "право-троцкистского
блока". Трое лучших людей нашей страны, преданные сыны своей родины, пали
жертвой бесстыдного заговора предателей. И среди них-гордость русской и
мировой литературы-великий русский писатель, гениальный художник Алексей
Максимович Горький.
Каждая строка его песен и сказок, повестей и романов дышит благородством,
жаром революционных действий. Недаром он свою жизнь связал с великим Лениным
и великим Сталиным, как их лучшие и ближайший друг. Недаром Ленин не раз
писал, что Горький - громадный художественный талант, который принес и
принесет много пользы всемирному пролетарскому движению.
Недаром Ленин писал, что Горький-безусловно крупнейший представитель
пролетарского искусства, который крепко связал себя своими великими художественными
произведениями с рабочим классом России и всего мира. Горький чуял грядущую
бурю, он предвещал победу нашего движения, победу светлого пролетарского
разума над мраком и подлостью капитализма.
От предательских ударов в больное сердце великого человека погиб лучший
из друзей трудящегося человечества, погас один из самых ярких и сильных
светильников человеческого разума и человеческой красоты. Этот светильник
загасили вот эти изменники, вот эти человекообразные звери, хладнокровно
и предательски навеки остановившие горячее и благородное сердце великого
человека.
Теперь все раскрыто. Теперь известны не только способы убийства, но
их мотивы, и самые убийцы. Бессонов говорит, что, когда он в июле 1934
года виделся в Париже с Троцким, который всегда злобно ненавидел Горького,
как и Горький ненавидел обер-бандита международного шпионажа и предательства
Троцкого, тогда Троцкий сказал, что Горького надо устранить во что бы то
ни стало, что Горький широко популярен как ближайший друг Сталина, как
проводник генеральной линии партии. Троцкий дал Бессонову прямое поручение,
которое приказал передать Пятакову. Как говорит Бессонов, поручение это
было дано в самой категорической форме: Горького уничтожить физически во
что бы то ни стало. И это приказание врага народа и обер-бандита Троцкого
было Бессоновым привезено сюда, в СССР, и передано Пятакову, передано блоку,
который, как это показал Ягода и как это я докажу дальше, принял это поручение,
принял решение об убийстве А. М. Горького. Это так чудовищно, что на этом
я считаю необходимым остановиться особо и специально.
Первый вопрос, который я хотел бы здесь поставить, это вопрос о том,
участвовали ли в этом деле Рыков и Бухарин, знали ли они о том, что готовится
это чудовищное злодеяние. На этот вопрос я отвечаю без колебаний и твердо:
да, знали; да, участвовали. Я не хочу оперировать никакими другими показаниями
и, в частности, показаниями Ягоды - я буду оперировать: 1) показаниями
самих Рыкова и Бухарина и 2) тем, что я называю логикой вещей. Как обстоит
здесь дело? Вы посмотрите, что говорит по этому поводу Рыков. Рыков показал,
что у него, у Рыкова, имел место разговор с Енукидзе, то есть с одним из
активнейших участников и организаторов заговорщического блока. Насколько
он был активным в организации убийства, у нас имеются показания Максимова-Диковского.
Енукидзе не раз вызывал его к себе и давал указания, как лучше обеспечить
смерть Валериана Владимировича Куйбышева. Енукидзе занимался этим "делом"
вместе с Ягодой. Вот с этим Енукидзе Рыков ведет разговор. О чем? Возьмем
только то, что сказал сам Рыков: "мне Енукидзе сообщил, что троцкисты и
зиновьевцы чрезвычайно озабочены тем влиянием, которое приобретает Горький,
что он является решительным сторонником Сталина и генеральной линии партии".
Это то же самое, что услышал Бессонов от Троцкого в 1934 году и что привез
сюда осенью 1934 года и передал воротилам, руководителям, главарям этого
блока.
Итак, из показаний Рыкова вытекает первое неопровержимо установленное
обстоятельство: Рыков и Енукидзе ведут разговор в 1935 году о Горьком,
они говорят о громадном влиянии, которое имеет на общественность Алексей
Максимович Горький как верный
друг и сторонник генеральной линии партии, как верный друг и сторонник
сталинского руководства. Вот это и беспокоит троцкистов и зиновьевцев,
это беспокоит их так же, как беспокоило их тогда, когда они обсуждали убийство
Сергея Мироновича Кирова. Ибо Сергея Мироновича Кирова они избрали жертвой
своего злодейства по тем же мотивам. И здесь есть полное тождество, полная
историческая логика этого заговора.
