Выходной, который устроил себе в день 55-летия придворный астроном прусского короля, директор Берлинской обсерватории профессор Иоганн Энке, навсегда вошел в историю
мировой науки. Как раз потому, что в этот вечер именинник сидел за праздничным столом, а не вел астрономические наблюдения, в его обсерватории и была открыта новая планета Солнечной системы -
Нептун (в римской мифологии Нептун, греч. Посейдон - бог моря). Подарок профессору преподнесли его помощники
Иоганн Галле и
Генрих д'Арре, хотя еще утром того дня они и не помышляли
о предстоящей ночной работе.
Погожим осенним днем 23 сентября 1846 года почтальон доставил в Берлинскую обсерваторию письмо из Парижа, адресованное астроному Иоганну Галле. Прочитав письмо, Галле
тут же отправился к директору, маститому профессору
Иоганну Энке. Надежда на то, что тот разрешит проводить незапланированные наблюдения, была невелика, поскольку Энке очень педантично
соблюдал заранее намеченный план использования телескопа. А в письме как раз была просьба провести наблюдения, запланировать которые никому бы и в голову не пришло. К берлинскому коллеге обращался
французский астроном-теоретик
Урбен Леверье. Он работал в парижском Бюро долгот, которое возглавлял крупнейший французский астроном
Франсуа Араго.
Именно Араго и поставил перед молодым ученым задачу по определению возможного местоположения неизвестной планеты, которая своим гравитационным влиянием вызывает
неправильности в движении Урана, считавшегося тогда самой крайней из планет. Эти отклонения от расчетной траектории первым заметил петербургский академик Андрей Лексель еще в 1783 году, спустя
два года после открытия Урана. Изучив особенности движения этой планеты, Лексель предположил, что на нее воздействует притяжение неизвестного космического тела, расположенного еще дальше.
|
Нептун - это "самое большое" расчитанное открытие XIX века
|
ПЛАНЕТА ПО РАСЧЕТУ
|
Почему же Леверье не обратился к своим коллегам в Парижской обсерватории, а отправил письмо в далекий Берлин? В том-то и дело, что он обращался, но парижские
астрономы не проявили интереса к таким поискам, полагая, что это невозможно - пытаться вычислить расположение планеты, не зная о ней почти ничего. Леверье жаждал воплощения своих расчетов
в виде реальной планеты и подумал, что помочь ему сможет именно Галле. Тут сыграли роль наблюдения, сделанные за полтора века до этого датским астрономом Оле Ремером, известным по первым
измерениям скорости света. Ремер был уважаем не только как крупный астроном, но и как мэр Копенгагена, без устали хлопотавший о городском хозяйстве. Однако после смерти мэра судьба сыграла
злую шутку
с его архивом астрономических наблюдений. Созданная и хорошо экипированная им пожарная команда не спасла его бумаги от уничтожения во время большого копенгагенского пожара 1728
года, когда пламя, занявшееся в маленькой свечной мастерской, уничтожила почти весь город - более 1 700 домов, включая ратушу и университет.
От обсерватории Ремера осталось только пепелище. Брандмейстеры не смогли одолеть огонь, поскольку были пьяны - они как раз отмечали получение премии за успешно
проведенный смотр пожарных команд. Но малая часть записей Ремера все же сохранилась. Там были и наблюдения планеты Уран, сделанные за 75 лет до ее открытия. В течение трех ночей в 1706 году
Ремер фиксировал координаты Урана, считая его одной из звезд. Именно эти материалы и попали затем в Берлин, где их исследовал молодой астроном Иоганн Галле. Обработка наблюдений Урана,
выполненных Ремером, стала его диссертационной работой. Публикацию ее в научном журнале Галле разослал тем европейским астрономам, которые занимались вычислениями особенностей движения планет.
Получил эту статью и Леверье. Однако ответил он на письмо берлинского коллеги лишь год спустя, направив ему просьбу о поиске новой планеты.
ПОДАРОК ВСЕЛЕНСКОГО МАСШТАБА
Леверье повезло самым неожиданным образом. Письмо из Парижа пришло в Берлин именно в тот день, когда директор обсерватории, придворный астроном прусского короля Иоганн
Энке отмечал 55-летие и отменил в предстоящую ночь наблюдения. Поэтому он разрешил своему ассистенту Иоганну Галле выполнить просьбу парижского коллеги. Правда, Энке не преминул заметить, что
занятие это весьма сомнительное и будет лишь пустой тратой времени. Живший при обсерватории немецкий студент Генрих д'Арре (фамилия досталась ему от французских предков) попросил разрешения
поучаствовать в наблюдениях, на что Энке также согласился. Это стало вторым везением, поскольку именно благодаря д'Арре предстоящим наблюдениям суждено было стать успешными. Как только стемнело,
Галле навел телескоп на участок неба, координаты которого были указаны в письме, и попытался увидеть там новую планету, которая должна была отличаться от звезд наличием заметного диска. Такого
объекта в поле зрения телескопа не оказалось. Это означало, что для поиска планеты, которая, по словам Леверье, 'ожидает своего открытия', предстояло записать координаты множества звезд на этом
участке неба, а на следующий день повторить наблюдения, чтобы обнаружить объект, положение которого изменилось. Это и будет искомая планета, перемещающаяся на фоне неподвижных по отношению друг
к другу звезд. Работа предстояла долгая и тщательная. Однако Генриху д'Арре пришла мысль ускорить и облегчить ее, воспользовавшись подробной картой звездного неба. Такие карты для различных
участков как раз и готовила в те годы Берлинская обсерватория. Пройдя темными коридорами, они стали рыться в шкафах, и снова везение - карта на нужный район обнаружилась! Причем это был самый
последний из листов, только что отпечатанный и еще не разосланный в другие обсерватории.
