Документ взят из кэша поисковой машины. Адрес оригинального документа : http://getmedia.msu.ru/newspaper/creators_vector/poetry/timohin.htm
Дата изменения: Mon Mar 19 21:43:12 2012
Дата индексирования: Mon Oct 1 19:39:57 2012
Кодировка: Windows-1251
Поэты МГУ - Тимохин Алексей Евгеньевич

Тимохин Алексей Евгеньевич

Алексей Евгеньевич Тимохин - поэт, прозаик, драматург, в 1986 году окончил экономический факультет МГУ, участник поэтической студии "Орфей" при МГУ. В настоящее время - переводчик. Переводит с английского, французского, испанского, итальянского, польского, чешского, болгарского, румынского и эсперанто. В издательстве "Ладомир" выходит в свет в его переводе книга "Парижские прелестницы".

Живет и работает в Москве. Телефон 388-22-64

  Простор
Клинок
Стансы на могиле странствующего рыцаря
"Вот листья жгут..."
Тушью по шелку
"Я люблю бесполезные вещи"
Жестокий романс
Артемида
Заговорщик
"Публика смотрит, веря прогрессу..."
"Наш бренный мир ..."
"Любовь - это дорога..."
 
* * *

Простор

Мы не любим простора, такой мы народ -
Мы славяне, мы племя лесов и болот:

За околицей сосны смыкали круги,
А из вольных степей налетали враги.

Был извечный закон заведен не на час -
Конь и сабля у них, плуг и пашня у нас,

И не мы хороши, и они не плохи:
Просто дебри одним, а простор - для других.

Твердо верили мы, что от бед и невзгод
Этот древний закон защищает народ,

Но услышали воли прельстительный зов -
На простор вышли мы из болот и лесов.

Мы любили свой угол, но что за любовь,
Если студит она молодецкую кровь -

Мы неслись на конях, позабывши про страх,
Мчались, хрипло дыша, на хрипящих конях.

Нас не ссадишь с коней, не загонишь во двор -
Мы славяне, мы племя, что любит простор,

И зовет постоянно нас что-то вдали,
За пределом села, за пределом Земли.

* * *

Клинок

Я, обломок рудоносной жилы,
Мохом обрастал, рыжел в снегу -
Я не знал, что суть моя таила,
Я не знал, что быть иным могу.

Как немного от меня осталось...
Сколько было лишнего во мне.
Рад ли я, что хоть такая малость
Испытанье вынесла в огне?

Не согреть теперь меня руками,
Я теперь невозвратимо стал
Не свободный, угловатый камень,
А литой, безжалостный металл.

* * *

Стансы на могиле
странствующего рыцаря

Вот и все. Зарыта яма.
Подошел конец потехи.
Острие нацелив прямо,
Я пробил твои доспехи.

Шли с товаром ездовые -
Пусть дивят рассказом рынок,
Что, увидевшись впервые,
Мы вступили в поединок.

Одного довольно вздоха -
Отправляюсь снова в путь я.
Умереть совсем не плохо
На поляне у распутья.

Долго меряясь отвагой,
Ты подвел теперь итоги.
Так и мы, с моей конягой,
Сложим кости у дороги.

* * *

Вот листья жгут -
Приходит их черед.
Их Страшный Суд
Вершится каждый год.

И каждый лист,
Упавший в сентябре,
Чист иль нечист,
Сгорает в том костре.

А где же рай?
Где праведников путь?
Прощай, прощай,
Об этом позабудь.

* * *

Тушью по шелку

Зелены листья бамбука, вокруг же - бело.
Может, на сливах опять опадают цветы?
Счастье меня с другом старинным свело -
Он поселился на склоне холма, не стерпев суеты.

У очага мы читаем стихи о весне.
Рад я, и рад мне живущий отшельником друг.
Это не сливы цветут, это падает на землю снег,
Но и под снегом остался зеленым бамбук.

* * *

Я люблю бесполезные вещи,
Сохраненные с детских лет -
Медвежонка с ухмылкой зловещей,
Или жесткий, картонный билет.


Я люблю позабытые книжки,
Что не вызовут ажиотаж -
Человеческой мысли излишки,
А не козыри распродаж.