Что же дальше следует? "Они (троцкисты и зиновьевцы) считают необходимым,-говорит
Рыков,-ввиду такого значения Горького, а значение его у нас и за границей
не нуждается в подтверждении-они настаивают, как он выразился,-на ликвидации
его политической активности". Если бы Рыков сказал только то, что он сказал,
то этого было бы достаточно. Даже для детей совершенно ясно было бы, в
чем тут дело. Как можно ликвидировать политическую активность взрослого
человека в нашей стране? Как можно было заставить Горького перестать быть
политически активным в том направлении, в каком он проявил себя, как борец
за большевистскую, ленинско-сталинскую правду? Как можно заставить?
В Америке разные аль капоне организуют бандитские налеты, захватывают
людей или их детей в плен и потом вымогают деньги. Но у нас этого сделать
нельзя, ибо мы рубим руки всяким аль капоне. Как же можно было в нашей
стране, в условиях Советского государства, как они могли лишить Горького
возможности проявлять политическую активность, иначе как остановив его
жизнь? И Рыков на мой вопрос прямо сказал: "Он, т. е. Енукидзе, говорил
настолько в повышенных тонах или резко враждебных выражениях, что мне было
ясно, что за этим тоном кроется возможность применения насильственных мер".
Следовательно, я считаю совершенно точно установленным, что в 1935 году
Енукидзе с Рыковым говорили о Горьком в угрожающих для жизни Горького тонах.
Причем для Рыкова было совершенно несомненно, что речь идет о применении
насильственных мер по отношению к Горькому. И тут я опять задаю тот же
вопрос: "Что же это за насильственные меры? Что же вы рассчитывали А. М.
Горького изолировать, рассчитывали подвергнуть его какому-нибудь заточению?
Как это можно было сделать в нашей стране, в стране пролетарской диктатуры?"
Это можно было сделать только одним способом- умертвив Горького. Рыков
понимает, что только так этот вопрос и мог стоять, и только так мы имеем
право трактовать этот преступный разговор, который был не чем иным, как
информацией Рыкова со стороны Енукидзе о подготовлявшемся убийстве Алексея
Максимовича Горького.
Наконец, на последний мой вопрос на судебном следствии: "Что означает
"довести до насильственных мер?" Можно ли это понимать- довести до убийства?"-Рыков
прямо сказал: "Конечно".
Я спрашивал Рыкова: "Вы знали о готовящемся убийстве Горького?" Как
же должен был ответить на этот вопрос Рыков, если он не знал об этом преступлении?
Он должен был бы сказать: "Я не знал". А что сказал Рыков? Вот стенограмма,
он сказал: "Не совсем так". Получается не совсем так, но так!
Я считаю совершенно доказанными и установленными следующие факты, из
которых вытекает только один вывод - вывод об участии Рыкова в подготовке
умерщвления А. М. Горького. Во-первых, в 1935 году Енукидзе и Рыков говорили
об особом озлоблении, которое питает блок к Алексею Максимовичу Горькому.
Правда, они сворачивают дело на троцкистско-зиновьевскую часть блока, однако
это не меняет ни в какой мере дела. Во-вторых, они это злобное настроение
выражали в таких тонах, которые говорили о подготовке насильственных мер,
направленных к "ликвидации политической активности Горького". И, в-третьих,
ликвидация политической активности Горького мыслилась вплоть до применения
к Горькому насильственных мер.
В-четвертых, эти насильственные меры включали в себя и убийство Алексея
Максимовича Горького. Об этих насильственных мерах Рыков и Бухарин знали.
Они знали, что готовится убийство Горького, организовывали это убийство,
покрывали это убийство. Рыков и Бухарин были, таким образом, участниками
этого подлейшего убийства А. М. Горького.
А Бухарин, эта проклятая помесь лисы и свиньи,- как он ведет себя по
этому вопросу? Как подобает лисе и свинье. Он вертит, юлит. Но в конце
концов, по существу, Бухарин говорит то самое, что говорит Рыков. Возьмем
показания Бухарина в этой части. Позвольте мне указать на следующую часть
этого показания: "В 1935 году Томский мне сказал, что Троцкий готовит какую-то
враждебную акцию или враждебный акт против Горького".
Откуда знал Томский об этом? Он знал, конечно, от Бессонова, привезшего
эту директиву из-за границы. А какая была директива Троцкого? Уничтожить
Горького, физически уничтожить. Бухарин показывает: "Томский сказал, что
Троцкий готовит враждебную акцию или враждебный акт против Горького".
Я спрашиваю: через кого готовит Троцкий эту враждебную акцию? Конечно,
через блок, который был в руках у Троцкого, через блок, в котором перепутались
правые и троцкисты, меньшевики и эсеры, буржуазные националисты и просто
проходимцы всех мастей, степеней и категорий.