|
Иоганн Энке (1791-1865)
|
Иоганн Галле (1812-1910)
|
ПЛАНЕТА ПО РАСЧЕТУ
|
И вот Галле вновь смотрит в телескоп, произнося вслух координаты каждой звезды, а д'Арре сличает их
с картой, отвечая: 'Есть, есть...' Полчаса спустя, в начале
первого ночи, в башне обсерватории раздался радостный возглас: 'Этой звезды нет на карте!' Расхождение
с координатами, указанными Леверье, было менее 1њ. Несмотря на поздний час, Генрих д'Арре
побежал домой к директору обсерватории, чтобы сообщить ему экстраординарную новость. Энке тут же отправился в обсерваторию и успел увидеть новую планету еще до того, как это тусклое пятнышко
скрылось за горизонтом. Но
с сообщением об открытии берлинские астрономы торопиться не стали - нужно было абсолютно точно убедиться, что это планета, а не звезда. На следующий день
с погодой
вновь повезло - небо было совершенно ясным, поэтому, как только стемнело - около девяти вечера, - все трое продолжили наблюдения и увидели, что за прошедшие сутки объект сместился относительно
неподвижных звезд. Теперь стало ясно, что планета, предвычисленная Леверье, обнаружена!
На следующее утро в Париж полетело письмо
с радостной вестью, а оттуда в скором времени пришли поздравление и благодарность, а также предложение Леверье назвать новую
планету Нептуном, а не Янусом, как хотел Галле. Поначалу это название не стало общепринятым, и в газетах ее называли просто планетой Леверье. Сам же факт открытия стал крупнейшим событием -
найдена еще одна, восьмая, планета Солнечной системы. Причем найдена не случайно, а путем научных расчетов, безукоризненность которых получила абсолютное подтверждение. История открытия Нептуна
навечно поселилась во всех учебниках астрономии. По указанным координатам новую планету отыскали астрономы разных стран. Началось
с Европы, а затем новость достигла и России, где Нептун первым
наблюдал в ноябре 1846 года ректор Казанского университета знаменитый астроном Иван Симонов, один из первооткрывателей Антарктиды. Франция награждает и Леверье, и Галле орденом Почетного легиона.
Лондонское королевское общество (Британская академия наук) присуждает Леверье высшую награду - медаль Копли. Петербургская академия наук избирает его почетным членом. И еще никто не подозревает,
что вот-вот дело об открытии новой планеты получит совсем иной оборот - на бесспорный приоритет Леверье будет брошена незаслуженная тень. Сделают это коллеги по профессии - астрономы из соседней
Англии.
|
Нептун в наземный телескоп. Светлые области в верхней части диска - облака из метанового льда, хорошо отражающие солнечный свет.
|
ПЛАНЕТА ПО РАСЧЕТУ
|
Полтора месяца спустя после триумфального открытия Нептуна миру было поведано о том, что Англия претендует на приоритет в открытии этой планеты, которую даже
предлагалось переименовать в Океан. На собрании Королевского астрономического общества было объявлено, что английский астроном-теоретик, из Кембриджа
Джон Адамс еще осенью
1845 года (за год до открытия Нептуна) вычислил положение новой планеты, о чем он сообщил краткой запиской Королевскому астроному - директору Гринвичской обсерватории
Джорджу Эри.
Начали англичане
с разбирательства между собой, задавая вопрос, почему Эри не организовал поисков новой планеты, в результате чего Британия упустила приоритет. Тут вскрылась целая цепь невезений,
прямо - таки злой рок преследовал английских астрономов. Отвечая на записку Адамса, Королевский астроном задал в своем письме вопрос об особенностях вычислений. Самое странное, что Адамс не дал
никакого ответа и дело продолжало стоять на месте. Вскоре он обратился к астроному - наблюдателю
Джеймсу Чаллису, работавшему в том же Кембриджском университете,
с просьбой организовать
поиски. Чаллис после долгих проволочек приступил к поискам в июле 1846 года. Но ему невероятным образом не повезло. Самым обидным оказалось то, что Чаллис неоднократно наблюдал планету записывал
ее координаты, но все никак не удосуживался сравнить результаты наблюдений, проведенных в разные дни. А ведь это позволило бы ему распознать планету за два месяца до того, как ее обнаружили
берлинские астрономы. Защищаясь от нападок коллег, Чаллис обвинил в своей неудаче немецких астрономов, которые, экономя на почтовых расходах, рассылали свои звездные карты только попарно, а к
тому листу, на котором немцы обнаружили в сентябре новую планету, еще не было пары, поэтому карта имелась только в Берлинской обсерватории. Впоследствии обнаружилось, что Чаллис лукавил,
поскольку новая планета в период, когда он проводил наблюдения, была на соседнем участке неба, карта которого в Кембриджской обсерватории имелась, но он ею не воспользовался.
