Апрель
Кононов Николай Викторович
АПРЕЛЬ
(из жизни инфузорий)
В четырех действиях.
АНАХОРЕТ
АРИК
ГЛЕБ
ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ
Большая КАТЕНЬКА
Маленькая КАТЕНЬКА
КОРРЕСПОНДЕНТ
МАЙЯ
МИТЯ
НАТА
ОЛЬГА МИХАЙЛОВНА
ХОСЕ
ЯБЛОКОВ
Действие первое.
Квартира Глеба и Майи. Две комнаты, прихожая. В большой комнате диван, картины, кресла, шкаф, в нише магнитофон. Из-за шкафа выглядывает гитара. Глеб и Майя носят салатницы, бутылки. Музыка.
Г л е б Где этот чертов штопор? Вечно все куда-то девается.
М а й я А в столе посмотреть? (Подает.) Еще кувшин с компотом.
Г л е б Компотом. Как это мелко. Куда его?
М а й я В центр. Чтобы все видели, как он прекрасен. (Садится на диван.) Иди сюда.
Г л е б Что такое?
М а й я Ничего, посиди со мной. Раньше ты меня на коленочки брал, а теперь?
Г л е б Теперь тоже беру.
М а й я Перестань, сейчас гости придут.
Г л е б Если прямо сейчас, я их прирежу. Из Яблокова сделаем ромштекс.
М а й я Помнила бы я, что это.
Г л е б Это когда мясо свежее, присыпанное чем-нибудь таким: пряным.
М а й я Перестань. (Домофон.)
Г л е б Нож! Всех порешу!
М а й я Платье сильно мятое?
Г л е б Нормальное.
М а й я Опять его гладить надо.
Г л е б О черт! Если это идиот Яблоков, я его в окно выкину.
М а й я Боюсь, не пролезет. (Звонок в дверь.)
О л ь г а М и х а й л о в н а Вот и мы.
М а й я Митя, лыжи - в угол, чтоб на тряпку текло.
М и т я С них не течет.
О л ь г а М и х а й л о в н а Он меня обгонял, еле за ним поспевала.
М а й я Ну-ка садись, давай ногу. Вторую.
О л ь г а М и х а й л о в н а Ну и погода – ветер противный, сырой. Не сказать, что завтра апрель. Хотя вообще не холодно.
М а й я Мы думали, это Катенька с Яблоковым как всегда на полчаса раньше.
О л ь г а М и х а й л о в н а А кто кроме них будет?
М а й я Натка, она из деревни наконец вернулась, на полгода уезжала. Обещала знаешь кого привести – помнишь Арика? Учились вместе, он к нам приходил.
О л ь г а М и х а й л о в н а Помню. Мальчик, хороший, светлый, чтобы никто не раскрыл – вредным таким был, злым. Смеялся над тобой, а ты переживала.
М а й я Ага!
О л ь г а М и х а й л о в н а И свитер у него, как у Хэмингуэя. Он такой худой был, и на нем этот свитер, как парус - ветер ловил.
М а й я Мама, не издевайся, он хороший.
О л ь г а М и х а й л о в н а Ладно, я свое дело сделала, удаляюсь. Позови Глеба, поздравлю его еще раз. Чего он у тебя ворчит?
М а й я Это сезонное. Глеб!
Г л е б Что?
О л ь г а М и х а й л о в н а Ничего, просто я ухожу и еще раз хотела тебя поздравить. Мешать вам не буду. (Домофон.) Дождалась. Ладно, все, пошла.
М а й я Посмотришь сейчас на Хэмингуэя. Женился недавно. У нас на факультете училась девочка Катя. Хорошая девочка. Была, по крайней мере.
О л ь г а М и х а й л о в н а Мить, не видел моей сумки?
М и т я Не видел. (Звонок в дверь.)
Н а т а Привет почтенному семейству!
М а й я Натка, здорово. Ни фига себе ты обгорела! В вашей деревне что ли солнце включали?