Этот факт установлен. Сам Бухарин признает, что в 1935 году, за год
до смерти Горького, Томский сообщил Бухарину, что Троцкий готовит враждебный
акт против Горького. Это совершенно то самое, что говорил Рыков, передавая
свой разговор с Енукидзе. А это, в свою очередь, то же самое, что говорил
Бессонов, приводя свой разговор в Париже в июле 1934 года с Троцким. Здесь
никаких расхождений нет.
Разберем второй вопрос: в чем же заключается этот враждебный акт, что
представляет собой этот враждебный акт? От Бухарина получить ответ на прямо
поставленный вопрос не так-то легко.
Я спрашивал Бухарина: "В чем заключался этот враждебный акт?" Он прямо
ничего не отвечает. Он говорит: "акция против "сталинца Горького", как
защитника социалистического строительства вообще, сталинской партийной
политики, в частности". Вот о чем шла речь. "Речь шла о том большом резонансе,
который каждое слово Алексея Максимовича имело на международной арене вообще,
у интеллигенции, в частности".
Опять полное совпадение фактов, о которых говорил Рыков, о которых
говорил Бессонов, о которых говорил и знал Ягода, о которых говорил и знал
Буланов. Здесь все связано органически.
Я спрашиваю: "Совершение враждебного акта над Горьким связывал ли Томский
с вопросом о свержении Советского правительства?" Бухарин отвечает, что
"по существу связывал". Следовательно, речь шла не просто о том, чтобы
причинить личную неприятность Горькому, как замысловато говорил Рыков-"ликвидировать
его политическую активность". Речь шла о том, чтобы совершить против Горького
такой акт враждебности, который непосредственно представлял бы собой один
из элементов свержения Советской власти.
Ясно, что при такой постановке вопроса речь идет не о том, чтобы лишить
Горького возможности писать статьи или делать доклады, хотя и это тоже
не в вашей власти, господа убийцы. Следовательно, мы здесь должны признать,
что подтвердил и Бухарин, что враждебный акт против Горького был связан
с задачей свержения Советской власти, был одним из актов борьбы против
Советской власти.
Мы знаем, как ставился вопрос заговорщиками о борьбе против Советской
власти. Их методы-террор, измена и так далее.
Бухарин говорит, что, когда говорят о враждебном акте, можно разуметь
все, вплоть до террористических актов, амплитуда колебаний здесь очень
большая. Бухарин признает, что убийство Горького тогда не было исключено.
Это-завуалированное признание, которое выдает Бухарина с головой.
Я уже говорил о способах, при помощи которых были осуществлены три
террористических акта-против Менжинского, против Куйбышева и против Алексея
Максимовича Горького.
Обращает на себя внимание способ, при помощи которого эти убийства
совершены. Это-способ постепенного умерщвления, "убийства с гарантией",
о котором говорил Ягода,- это способ убийства при помощи использования
специальных знаний соучастников. Не плохо задумано! Левин, Плетнев, Казаков,
Максимов-Диковский, Крючков, Буланов - банда убийц, специально подготовленная
банда, участвовала в этом "деле". Я хочу обратить ваше внимание на особенный
способ и особенную роль в осуществлении этого убийства, которую сыграли
обвиняемые врачи-Левин, Казаков и Плетнев. Но предварительно я хочу остановиться
на нескольких замечаниях. История и хроника уголовных убийств нам говорит,
что за последние десятилетия отравления при помощи профессиональных убийц
почти сошли со сцены.
Место этих отравителей заняли врачи. Если вы раскроете учебник судебной
медицины доктора Карла Эммерта, профессора Бернского университета, вы найдете
здесь чрезвычайно поучительные указания. Эммерт пишет:
"Убийства посредством отравления стали теперь реже сравнительно с прежним,
отчасти потому, что для не врача стало труднее добыть яд. Поэтому профессиональных
отравителей больше не встречается, как прежде. Если же и бывают подобные
случаи, то они часто относятся к лицам врачебного сословия".
Поэтому совершенно не случайно, что Ягода избирает для своего чудовищного
замысла и его реализации именно врачей. Он учитывает, так сказать, историческую
конъюнктуру.
Мы имеем целый ряд исторических примеров того, как все стремления убийц,
пользующихся всякими средствами отравления, направлены именно на то, чтобы
не быть раскрытыми. Очень характерно это обстоятельство,-в целом ряде случаев
отравление совершается таким образом, чтобы можно было самый факт отравления
объяснить,-как это думал сделать Ягода,-естественной смертью от болезни.
