(Окончание)
Таким образом, у недоминирующих штаммов Y.pseudotuberculosis большей частью отмечается снижение адгезивных свойств под действием фторхинолонов.
Совершенно противоположные результаты получены при анализе второй группы штаммов Y.pseudotuberculosis, представляющих собой доминирующие клоны микроба (табл. 4). В этой группе из 18 доминирующих штаммов - 17 относились к серовару 1b и один к серовару 4b.
Таблица 4. Влияние фторхинолонов на средние показатели адгезии у штаммов Y.pseudotuberculosis, доминировавших в поликлональной популяции |
Серовар, спектр плазмид в МДа |
Номер штамма |
Kонтроль (без фторхинолона) |
ЦФЛ |
ПФЛ |
НФЛ |
lb - 82:48 |
Н-58 |
1,94 |
1,25 |
1,85 |
0,78 |
Н-61 |
2,98 |
1,37 |
3,86 |
3,59 |
Н-62 |
4,7 |
1,2 |
5,18 |
1,79 |
Н-155 |
6,97 |
0,75 |
3,76 |
1,83 |
Н-158 |
1,7 |
1,75 |
1,98 |
1,9 |
Н-167 |
1,9 |
1,27 |
0,72 |
1,22 |
Н-172 |
2,39 |
2,97 |
3,29 |
2,98 |
1b - 82:48:3,5:2,7 |
Н-2518 |
1,03 |
1,07 |
1,63 |
1,02 |
Н-2519 |
0,98 |
2,35 |
3,02 |
3,67 |
Н-2521 |
0,68 |
2,07 |
1,57 |
2,76 |
Н-2524 |
1,34 |
3,03 |
1,89 |
3,93 |
Н-2526 |
2,03 |
2,94 |
0,8 |
4,71 |
Н-2527 |
1,8 |
2,25 |
1,8 |
2,49 |
Н-2528 |
1,75 |
2,1 |
2,4 |
2,54 |
Н-2530 |
1,28 |
2,73 |
4,94 |
2,57 |
lb - 82:48:3,5 |
Н-403 |
1,94 |
1,44 |
1,03 |
1,16 |
Н-405 |
1,37 |
1,59 |
0,7 |
0,81 |
4b - 45 |
N 1244 |
3,03 |
1,29 |
0,73 |
0,62 |
У восьми штаммов (44,4%) - Н-158, Н-172, Н-2519, Н-2521, Н-2524, Н-2527, Н-2528, Н-2530 - под влиянием трех фторхинолонов отмечалось увеличение адгезивного эффекта (от 0,9 до 4,1 раза).
В то же время в данной группе у пяти штаммов (27,7%) - Н-58, Н-155, Н-167, Н-403, N 1244 - отмечался ингибирующий адгезивность эффект под влиянием ципрофлоксацина, норфлоксацина и пефлоксацина. У пяти других штаммов Y.pseudotuberculosis серовара lb (H-61, Н-62, Н-2518, Н-2526, Н-405) СПА варьировал под действием ципрофлоксацина, пефлоксацина и норфлоксацина. Например, у штамма H-61 под действием ципрофлоксацина СПА снижался до 1,4, в то время как пефлоксацин и норфлоксацин вызывали увеличение адгезивности в 1,3 и 1,2 раза соответственно. У штамма Н-62 пефлоксацин вызывал повышение адгезии в 1,1 раза, а ципрофлоксацин и норфлоксацин снижали адгезивность в 3,9 и 2,6 раза. Средний показатель адгезии у штамма Н-2526 снижался только под действием пефлоксацина, тогда как под влиянием ципрофлоксацина и норфлоксацина СПА увеличился в 1,4 и 2,3 раза соответственно. В то же время у штамма Н-405 пефлоксацин и норфлоксацин ингибировали эффект адгезивности микроба в 1,9 и 1,7 раза, а ципрофлоксацин повышал адгезивность микроорганизма. У штамма Н-2518 (спектр плазмид 82:48:3,5:2,7 МДа) только пефлоксацин усиливал адгезивные свойства, в то время как ципрофлоксацин и норфлоксацин на адгезивные свойства псевдотуберкулезного микроба не влияли.
