Документ взят из кэша поисковой машины. Адрес
оригинального документа
: http://uni-persona.srcc.msu.ru/f-krukov/kniga/v_nyneshnie.htm
Дата изменения: Tue Dec 1 14:22:30 2009 Дата индексирования: Mon Oct 1 19:49:36 2012 Кодировка: Windows-1251 |
'В нынешние светлые лунные ночи...'
'Донские ведомости' 1919 ? 209, 12/25 сентября, с.1-2 *
В нынешние светлые лунные ночи на берегах родного Дона, закутанных золотистой дымкой, перекликаются не только ружейным и пулеметным огнем воюющие, но и обыкновенными человеческими голосами. Драгоценное свойство юности - всегда, во всяком положении, как бы ни было оно тяжело и мрачно, находить предмет своеобразного развлечения.
- Бросьте воевать! - доносится с 'того' берега, когда-то своего, близко знакомого, а теперь обвеянного зловещей загадочностью.
- А вы покажите - на примере! - отвечает наш берег.
- Что вы, черти, не дадите воды из Дону напиться? воду гнилую тут пьем.
- Погодите, мы вас не так напоим еще!
- За кого воюете? Подумайте: за генералов!
- А вы за кого?
- Мы за Ленина.
- И Троцкого? Вашему Ленину Мамонтов последние волосенки выдергивает:
По существу, детское зубоскальство - вся эта словесная перепалка двух берегов. Но если вдуматься глубже, в ней трепещет тот же трога-тельный вопрос, который волнует всех - и старых, и малых, многосве-дущих и темных, простых и умудренных людей: за кого, или точнее, за что идет эта кровавая бессмысленная бойня, кому от нее выгода, кто стал благополучнее, счастливее, какое улучшение и облегчение внесла она в жизнь, какой новой истиной осветила и возвысила человечество?..
'Мы - за Ленина'... Вот - конечный итог, к которому долгим и кровавым путем 'расширения и углубления революции' пришли пустоголовые люди, обратившие в ремесло грабительскую войну. Ни одного клочка, ни одного обрывка не осталось от тех высокопарных вещаний о свободе, братстве, равенстве, красовавшихся когда-то на красных знаменах. Свергнув старые кумиры, российская революция к конечному этапу своему осталась при едином болванчике, изображающем плешивую фигурку с отвисшим брюшком, - при Ленине. Не очень почетное знамя:
Но если спросят нас с 'того' берега, за что мы воюем, - мы попросту, по-человечески скажем им, врагам нашим, но и нашим братьям, связанным с нами узами единого языка и истории, и единой горестной судьбы: мы воюем за свой родной край, за целость его, за бытие казачества, за право жить тем бытовым укладом, который унаследовали мы от славных своих предков и которому все - от генерала до рядового казака - мы одинаково преданы всем сердцем. За честь родины мы бьемся, имя которой Ленин и Троцкий опозорили, которую они предали и продали, на место которой поставили якобы 'весь мир', а в сущности - шайку международных проходимцев жидовского происхождения**.
За родину... В ней для нас все самое дорогое, заветное и святое: и политая трудовым потом родная нива, и родительские могилки, колокольный звон родной церкви, старая дедовская песня и плач матери, провожающей родимого сынка на службу родному краю, кизечный дымок наших куреней и каждая тропинка в своей леваде... Все убогое и бедное в родине - многоценнее нам тех самохвальных заявлений о коммунистическом рае для всего мира, которые протрубили вы раньше и от которых дошли до паскудного истукана под фальшивой кличкой - 'Ленин'.
За родину мы бьемся. За нее, единую, великую и святую, готовы сложить головы в смертном бою.
* Заметка в газете несколько странно и озаглавлена Ф.Д. Крюков, и подписана 'Ф.Крюков', а также сопровождается следующим предисловием: В Усть-Медведицкую дружину зачислен известный Донской писатель и секретарь Войскового Круга Федор Дмитриевич Крюков. В газете 'Сполох', издающейся в той же станице, им помещена следующая статья: [далее следует текст].
** Наличие у статьи заголовка - в виде имени писателя и ссылка на зачисление его в дружину (см. примечание выше) свидетельствуют о том, что статья редактировалась не Крюковым. В это время, с конца марта по конец октября, редактором 'Донских ведомостей', как значится на последних страницах каждого номера, был Вр[ем]. и[сп]. об[яз]. редактора профессор Н.Асеев. Поэтому последнее добавление к расхожему в белогвардейской риторике штампу лежит видимо на его совести или на совести кого-то из его сотрудников.