Нужно раньше всего разъяснить, что отравление по современным научным
воззрениям-это есть один из видов, и при том самый опасный вид, так называемого
в науке изменнического убийства, опасность которого заключается в том,
что для его осуществления никаких специфических, губительных для человеческой
жизни средств не требуется, что могут быть использованы в этих преступных
целях любые средства. Как об этом говорит и учит нас история, для такого
отравления необходимо лишь тайное введение в организм какого бы то ни было
вещества, способного привести к сокращению времени жизни или к смерти.
А таким веществом является вовсе не всегда то. что специально называется
ядом. Ведь целый ряд лекарственных средств по самой своей природе и характеру
годятся для этого, и этим часто пользуются преступники.
Известны из истории, например, из Тацита, такие случаи как убийство
Сеяна таким ядом, что, казалось, будто Сеян умер от обыкновенной болезни.
В этом и заключается искусство преступления. Известно, что Филипп П весьма
широко пользовался для отравления ядом, который нельзя было обнаружить
даже при тщательном исследовании, ядом, который был им назван "Requiescat
in pace" (пусть почиет в мире). Известно, что Иоанн Кастильский был отравлен
при помощи отравленной обуви. Известно, наконец, что папа Климент II был
убит при помощи дыма от отравленной свечи. Следовательно, известны способы
убийства людей с использованием убийцами своего привилегированного положения
и со знанием химии, медицины и фармакологии- способы самые разнообразные.
Мы помним знаменитое дело Бутурлина. Убийцей Бутурлина был не кто иной,
как широко известный в дореволюционной России доктор Панченко, который
практиковал в дореволюционной России распространение и использование средства,
известного под названием "Спермин Пеля". Доктор Панченко под видом "Спермина
Пеля" вводил больному дифтерийную культуру, и убил его дифтеритом.
Это было разоблачено совершенно случайно. Если бы не признание доктора
Панченко, то убийство Бутурлина, вероятно, не было бы раскрыто. Если бы
не признание Левина, то может быть не был бы раскрыт разработанный со всеми
тонкостями преступный план убийства товарищей Менжинского, Куйбышева, Горького.
Наконец, я мог бы напомнить о знаменитом деле Прочар, когда этот Прочар
у своей жертвы вызвал хронический катар желудка и таким путем довел ее
до гибели. Наконец, дело доктора Пальмера, который отравил свою жертву
мышьяком и стрихнином, употреблявшимся в дозах, разрешающихся медициной.
Вот, наконец, пример, который говорит о том, что когда мы говорим об отравлении,
то не надо иметь в виду, что для отравления надо применять только цианистый
калий, мышьяк и так далее. Нет, очень часто убийцы используют врачей и
медицинскую систему якобы для лечения, а на самом деле для того, чтобы
добиться своей преступной цели.
Дела Пальмера, Прочара, Панченко и множество других исторических примеров
можно привести для того, чтобы доказать, что тот путь, который избрал Ягода,
был путем, подсказанным тонким изучением истории преступлений, истории
убийства в разных странах, организованных разными изуверами рода человеческого.
Я, наконец, должен сказать, что именно в этом плане был задуман преступниками-убийцами
террористический акт против Николая Ивановича Ежова. Ведь это убийство
тоже было задумано довольно тонко-при помощи отравления воздуха, которым
должен был дышать в своем служебном кабинете Николай Иванович Ежов, отравления
воздуха ртутью, растворенной в кислоте. Причем Ягода предупреждал-ни в
коем случае не в серной кислоте, потому что серная кислота оставляет след
и может сжечь те самые шторы и гардины, которые надо было по указанию Ягоды
пропитать для того, чтобы, вдыхая этот воздух, мог погибнуть Николай Иванович
Ежов.
Я хочу, товарищи судьи, напомнить несколько данных экспертизы по этому
вопросу, которые не оставляют никакого сомнения в том, что этот план, очень
тонкий, вероломный и подлый, задуман Ягодой с ведома и одобрения право-троцкистского
центра, в особенности в отношении Куйбышева, Горького и Николая Ивановича
Ежова, которого они хотели устранить для того, чтобы оставаться не разоблаченными.
Прежде всего я обращаю ваше внимание на то, что экспертиза была составлена
из выдающихся деятелей советской и мировой медицинской науки. Я обращаю
ваше внимание, что эта экспертиза пришла к единодушному заключению: экспертиза
подтвердила, что меры, принятые убийцами в отношении умерщвления А. М.