Полученные данные позволяют сделать вывод, что изученные препараты группы фторхинолонов (ципрофлоксацин, пефлоксацин и норфлоксацин) влияют на адгезивные свойства Y.pseudotuberculosis по-разному (от снижения до увеличения), данный эффект наблюдается и у близкородственных штаммов.
Полученные результаты показали, что изученные фторхинолоны - ципрофлоксацин, пефлоксацин и норфлоксацин влияют на адгезивный процесс Y.pseudotuberculosis. В одних случаях они снижают адгезию, в других - усиливают этот процесс. Более выраженный ингибирующий эффект наблюдается у ципрофлоксацина и норфлоксацина. Весьма вероятно это зависит, в первую очередь, от особенностей штаммов Y.pseudotuberculosis, а также от физико-химических свойств самих препаратов.
Действие данных препаратов неоднозначно для изученных бактерий псевдотуберкулеза. Так, одни штаммы под действием всех трех фторхинолонов могут повышать или снижать адгезивный процесс, у других же - их действие может быть разным. Данный эффект отмечен и у близкородственных бактерий.
Установлено, что штаммы Y.pseudotuberculosis из группы микробов, недоминировавших в популяции, под действием фторхинолонов снижали адгезивную активность. В большей степени этот эффект отмечен для норфлоксацина; ципрофлоксацин и пефлоксацин одинаково изменяли СПА у Y.pseudotuberculosis.
У большей части штаммов бактерий псевдотуберкулеза, относящихся к группе доминировавших в поликлональной популяции, СПА повышался под влиянием всех трех или одного из изучаемых препаратов.
Полученные результаты, по-видимому, в определенной степени помогут выбрать правильную тактику лечения больных псевдотуберкулезом, что позволит предотвратить необоснованное применение фторхинолонов, а также формирование резистентности к данной группе препаратов.
АНТИБИОТИКИ И ХИМИОТЕРАПИЯ, 2000-N5, стр. 9-13.
1. Шубин Ф.Н. Экологические и молекулярно-генетические аспекты эпидемиологии псевдотуберкулеза. Автореф. дисс. ... докт. мед. наук. М 1993.
2. Шубин Ф.Н. Эпидемиологические аспекты псевдотуберкулезной поликлональной инфекции. Журн микробиол 1997; 5: 22-25.
3. Езепчук Ю. В. Патогенность как функция биомолекул. М. 1985; 236.
4. Костюкова Н.Н. Начальный этап инфекционного процесса - колонизация и пути ее предотвращения. Журн микробиол 1989; 9: 103-110.
5. Еронкина Е.М., Афиногенов Г.А. Антиадгезивная активность белковых комплексов биологических жидкостей и секретов. Там же 1994; 2: 110-114.
6. Водопьянов С.О., Демидова Г.В., Ермоленко Т.Д. Бласттрансформирующая активность пилей адгезии иерсиний. Иерсиниозы - микробиология, эпидемиология, клиника, патогенез, лабораторная диагностика: Тез Всесоюз научно-практ конф. Владивосток 1989; часть I: 16-17.
7. Тимченко Н.Ф. Микробиология Yersinia pseudotuberculosis (Итоги 20-летнего изучения). Юбилейный сборник НИИЭМ, посвящ 50-летию со дня основания. Владивосток 1991; 55-63.
8. Брилис В. И., Брилене Т.А., Левков Л.А. и др. Некоторые аспекты влияния антибиотиков на адгезивные свойства микроорганизмов и доступная модель его изучения. Лаб дело 1986; 5: 353-357.
9. Буш В., Далхофф А., Цайлер X.Й. Настоящее и будущее хинолонов. Обзор лит. Антибиотики и химиотер 1993; 38: 2-3: 3-8.
10. Braga P.С., Piatti G. Influence of enoxacin sub-MICs on the adherence of Staphylococcus aureus and Escherichia coli to human buccal and urinary epithelial cells. Chemotherapy 1992; 38: 4: 261-266.
11. Брилис В.И., Брилене Т.А., Ленцнер X.П. и др. Методика изучения адгезивного процесса микроорганизмов. Лаб дело 1986; 4: 210-212.
12. Hiroshi Fukushima, Manabu Gomyoda, Seiji Kaneko et al. Restriction endonuclease analysis of virulence plasmids for molecular epidemiology of Yersinia pseudotuberculosis infections. J Clin Microbiol 1994; 32: 3: 1410-1413.
Написать комментарий
|