Документ взят из кэша поисковой машины. Адрес
оригинального документа
: http://www.prof.msu.ru/publ/omsk2/o36.htm
Дата изменения: Fri Jul 9 11:12:40 2004 Дата индексирования: Mon Oct 1 21:35:31 2012 Кодировка: koi8-r |
С.А. Соловьев,
г. Омск
Диалог культур при исследовании экологических систем в условиях глобализации
На современном этапе
развития международных отношений все в большей
степени получают развитие
социально-политические направления, связанные с
охраной жизнедеятельности человека и его среды
обитания, что особенно актуально при проведении
международных проектов экологами-орнитологами.
При этом особое значение приобретают
возможности обмена научными и культурными
достижениями и особенно возможности подготовки
высококвалифицированных специалистов. Идеи
взаимодействия при исследовании биомов Земли и
совместного выживания человечества при наличии
глобальных экологических проблем стали ведущими
при работе экологов из стран, ранее разделенных
политическими барьерами. Эти идеи стали
определяющими и направляющими в нашей работе с
коллегами из европейских стран.
Sylvia atricapilla, как по латыни называется
черноголовая славка и Acrocephalus paludicola - вертлявая
камышевка, две эти маленькие птички размером с
воробья, с 1993 г. стали предметами диалога культур
российских, белорусских, польских и германских
орнитологов при исследовании экологических
систем Омской области.
Черноголовая славка один из
преобладающих видов птиц Европы в лесных и
парковых ландшафтах. Эта славка оказалась одним
из видов птиц, который с последней четверти XX
столетия из-за глобального потепления климата на
нашей планете стал расширять свою область
обитания на север и юг Евразии. Для германских
орнитологов исследовательского центра и
орнитологической станции Радольфцелль этот вид
стал модельным для изучения численности,
распределения и миграционных путей из Евразии
для зимовки в Африку. Из публикаций советских
орнитологов им было известно о встречах этого
вида в Западной Сибири. В 1992 г. Омская область
становится открытой для посещения иностранцев и
директор исследовательского центра Радольцелль
профессор П. Бертольд получает разрешение МИД
РФ на посещение Омска и прилегающей южной
лесостепи. Цель работы - поиски гнезд и отлов
птенцов самых восточных в мире черноголовых
славок. Российской Академией наук мне было
поручено в июне 1993 г., после защиты
кандидатской диссертации по населению птиц
лесостепи Прииртышья, оказать помощь германским
коллегам в этой работе. Помню тот июньский день в
омском аэропорту, когда я с водителем служебного
автомобиля Омского института природноочаговых
инфекций встречал самолет с германскими учеными
и московским орнитологом из Москвы. Какие они
будут, поймут ли мой английский, все ли помню я
латинские названия птиц Прииртышья. Я
практически ничего не знал о той части Германии,
где находится исследовательский институт и еще
меньше знал о людях, которых я встречал. И они,
конечно, ничего не знали о нас, живущих в Сибири. Я
знал одно, что встречаю в Омской области первых
иностранных орнитологов-экологов со времени
Октябрьской революции 1917 г. Эти люди рискнули
затратить значительные деньги для исследования
восточного края ареала вида, где вид время от
времени исчезает, исходя из погодных условий
весны и начала лета. Самолет прилетел, колеги
встречены и началась интенсивная работа по
поиску черноголовой славки и
"приглядыванию" друг к другу. Быстро
пролетела неделя работы, мой английский
кандидатского уровня "проснулся". Бурые
медведи почему-то не обитали на улицах Омска, как,
к сожалению, и черноголовая славка в его парках и
пригородах. Вот, наконец, и прощальный ужин с
обсуждением нашей будущей совместной работы в
ресторане "Турист". До этого были разговоры
о личном, старательно огибались политические
моменты непростых исторических отношений России
и Германии. Но что было, то было. Надо начинать
работу по интеграции сибирских исследователей в
мировое исследовательское пространство. В
середине июня профессор П. Бертольд с коллегами
улетел в Москву.