Горького, В. В. Куйбышева, В. Р. Менжинского, действительно были строго
продуманными и имели своим результатом смерть этих выдающихся людей, к
которой эти господа стремились. По умерщвлению Горького были заданы экспертизе
вопросы:
"Возможно ли допустить, чтобы врачи достаточной квалификации могли
применить такой неправильный метод лечения без умысла?"
Последовал ответ: "Этого допустить нельзя".
Экспертизе был задан следующий вопрос:
"Допустимо ли вообще длительное, одновременное применение больших доз
сердечных средств внутривенно, подкожно и внутрь, именно-дигиталиса, дигалена
(препараты наперстянки), строфантина и строфанта, а в частности у тяжело
больного А. М. Горького, 68-ми лет, страдавшего вышеуказанным поражением
внутренних органов?"
Ответ экспертизы: "Абсолютно недопустимо". Еще вопрос: "Можно ли на
основании совокупности этих данных считать установленным, что метод лечения
А. М. Горького был заведомо вредительским..."
Ответ экспертизы: "Да. Безусловно можно считать установленным". И то
же самое мы имеем по другим случаям.
Поэтому я позволю себе заявить, что обвинения, предъявленные в обвинительном
заключении и поддерживаемые мною как государственным обвинителем, и в этой
части в полном объеме можно считать доказанными. Обвинение здесь подтверждается
целиком и полностью авторитетнейшей медицинской экспертизой, тщательно
разобравшей все те материалы, которые были в ее распоряжении. Признания
обвиняемых, разумеется, мы также не можем никак сбрасывать со счета.
Говоря об этой части обвинения, я хочу остановиться специально на двух
подсудимых-на Ягоде и Левине.
О Ягоде разговор короткий. Ягода-главный организатор и вдохновитель
этих чудовищных преступлений, его ответственность тем более сильна и серьезна,
что ведь Ягода-не просто Ягода, это бывший в то время заместитель председателя
ОГПУ, фактически председатель ОГПУ. Это человек, на обязанности которого
лежала охрана государственной безопасности. Если бы те преступления, которые
совершил Ягода, в которых он признался, если бы он совершил их в миллионной
дозе, то и тогда я вправе был бы требовать от суда расстрела Ягоды.
Левин сыграл в этих убийствах тоже виднейшую роль. Левин был главным
организатором задуманных Ягодой убийств, им привлечены к этому делу были
и Казаков и Плетнев, он, я бы сказал, в этом деле был правой рукой Ягоды,
как Буланов был правой рукой Ягоды во всех преступлениях последнего в целом.
Когда погиб от руки Левина Алексей Максимович Горький, Левин, доктор
медицинских наук, опубликовал в газетах некролог-"Последние дни Алексея
Максимовича Горького". В этом некрологе он писал, вздыхал, стонал о гибели
великого человека. "Великие люди,-писал он фарисейски, лицемерно, двурушнически,-живут
и умирают, как великие люди". "Живут и умирают, как великие люди!"- Левин
не добавил,-"от руки автора этого некролога, одного из подлых убийц!"
Если эту статью сейчас рассматривать в связи с медицинской экспертизой,
то она будет представлять некоторый значительный, по моему мнению, интерес
для оценки роли в этом убийстве Левина.
Во-первых, здесь вскрывается та самая механика умерщвления Алексея
Максимовича, которая теперь вскрыта полностью. Это-механика, которая была
раньше всего направлена на терапевтическую подготовку убийства Алексея
Максимовича. Левин в этом некрологе писал:
"За десять лет моего врачебного наблюдения за Алексеем Максимовичем
это было шестое заболевание гриппом. Каждый раз грипп неизменно осложнялся
бронхитом и катаральным воспалением легких".
Значит, Левин уже знал хорошо, в каком направлении можно искать осложнений
в этой борьбе Алексея Максимовича Горького с болезнью.
"Каждый раз неутомимый боец переносил болезнь тяжело, каждый раз с
первых же дней заболевания начиналась тревога. Когда меня в хорошие, спокойные
периоды жизни Алексея Максимовича спрашивали о состоянии его здоровья,
я всегда отвечал:
- Относительно благополучно, но до первого гриппа". И дальше:
"Я по опыту знал, как тяжело протекает у Алексея Максимовича грипп,
как быстро он поражает место наименьшего сопротивления его организма-легкие-и
как это страшно при его измененных старым туберкулезным процессом легких
и его больном сердце. И вот пять раз его могучий организм давал нам возможность
одерживать победу, а организм Алексея Максимовича был действительно могучий.
Горький был из тех людей, которые доживают до 100 лет, и он несомненно
дожил бы до 100 лет, если бы не злой туберкулез".
