Документ взят из кэша поисковой машины. Адрес
оригинального документа
: http://www.hist.msu.ru/Labs/UkrBel/aleksejev.htm
Дата изменения: Unknown Дата индексирования: Tue Oct 2 05:49:14 2012 Кодировка: Windows-1251 |
И.Л. Алексеев.
Категории национального в исламском дискурсе нового времени: 'миллет' и умма'
Model page для разработки курсов по сравнительной истории европейских религиозных традиций)
1). Предмет обсуждения: как формируются 'националистические' концепции в исламском мире (в том числе в мусульманских субрегионах Европы и мусульманских регионах, непосредственно связанных с Европой), как в этом процессе отражается собственно исламская специфика и насколько принципиально влияние этой специфики. Делает ли она, с одной стороны, 'национализм' как форму модернизации (не-)совместимым с исламским обществом и может ли, с другой стороны, исламский дискурс 'национального' сформировать альтернативную базу для модернизации без вестернизации.
2). Главная проблема состоит в том, что исламский понятийный аппарат в политико-правовой сфере не только сложился практически полностью в домодерную эпоху, но и (что более важно) отражает систему ценностей, отличную от ценностных ориентаций европейского Модерна.
3). Идеологи разных форм национализма в мусульманских обществах нового времени оперировали двумя базовыми терминами для передачи европейской идеи нации - умма и мила (тур. миллет).
3.1). На самом раннем этапе ислам выработал концепцию надродовой, надплеменной и, в принципе, экстерриториальной общности людей (умма), объединенных общей религиозно-политической идеей (ислам). Первая мусульманская умма, созданная пророком Мухаммадом в Медине сразу после хиджры - переселения основателя ислама и его ближайших сподвижников из Мекки в результате обрушившихся на них гонений мекканских язычников (622 г.), основывалась на зафиксированном общественном договоре между мухаджирами (мекканскими переселенцами), ансарами (мединцами, принявшими ислам) и местными иудеями. Этот договор известен в историографии под названием 'Мединская конституция'. Договаривающиеся стороны признавали Мухаммада верховным арбитром и третейским судьей и оговаривали основы взаимоотношений между собой, которые должны были строится как союз автономных общин. Иудеи при этом сохраняли право на свободу вероисповедания, а их внутренние взаимоотношения регулировались иудейским же религиозным законом. В Коране термином умма обозначаются сообщества людей, составляющие в совокупности человечество. Каждое такое сообщество может быть объединено общей религией, священным писанием или его отсутствием. Каждая умма называется по имени пророка или другого духовного лидера, стоявшего у ее истоков (уммат Мусса -иудеи, уммат Иса - христиане, уммат Мухаммад - мусульмане). В доисламский и раннеисламский период слово умма употреблялось также в значении 'вера', 'религия'. Пророк Мухаммад рассматривал свою миссию как реставрацию 'веры Авраама' (уммат Ибрахим , также миллат Ибрахим, дин Ибрахим). Термин умма этимологически связан с глаголом амма со значением 'предшествовать', 'быть впереди' и содержит в себе представления о духовной преемственности. Коранический взгляд на историю человечества представляет ее как последовательную смену одной религиозной общины - уммы - другой, каждая из которых есть проявление изначальной данной свыше религии единобожия. Искажение изначальной Божественной истины, вносимое людьми и приводит к тому, что одна умма сменяет другую.
3.2). В мединский период деятельности Пророка термин умма употреблялся применительно к собственно мединской общине мусульман, а также к иудеям и христианам. При этом, основой социальной организации мединской уммы были, по видимому, отношения соседского покровительства (вала' дживар). При этом, в отличие от доисламского периода, члены уммы считались находящимися под покровительством Бога и Его Пророка, т.е. Мухаммада. Таким образом, социальная организация мусульманской У. приобретала надплеменной и отчасти надконфессиональный характер, способствовавший объединению различных групп и слоев населения Аравии и преодолению межплеменной розни. Впоследствии такое значение термина У. было экстраполировано на все мусульманское сообщество и стало употребляться с определенным артиклем (ал-умма), вплоть до проникновения идеологии национализма и возникновения в исламском мире национальных государств, все мусульмане считались юридически принадлежащими к единой умме.