С 1993 г., с первого года полевой практики
в поселке Атак Тарского района, мы приступили со
студентами к поискам этого таинственного вида -
черноголовой славки. Быстро пролетает несколько
полевых сезонов поиска вида в Сибири и переписки
с коллегами из Германии. С 1995 г. стало работать в
педуниверситете значительно легче, открылось
управление международного сотрудничества под
руководством С.Н. Широбокова. Электронная почта и
помощь грамотного персонала УМС значительно
приблизила Сибирь к Европе. Параллельно я
занимался разработкой проекта по стажировке по
экологии и орнитологии в институте и
орнитологической станции Радольфцелль. В 1998 г.
результаты своих исследований (три сообщения) я
опубликовал в материалах Международного
орнитологического конгресса в Южной Африке.
Президентом этого конгресса был наш хороший
знакомый профессор П. Бертольд. Было получено
приглашение для работы в конгрессе но, к
сожалению, по известным материальным причинам
поездка в Африку не состоялась. В апреле 1999 г. мой
проект работы на стажировке получает одобрение
Германского фонда по обмену учеными (ДААД).
В январе, феврале 2000 г. поездка в
Германию в исследовательский институт и
орнитологическую станции Радольфцелль
состоялась. Германские коллеги с нескрываемым
интересом задавали мне самые разнообразные
вопросы (от погоды в Омске и списка доминирующих
видов птиц в Прииртышье до качества товаров на
омских рынках и в фирменных магазинах). Но мне
было уже просто и легко. У меня здесь были друзья,
которые работали со мной в Сибири. Меня встретили
так, как будто не было прошедших семи лет. Я
работал целыми днями в крупнейшей
орнитологической библиотеке Германии. Беседовал
с коллегами об их научных темах и выполняемых
экспериментах. Принимал участие в семинарах и
проводил количественные учеты птиц по методике
Ю.С. Равкина (Сибирская зоогеографическая школа)
в окрестностях орнитологической станции
Радольфцелль. Одновременно я начал планировать
проведение орнитологической работы в Омской
области после совместных обсуждений с
профессором Бертольдом. В результате с 2000 г. на
Агробиологической станции ОмГПУ была открыта
станция кольцевания птиц. Первый сезон работы
прошел очень напряженно, но черноголовая славка
не была поймана. Совместно с профессором П.
Бертольдом и его сотрудниками в 2001 г. в
германском орнитологическом журнале мы
опубликовали совместную статью о распределении
черноголовой славки в Евразии. В этот же год к нам
на станцию кольцевания в Омск прилетает для
работы профессор Пшемыслав Буссе с доктором
Ярославом Новаковски (Гданский университет).
Прилет крупного мирового специалиста в области
популяционных и миграционных исследований
воробьиных птиц к нам на станцию очень
воодушевил нас. Вновь, встречая коллег в омском
аэропорту, я перешел на английский, но профессор
попросил говорить по-русски. Его молодой коллега
во время работы по кольцеванию птиц признался
мне, что теперь он очень сожалеет о недоученных
уроках русского в школе. В 2001 г. профессор П. Буссе
поймал первую черноголовую славку и затем после
их отлета, через месяц, и вторую. Быстро пролетело
время за работой с польскими коллегами и
обсуждением будущих совместных проектов по
исследованию миграций птиц, не менее важных, чем
с германскими коллегами. Чего только стоит
проведенный нами с участием орнитологов
орнитологической станции Рыбачий
Зоологического института РАН (Калининградская
область) Н. Чернецова и его помощника Влада
проект - проверка гипотезы о наличии у белых
аистов врожденного пути перелета на зимовку в
Африку. Для этого восемь аистов были привезены к
нам и, снабженные спутниковыми передатчиками
(один стоит 1200 долларов), выпущены на волю в
Тюкалинском районе Омской области. Наша
совместная работа дала первые в мире уникальные
результаты миграций белых аистов.
А теперь вернемся в 2000 г. на
орнитологическую станцию Радольфцелль и
вспомнить о звонке доктора Мартина Фладе. Так
начинался новый проект по исследованию северных
экологических систем Омской области с поисками
вертлявой камышевки.