Убийца выбалтывает тайну убийства. Именно здесь лежит то самое место
наименьшего сопротивления,-врачи говорят: locus mi noris resistentiae,-по
которому организаторами убийства и был направлен основной удар по больному
А. М. Горькому.
Позорное двурушничество, вероломство, лицемерие здесь соперничают с
бесстыдством отравителя, плачущего у изголовья жертвы его так называемого
"лечения".
Таков этот самый Левин! Недалеко ушел от Ягоды!
Я хотел бы напомнить вам в заключение показание Ягоды, в котором он
показывает свое настоящее морально-человеческое, если это выражение здесь
допустимо, лицо.
Вот выдержки из показаний Ягоды на листе дела 58:
"Всю свою жизнь я ходил в маске, выдавал себя за непримиримого большевика.
На самом деле большевиком, в его действительном понимании, я никогда не
был". И дальше:
"Мелкобуржуазное мое происхождение, отсутствие теоретической подготовки,-
все это, с самого начала организации Советской власти, создало у меня неверие
в окончательную победу дела партии...
Я не разделял взглядов и программы троцкистов, но я все же очень внимательно
приглядывался к ходу борьбы, заранее определив для себя, что пристану к
той стороне, которая победит в этой борьбе. Отсюда и та особая линия, которую
я проводил в то время в борьбе с троцкизмом.
Когда начались репрессии против троцкистов, вопрос о том, кто победит
(троцкисты или ЦК ВКП(б)), окончательно еще не был решен. Во всяком случае,
так думал я. Поэтому я как зам. пред. ОГПУ в карательной политике исходил
из того, чтобы не озлоблять против себя троцкистов. Направляя троцкистов
в ссылку, я создавал им там такие условия, при которых они могли продолжать
свою деятельность.
Дело складывалось таким образом: с одной стороны, беседы Рыкова со
мною определили мои личные симпатии к программе правых. С другой стороны,
из того, что Рыков говорил мне о правах, о том, что кроме него, Бухарина,
Томского, Угланова, на стороне правых вся московская организация, ленинградская
организация, профсоюзы, из всего этого у меня создалось впечатление, что
правые могут победить в борьбе с ЦК. А так как тогда уже ставился вопрос
о смене руководства партии и Советской власти, то ясно было, что правые
идут к власти.
Именно потом у, что правые рисовались мне" как реальная сил а, я заявил
Рыков у, что я с ними.
...Поэтому я и договорился с Рыковым об особом своем положении среди
правых".
Оказывается, Рыков влиял достаточно определенно даже на Ягоду. Ведь,
в сущности говоря, то, что говорит Ягода-это старая предательская двурушническая
школа политического карьериста и бесчестного негодяя, ведь это система
Жозефа Фуше. Я не могу не привести всего лишь несколько строк из известной
книги Стефана Цвейга "Жозеф Фуше".
"В числе семисот пятидесяти, торжественно вступающих в зал развенчанного
короля, входит молча, с трехцветной повязкой поперек груди, народный представитель
Жозеф Фуше, депутат от города Нанта. Тонзура уже заросла, духовное облачение
давно сброшено: как и все здесь, он надел гражданское платье без всяких
украшений.
Какое место займет Жозеф Фуше? Среди радикалов, на горе, или с умеренными,
в долине? Жозеф Фуше не долго медлит; он признает только одну партию, которой
остается верным до конца; ту, которая сильнее, партию большинства. И на
этот раз он взвешивает и подсчитывает про себя голоса; он видит - в данный
момент сила еще на стороне жирондистов, на стороне умеренных. И вот он
садится на их скамьи, рядом с Кондорсе, Роланом, Серваном, с теми, кто
держит в своих руках министерские посты, влияет на все назначения и распределяет
прибыли. В их среде он чувствует себя уверенным, там занимает он место".
Вот источник, из которого черпал свои духовные силы Ягода, если он
когда-нибудь был знаком с жизнью и деятельностью Жозефа Фуше,-я в этом
сомневаюсь, ибо из показаний и материалов дела видно только одно знакомство
его с литературой, это-с книгой Александра Дюма "Три мушкетера", которые
были идеалом для Ягоды, говорившего, как это видно из показаний Буланова,
что для того, чтобы обеспечить успех захвата власти, нужно подобрать себе
несколько десятков таких молодцов, как три мушкетера, с ними можно сделать
все, что угодно.