Н а т а Еще как включали! Глеб, нет бы меня обнять - можно подумать, вчера виделись. Не буду поздравлять, если ты такой. Я вам еще двоих привела, они там стоят, ботинками топочут.
Г л е б Слышу знакомый голос.
О л ь г а М и х а й л о в н а Все, я пойду. Веселитесь тут. (Уже с площадки.) Арик… Привет… Ты изменился…
Н а т а Идите сюда, всю штукатурку уже оббили!
Г л е б Ну здравствуйте.
А р и к Вау! Старик! У тебя типа день рожденья, да?!
Г л е б Сам старик! Бороду зачем-то себе сочинил.
А р и к Чем тебе не нравится борода? Вполне как у Маркса и Энгельса.
М а й я Вот именно. Отстань от бороды.
А р и к А, мать семейства. Благопристойность, приличность, киндер, кюхен, кирхе: Уйми жену, она мне глаз выбьет!
М а й я Это тебе за кюхен.
М и т я. Мама, не бей его!
А р и к Наследник. Привет, старичок. Только честно – я больше на Маркса или Энгельса похож?
М а й я Не бойся, дай дяде Арику руку. Он выпендривается.
М и т я. Привет.
А р и к Другое дело. Дайте посмотрю на ваше мещанское счастье.
Б о л ь ш а я К а т е н ь к а А я вас, кажется, помню.
М а й я Я тебя тоже. Вы с Ефимовой и Асей учились, да?
Б о л ь ш а я К а т е н ь к а Я ушла на четвертом.
А р и к Пошли, покажешь среду обитания.
Г л е б Да нечего смотреть. Разве что вот, шкаф из сосны, чувствуешь, пахнет?
А р и к Не чувствую.
Г л е б Зря чувственность не развиваешь. Еще потолок, и обои поклеили.
А р и к Загубленный месяц и ты на свободе?
Г л е б Ну да. Лет десять можно не думать.
А р и к Забыл подарок вручить. Натка! Где твоя сумка?
Н а т а О, точно. Глеб, закрывай глаза.
Г л е б Сделал вид.
Н а т а Короче, это тебе. (Разворачивает – глиняный кувшин.) Сделано так, чтобы вода вливалась как в колодец бездонный, без звука. Можно топить печали и горести. Особенно удачно топится тоска. Как специалист говорю.
Г л е б Ух, класс. А кто это:
Н а т а Потом.
Б о л ь ш а я К а т е н ь к а А от нас вот. (Осторожно вынимает лампу в виде бутылки.) Я хотела что-то полезное, не зная вкуса, угадать сложно.
М а й я Спасибо. Хорошая.
А р и к Один крендель за моей мамой ухаживал и знаете, что он ей на юбилей подарил? Занавеску для ванной.
А р и к Это к столу. (Достает плетеную бутылку.)
Г л е б Ну спасибо, не ожидал, мне вечно фигню какую-нибудь дарят. (Рассматривает лампу.) Ладно, пошли за стол.
М а й я Предлагаю, пока еще не все собрались, пить что-нибудь легкое. Тут апельсины.
Н а т а Какие огромные. У нас зимой фруктов почти не было. Один раз на лыжах сходила, привезла рюкзак, вот такенный! За день съели.
А р и к У вас - там, где ты рассказывала? Север, болото, деревянная церква?
Н а т а Ага, Мышья Лука деревня называется. Церковь там почти падает, старая: Ай!
М а й я Ну-ка брысь из-под стола.
М и т я А в Мышьей Луке что, мыши живут?
Г л е б Деревня у реки, конечно?
Н а т а Да, там рядом. У меня друзья купили дом.
Г л е б А что ты делала всю зиму?
Н а т а Жила. Недостаточно? Друзья – они гончары. И меня учили гончарить. Там хорошо - лес, снега, солнце, неспешность всеобщая.
А р и к А я бы с радостью на севере пожил.
Н а т а О, ты, не знаешь, что такое север. Север это когда физически ощущаешь, как тебя заметает. За порогом дует и каждый день снег растет. И ты делаешь одно и то же, как машина, чтобы обеспечить себе существование: тепло, еда, сон, тепло, еда, сон. А в остальное время сидишь как герань у окна. Позапрошлой зимой пока дуло, прочла газету двенадцать раз, чуть не разговаривала с этими авторами:А Мышья Лука - еще не север.