Если все нескладно, неверно,
И не так, как должно бы быть,
Значит, кто-то найдется, наверно,
И меня способный любить.

* * *

Жестокий романс

Что ж тебе не спится, барин?
Али ты блохой ужален?
Али сон приснился плох?
Ох!
Жжет тебя другое жало -
Не жена ли пробежала,
Что-то пряча на груди?
Бди!
Не звала одеться Глашку,
На прозрачную рубашку
Лишь накинув епанчу.
Чу!
Проследить за нею надо -
Все-то просится по саду
Отпускать гулять одну.
Ну!
Это что еще? Постой-ка!
Принесла кибитку тройка -
Гривы вьются на ветру.
Тпру!
Вот теперь-то стало ясно -
Уклонялась не напрасно
От супружеских утех.
Грех!
Видно долго ожидала -
И смеялась, и рыдала,
А какие речи вслух...
Ух!
Не собрать уже погони,
Вот уже рванули кони,
Как условлено давно.
"Нно!"
Не догнать хотя прохвоста,
Но уйти ему непросто:
Пуля в дуле, ночь ясна.
"На!"
Без помехи кони мчатся,
А ведь лет тому пятнадцать
Прямо в глаз ты бил дрофу.
Тьфу.

* * *

Артемида

Сразу стало светлей в темной пещере -
Леса и луга веселую зелень покинув,
Ныне сюда Артемида спустилась,
Тихо шагая.

Ношу несла она, в мех завернувши,
Крепко и нежно к себе прижимала,
В грот принесла свой заветный и тайный,
И опустила.

Юноша сонный простерся на шкуре,
Юный, достойный божественной ласки.
Губы богини впервые коснулись
Кожи мужчины.

Не просыпайся, любимый, пусть будут
Руки и губы мои безответны.
Спать будешь в этой пещере, прекрасный,
Смерти не зная.

И, как любовь никогда не покинет
Чистого сердца суровой богини,
Так же, эонами, сон будет вечен
Эндимиона.

* * *

Заговорщик

Идут по улицам наемные полки.
Как мрак тюрьмы, черна пантера,
Оскалившая грозные клыки
На бархатных знаменах кондотьера.

Жизнь города уныла и мрачна.
Далеко улетели птицы,
Что в мирные былые времена,
Обжили замка старого бойницы.

Я знаю, что разносится молва -
Сильна и бдительна охрана,
Но, вспомнив позабытые права,
Убить я жажду гордого тирана.

Сквозь льстивых прихлебателей возню,
Веселье праздничного пира,
Я вижу только горла белизну,
Куда вонзится узкая рапира.

Когда ж зальются кровью кружева,
Работа мастериц Брабанта,
И упадет бессильно голова -
Машите алебардами, драбанты!

Пускай в дворцовых залах вспыхнет бой!
Пусть факелы стучат о своды!
И, что бы там ни решено судьбой,
Вернется к нам восставшая свобода.

* * *

Публика смотрит, веря прогрессу
Слепо и тупо,
Лучше ль играет старую пьесу
Новая труппа.

Пыль поднимается над реквизитом
От декораций,
В дрожь приведенных дружным и сытым
Топотом граций.

Все это скучно, но правила сцены
Вечны, не так ли?
Длятся и длятся, без перемены,
Те же спектакли.

* * *

Жан-Батист Руссо
Перевод с французского

Наш бренный мир - не более, чем сцена,
Где каждому своя досталась роль:
Здесь выступают в мишуре надменно
Министры, кардиналы и король.
А мы, плебеи, чье значенье - ноль,
На них глазеем, развалившись в ложе -
Для нас играют важные вельможи,
Оплатит представленье наш карман,
И, коль они не лезут вон из кожи,
То мы освищем этот балаган.

* * *

Журавли

Кирилл Христов
Перевод с болгарского

Вот опустились на берег морской журавли,
И, отдохнув, исчезают из вида вдали.

Им уж не видно ни гор, ни полей, лишь один
Берег, растает и он, и за клином скрывается клин.

Путь бесконечный для них все длинней и длинней -
Сколько лететь им над морем мучительных дней.

Будет там сломано множество, множество крыл:
Молнии ждут на пути, и туман его скрыл.

* * *