Таков Ягода, которому на скамье подсудимых отведено серьезное место,
рядом с Бухариным и Рыковым. Это-один из крупнейших заговорщиков, один
из виднейших врагов Советской власти, один из самых наглых изменников,
человек, который пытался в самом НКВД организовать группу и отчасти организовал
ее из изменников Паукера, Воловича, Гая, Винецкого и других, оказавшихся
польскими и немецкими шпионами и разведчиками. Таким являлся и сам Ягода,
который вместо того, чтобы нашу славную разведку направить на благо советского
народа, на благо социалистического строительства, пытался повернуть ее
против нашего народа, против нашей революции, против социализма.
Не удалось, сорвалось! Ягода был разоблачен, выброшен из нашего государственного
аппарата, посажен на скамью подсудимых, обезоружен и должен быть теперь
выброшен, вычеркнут совсем из жизни.
Я кончаю. В заключение я хочу поставить несколько вопросов, которые
я назвал бы юридическими вопросами.
Раньше всего-вопрос о соучастии. Как показало судебное следствие, не
все обвиняемые в равной степени участвовали в преступлениях, которые прошли
на этом судебном процессе.
Отсюда вопрос - в какой мере и в какой степени каждый из обвиняемых
может и должен отвечать за предъявленные им обвинения по обвинительному
заключению.
Второй вопрос-в какой мере и степени доказаны предъявленные подсудимым
обвинения.
И третий вопрос-какого наказания заслуживают обвиняемые.
Я отвечу раньше всего на второй вопрос. Доказаны ли, и в какой степени
совершенные обвиняемыми преступления? Я думаю, что вы, товарищи судьи,
в своем приговоре ответите на этот вопрос положительно: да, доказаны. Доказаны
признанием самих подсудимых, доказаны свидетелями, прошедшими перед судом,
доказаны заключением медицинской экспертизы, доказаны вещественными доказательствами.
Вся совокупность доказательств, мыслимых в уголовном процессе, имеется
здесь, сейчас в распоряжении суда. На основании этих доказательств суд
сумеет определить свое окончательное решение о степени виновности того
или иного преступника, совершившего эти преступления.
Но есть еще одно важнейшее доказательство, это-сама логика обстоятельств
дела.
Основное обвинение в настоящем деле предъявлено обвиняемым по ст. 5810
и 5811 -об организации изменнического заговора. Это обвинение доказано
признаниями всех подсудимых, даже тех, кто не признал себя полностью или
отчасти виновными в каком-либо другом преступлении. Это надо сказать относительно
всех подсудимых.
Во-вторых, в какой мере каждый из подсудимых должен по нашему закону
отвечать за всю совокупность совершенных этой заговорщической бандой преступлений.
Я на этот вопрос отвечаю: в полном объеме. Почему?
Каждый подсудимый должен отвечать за всю совокупность преступлений,
как член заговорщической организации, преступные задачи и цели, преступные
методы, осуществления которых были каждому из них известны, каждым одобрены
и приняты. Здесь мы наблюдаем лишь своеобразное "разделение труда" в преступной
деятельности, в зависимости от специальных качеств и средств, находящихся
в распоряжении каждого участника банды. Это совершенно естественно и закономерно
с точки зрения интересов всего заговора в целом.
Есть мнения среди криминалистов, что для наличия соучастия требуется
общее согласие и умысел каждого из преступников, из сообщников на каждое
из преступлений. Но эта точка зрения-неправильная. Она не может быть нами
принята и никогда не применялась и не принималась. Она узка и схоластична.
Жизнь шире этой точки зрения. Жизнь знает примеры, когда результат общей
преступной деятельности достигается самостоятельным участием в этой деятельности
сообщников, объединенных лишь единой, общей для всех преступной задачей.
Для соучастия нужно общее, объединяющее соучастников данного преступления
начало, общий преступный замысел. Для соучастия нужно объединение воли
в общем и едином для всех участников преступления направлении. Если, скажем,
шайка грабителей будет действовать так, что одни из ее участников будут
жечь дома, насиловать женщин, убивать и так далее в одном месте, а другая
часть шайки-в другом, то хотя бы те и другие не знали о преступлениях,
совершенных раздельно какой-либо частью общей шайки,-они будут отвечать
за всю совокупность преступлений в полном объеме, если только будет доказано,
что они согласились насчет участия в этой банде для совершения тех или
других преступлений.
В этом деле, товарищи судьи, налицо заговорщическая группа, агентура
иностранных разведок, объединенная общей для всех ее членов волей, единой
для них всех преступной целью. Конкретные преступления, совершенные теми
или
другими преступниками,-это лишь частные случаи этого единого для всех подсудимых
плана преступной деятельности.
Эта общность преступной деятельности юридически выражена в предъявленном
всем подсудимым обвинении по ст. 5811 УК РСФСР.