Б о л ь ш а я К а т е н ь к а А жили на что?
Н а т а Что сделали - продавали в город, там лавка для туристов. Ребята мастера. Такие чудесные вещи у них. Кринки с настоянным на мяте хорошим настроением. Картинки такие, которые сны с бабочками приносят – во сне до них можно рукой дотронуться.
А р и к О, Натка, какая ты была, такая и осталась. Веришь в бабочек во сне.
Н а т а Ага! Верю!
А р и к И правильно. Как сказал один товарищ - 'ты был поставлен по образу ангела на пару сопряженных ног, передвигающих и таинственных; снабдили тебя распрямленными, как для полета, мышцами двух ввысь увлекающих крыл. Отчего же, о глупый, ты своей волей пригнулся к земле?'
Н а т а Да! Как здорово, что ты не забыл! 'По родству, как споспешник всещедрой десницы Божьей, ты богом был назван:'
М а й я Господи, как? Как звали этого неистового армянина?
Г л е б Грегор – Нарекаци.
Н а т а Помнишь. Красавец…
А Красовский на втором курсе им мучал!
Г л е б И правильно. Выжигал место в наших, блин, лбах и клал Нарекация туда блоками, строфами. Аккуратненько так.
Н а т а Красовский вообще лучший. Разве что Беляев еще.
М а й я Беляева помню, все девочки у него на первом ряду сидели, про классическое средневековье слушали. Ресничками хлоп-хлоп. А мы на галерку залезали и оттуда его обсуждали.
Н а т а Помнишь, он показывал, как дерется тевтонец! (Вскакивает, размахивает невидимым мечом.) 'Имейте ввиду, господа, для устрашения псы-рыцари использовали обсценную лексику!' Защищайся, Майка!
Б о л ь ш а я К а т е н ь к а А этот ваш Грегор, он кто?
А р и к Монах. В десятом веке жил, в монастыре на озере Нарек. Жил, жил и написал книгу скорбных песнопений. Воззваний к тому, кто все это придумал. Красовский про него спецкурс вел.
Г л е б Я летом Красовского встретил. Про тебя спрашивал. А я что-то нашел, что ответить.
А р и к И хорошо. Помнишь контору, которая переводы подкидывала? В общем, она накрылась. Пошел я синхронить к одному корреспонденту, немцу. Мотались по стране, доставал меня со страшной силой, козел. Ищи ему в каждом городе девочек. С такими, блин, девочками договаривался: Короче, он уехал год назад. А я про кино стал писать, правда, нашу газету никто не читает. А ты, говорят, звездой перевода стал?
Г л е б Перевожу для себя.
А р и к А как же ты хотел переводить какие-то священные книги, кумранские свитки, говорил, что надо самому, все переведено не так.
Г л е б Забудь эту ересь.
А р и к Серьезен стал.
Г л е б Пошел ты. Я в школе – частной. Правда, дети хорошие, умные есть, директриса жить не мешает. Пишешь методический план в начале года, а потом хоть про де Сада.
А р и к Учишь вечному. Ясно.
Г л е б Опять дурочку валяешь.
А р и к А давай за тебя, великого выпьем! И учишь, и переводишь, и детей производишь!
Г л е б Может, лучше за начинающего литератора Погосова, который поэму 'Дерзновение земли' в студальманахе напечатал?
А р и к Ну, надо сказать: (Домофон.)
Г л е б О, потенциальный ромштекс подгреб.
М и т я Что такое ромштекс?
Г л е б Потом объясню.
М а й я Я бы на твоем месте поинтересовалась, как устроен волшебный кувшин, который тетя Ната подарила.
М и т я Кувшин как кувшин.
Звонок в дверь.
М а л е н ь к а я К а т е н ь к а Яблоков, стоять! Подарок!
М а й я Вы что, с одного дня рождения на другой?