3.3). Идеологи арабского национализма первой половины ХХ в. использовали термин умма 'арабиййа, переводимый обычно как 'арабская нация' по аналогии с умма исламиййа - исламская религиозная община. В этом контексте использование понятия умма предполагает смысловой упор на объединение различных групп арабов на основе общего арабо-мусульманского культурно-исторического наследия. Однако зафиксировано также употребление противниками панарабизма термина умма в значении '[страновая] нация' в (напр., умма мисрийа - 'египетская нация'; Муназзамат ал-Умам ал-Муттахида - Организация Объединенных Наций и т.д.). Также среди арабских христиан термин уммаиспользуется для обозначения собственной автономной религиозной общины, с выделением идеологического аспекта религиозной общности в многоконфессиональном государстве. Тем не менее, в традиционно исламском дискурсе умма по-прежнему представляет собой обозначение глобальной мусульманской общины, т.е. всех мусульман вообще. В этом смысле абсолютно некорректным является использование некоторыми авторами термина умма для обозначения региональный мусульманских общин ('мусульманская умма России') и тем более употребление его во множественном числе ('мусульманские уммы').
3.4). Тюрко- и персоязычные националисты использовали для передачи европейского понятия 'нация' термин миллет, представляющий собой арабизм, исходное значение которого (мила - группа, община) не несет никакой этнической окраски и также имеет исходно религиозное значение. В Коране термин мила употребляется в значении '[религиозная] община'. В исламской правовой традиции данным термином обозначается правосубъектная группа, выделяемая на основе конфессиональной принадлежности. Перенос термина милла/миллет на этническую или этноконфесиональную общность был ничем иным как изменением правосубъектности, терминологически адаптированным к исламской интеллектуальной традиции, а потому и безболезненно воспринятым мусульманской средой.
Однако можно усмотреть определенное различие в предпочтении того или иного термина различными идеологами разнообразных 'мусульманских национализмов'. Использование понятия умма предполагает более высокую степень универсализма и открытости. При этом в сугубо исламском дискурсе этого времени умма представляет собой обозначение глобальной мусульманской общины, т.е. всех мусульман. Употребление понятия умма в арабском националистическом дискурсе отражало панарабскую ориентацию идеологов этого движения, т.е. тенденцию к объединению. Напротив, использование тюрко-татарскими авторами терминами миллет приводило к переносу акцента в первую очередь на локальное объединение, идентифицированное через отделение своей группы от остального населения. Однако, в любом случае, использование обоих терминов (в отличии, например, от nation в европейских языках) оставляло заметную возможность для сохранения нерасчлененности этнического и религиозного в широком общественном сознании.
О националистических идеях на Ближнем и Среднем Востоке см., напр.:
Гордон-Полонская Л. Р. Мусульманские течения в общественно-политической мысли Индии и Пакистана (критика идей 'мусульманского национализма'). М., Издательство восточной литературы, 1963;
Косач Г.Г. Арабский национализм или арабские национализмы: доктрина, этноним, варианты дискурса // Тишков В.А., Шнирельман В.А. (отв. редакторы). Национализм в мировой истории. М., Институт этнологии и антропологии РАН, 2007.
Косач Г.Г. Становление современных форм политической жизни на Востоке // История Востока. Т. IV. Восток в новое время (конец XVIII - начало XX в.). Книга 2. М., 2005.
Левин З. И. Общественная мысль на Востоке. М. 1999;
Мухаметдинов Р.Ф. Зарождение и эволюция тюркизма. Казань, 1995.
Степанянц М. Т. Мусульманские концепции в философии и политике. - М. 1981.
Фадеева И.Л. Официальные доктрины в идеологии и политике Османской империи. - М. 1985;
Хабутдинов А.Ю. От общины к нации: татары на пути от средневековья к Новому времени (конец XVIII - начало ХХ вв.). Казань: Татарское книжное издательство, 2008.