Это, однако, не означает, что все должны отвечать одинаково. Это не
исключает обязанности суда индивидуализировать наказание в зависимости
от конкретной роли каждого подсудимого в данном деле.
С этой точки зрения я считаю, что из общего числа обвиняемых надлежит
выделить двух-это Раковского и Бессонова. Я считаю, что Раковский, хотя
и совершивший тягчайшие преступления против Советского государства, против
Советской власти, всем своим положением в этом заговоре, своей, если можно
так выразиться, известного рода оторванностью от всех важнейших преступлений,
совершенных "право-троцкистским блоком", заслуживает того, чтобы к нему
была применена менее строгая мера наказания, чем к остальным обвиняемым.
То же самое можно сказать в известной мере и о Бессонове, который,
конечно, отличается от Чернова, Розенгольца, Крестинского или Рыкова, хотя
бы тем, что его роль ограничивалась ролью связиста, которая хотя также
преступна, но по всему своему существу должна оцениваться иначе, чем преступления
основных обвиняемых по этому делу.
В отношении этих лиц я считал бы возможным применение закона от 2 октября
1937 года, позволяющего суду в особых случаях избирать меру наказания среднюю
между 10 годами лишения свободы и высшей мерой социальной защиты. Я считаю,
что в отношении Раковского и Бессонова можно ограничиться 25 годами тюремного
заключения.
По обвинительному заключению все обвиняемые изобличены в том, что в
1932-1933 годах они по заданию разведок иностранных государств составили
заговорщическую группу под названием "право-троцкистский блок", поставившую
своей целью совершение преступлений, которые были здесь полностью доказаны.
Доказано, что этот блок состоял из агентов разведок некоторых иностранных
государств, доказано, что "право-троцкистский блок" поддерживал систематические
незаконные отношения с некоторыми иностранными государствами в целях получения
от них помощи для осуществления своих преступных замыслов, для свержения
Советской власти и для установления в СССР власти помещиков и капиталистов.
Доказано, что "право-троцкистский блок" систематически занимался шпионажем
в пользу этих государств, снабжая их разведки важнейшими государственными
секретными материалами.
Доказано, что "право-троцкистский блок" систематически осуществлял
в этих же целях вредительские и диверсионные акты в различных отраслях
нашего народного хозяйства-в области промышленности, сельского хозяйства,
финансов, коммунального хозяйства, на железных дорогах и так далее.
Доказано, что "право-троцкистский блок" организовал ряд террористических
актов против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, что этот
"право-троцкистский блок" осуществил террористические акты против С. М.
Кирова, В. Р. Менжинского, В. В. Куйбышева, А. М. Горького, а также осуществил
умерщвление М. А. Пешкова.
Доказано, что блок организовал, но не успел, к нашему счастью, осуществить
ряд террористических актов против руководителей нашей партии и правительства.
Таковы обстоятельства настоящего дела. Такова роль в этом деле каждого
из подсудимых, ожидающих сейчас, товарищи судьи, вашего приговора.
Нет слов, чтобы обрисовать чудовищность совершенных подсудимыми преступлений.
Да и нужны ли, спрашиваю я, еще какие-нибудь для этого слова? Нет, товарищи
судьи, эти слова не нужны. Все слова уже сказаны, все разобрано до мельчайших
подробностей. Весь народ теперь видит, что представляют собой эти чудовища.
Народ наш и все честные люди всего мира ждут вашего справедливого приговора.
Пусть же ваш приговор прогремит по всей нашей великой стране, как набат,
зовущий к новым подвигам и к новым победам! Пусть прогремит ваш приговор,
как освежающая и всеочищающая гроза справедливого советского наказания!
Вся наша страна, от малого до старого, ждет и требует одного: изменников
и шпионов, продававших врагу нашу родину, расстрелять, как поганых псов!
Требует наш народ одного: раздавите проклятую гадину!
Пройдет время. Могилы ненавистных изменников зарастут бурьяном и чертополохом,
покрытые вечным презрением честных советских людей, всего советского народа.
А над нами, над нашей счастливой страной, по-прежнему ясно и радостно
будет сверкать своими светлыми лучами наше солнце. Мы, наш народ, будем
по-прежнему шагать по очищенной от последней нечисти и мерзости прошлого
дороге, во главе с нашим любимым вождем и учителем-великим Сталиным-вперед
и вперед, к коммунизму!
Председательствующий. Объявляю перерыв до 6 часов вечера.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ:
Армвоенюрист В. В. Ульрих,
Председатель Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР
СЕКРЕТАРЬ:
Военный юрист 1-го ранга А. А. Батнер