Этот вид входит в ряд видов птиц, у
которых со второй половины XX столетия отмечено
сильное сокращение численности. Исследование
этого процесса позволило орнитологам определить
виды, численность которых сократилась более чем
на половину. Такие виды были выделены в отдельную
категорию - виды, находящиеся под угрозой
глобального исчезновения.
Для определения современного
состояния популяции вертлявой камышевки было
запланировано обследовать территорию, где
находятся ее основные места обитания - низинные
осоковые болота. Такой тип экологических систем
довольно редок на нашей планете. В историческое
время низинные болота располагались от Западной
Европы до Западной Сибири, но к настоящему
времени осталось лишь два крупных центра
сохранившихся таких экосистем. Первый -
белорусское Полесье, а второй - в Западной Сибири,
особенно на территории Омской области. В
Западной Европе и восточной части России эти
экосистемы практически исчезли. Предпринятый
ранее, с 1994 г., поиск мест гнездования вертлявой
камышевки показал, что центром ее современного
ареала, возможно, осталось белорусское Полесье.
Первая международная экспедиция была
организована в 1999 г. в восточные районы Западной
Сибири (Томская и Новосибирская области). Было
обследовано много различных типов болот, которые
в большинстве случаев подходили для обитания
вертлявой камышевки, но самых птиц не было
обнаружено. Наступило 22 мая 2000 г., когда пять
ученых орнитологов из Германии, двое из Польши,
один из Белоруссии и двое из Московского
университета присоединились к нам в омском
аэропорту. Выполнены последние формальности,
закуплены продукты, отдохнули коллеги после
длительного перелета в моей общежитской комнате
и - вперед к северным низинным болотам. Вертлявая
камышевка находится до обидного просто спустя 13
часов после прилета команды. За это время мы
уехали от Омска за 300 км. Ближе к вечеру вблизи от
дороги появилось болото, достаточно пригодное
для этого вида. Был поставлен лагерь недалеко от
этого урочища. Вернувшись до заката на болото,
Александр Зозулин первым услышал песню
вертлявой камышевки. К сожалению, это была только
одна птица. Тем не менее, родилась надежда, что на
другом болоте птиц будет намного больше.
Наученные горьким опытом исследования Сибири в
1999 г. мы использовали вертолет. Обычно
интернациональная команда из шести человек
садилась в вертолет и по заранее спланированному
маршруту облетала наиболее подходящие болота. На
каждом болоте высаживался десант из двух человек
с палаткой и продовольствием на один день.
Вечером и утром на этом болоте проводились
маршрутные учеты птиц. Не всегда условия
пребывания на болоте были комфортны. Некоторые
группы высаживались на болоте с глубиной воды
более сорока сантиметров и не могли найти сухого
острова для ночевки. Я не буду говорить про
моросящие дожди, комаров и оводов. Быстро
пролетела неделя работы, было поймано и
окольцовано всего два самца вертлявой камышевки
и высказано предположение, что в настоящее время
в Западной Сибири отсутствует многочисленная
популяция вертлявой камышевки. По самым
оптимистичным прогнозам, ее численность
составляет у нас несколько сотен особей. Однако
нами был получен большой полевой тренинг и
экспедиционными невзгодами скреплена дружба с
орнитологами Европы, администрацией
Большеуковского района и вертолетной командой
из Тобольска.
Диалог культур у нас все-таки
состоялся. Он - в материалах международных
конгрессов, совместных публикациях и будущих
монографиях. Вторая моя статья в германском
орнитологическом журнале в 2002 г. об орнитофауне
Тоболо-Иртышской лесостепи и степи будет
способствовать еще большему интересу к развитию
такого диалога. А его продолжение следует и с
орнитологами Европы, а теперь уже и Канады,
которые планируют в июле 2004 г. проведение полевой
практики и научных исследований ученых и
студентов из Калгари на Омской земле. Я очень
надеюсь, что географическое положение нашей
области в центре центрально азиатского
пролетного пути приведет нас к культурному
диалогу с учеными орнитологами южных азиатских
стран и США.