|
Генрих д'Арре (1822-1875)
|
Урбен Леверье (1811-1877)
|
ПЛАНЕТА ПО РАСЧЕТУ
|
Адамс, в отличие от Леверье, не публиковал своих расчетов, и сведения о его работе держались в секрете между кембриджскими астрономами. Поскольку дело не двигалось,
пришлось обратиться к обладателю самого крупного телескопа того времени, ливерпульскому пивовару и любителю астрономии Уильяму Ласселлу, надеясь, что в его мощный телескоп удастся разглядеть диск
новой планеты без долгой работы по сравнению положений сотен звезд. И тут-очередное невезение. Когда письмо пришло в Ливерпуль, Ласселл лежал в постели, у него было растяжение сустава ноги, и он
не мог дойти до телескопа. День спустя, почувствовав себя лучше, он хотел провести наблюдения, но не смог найти письма
с координатами. Выяснилось, что скорее всего горничная случайно выкинула его
вместе
с мусором. Ласселлу было очень стыдно за такую нелепость, и он так никогда и не рассказал Адамсу, почему не смог открыть новую планету.
Один из руководителей Королевского астрономического общества,
Джон Гершель, развернул кампанию по пропаганде выполненных Адамсом вычислений, хотя они и не были
опубликованы и не привели к открытию новой планеты. Компания велась настолько агрессивно, что последствия ее обнаруживаются до сих пор во многих справочниках указано, что Нептун открыт по
вычислениям, которые независимо друг от друга сделали Адамс и Леверье. Причем фамилия Адамса, как правило, стоит первой, хотя его труды оказались 6езрезультатны. Сам же Адамс вел себя в
высшей степени корректно, будучи очень скромным человеком. Он отказался и от дворянского титула, который ему хотела присвоить королева Виктория, и от должности в Гринвичской обсерватории,
предпочтя остаться профессором геометрии в Кембридже.
Самым ярким проявлением английского негодования в связи
с утратой приоритета в открытии Нептуна стало изменение правил присуждения золотой медали Королевского
астрономического общества, причем сроком всего на один год. Когда еще славящиеся соблюдением вековых традиций британцы таким странным образом меняли правила? Было совершенно ясно, что
крупнейшим мировым достижением в астрономии в 1846 году является открытие Нептуна и медаль следует присудить Леверье. На это англичане не пошли, заявив, что ежегодно вручается лишь одна
медаль, а 'бесспорных' претендентов двое - Адамс и Леверье. Поэтому было принято мудрое решение: в этом году медаль не присуждать вовсе, а вот в следующем изменить правила и присудить
сразу 12 медалей, поскольку накопилось много достойных работ. Так достижение Леверье было 'завуалировано' групповым награждением.
ОТКРЫТИЕ ТРИТОНА
Вокруг Нептуна движутся 13 спутников. Первый из них был открыт еще в 1846 году британским астрономом Уильямом Ласселлом. Это произошло всего
лишь через 17 дней после открытия самой планеты, о котором Ласселл узнал из газеты "Таймс". Он тут же навел свой телескоп по указанным в газете координатам и стал наблюдать новую планету.
Обнаружив движущийся вокруг нее спутник, Ласселл написал письмо в редакцию 'Таймс', и газета оповестила мир о находке английского астронома. Это стало определенным утешением для Англии за
утерянный приоритет в открытии самого Нептуна. Тритон находится в 350 000 км от Нептуна (примерно как Луна от Земли), но движется очень быстро из-за сильного притяжения планеты, делая один
виток всего за 6 суток, и всегда обращен к Нептуну одним полушарием. Более 100 лет Тритон оставался единственным известным спутником Нептуна. Поэтому даже само его название почти не
употреблялось, а именовали его просто 'спутник Нептуна' или 'луна Нептуна'. Но в 1949 году американский астроном Джерард Койпер обнаружил еще один, совсем небольшой спутник, расположенный
очень далеко от Нептуна - в 15 раз дальше, чем Тритон. Он получил имя Нереида, продолжив линию имен мифологических морских существ, связанных с морским владыкой Нептуном. На этом открытия
спутников прервались еще на 40 лет, пока межпланетная станция 'Вояджер-2', пролетевшая вблизи планеты в августе 1989 года, не обнаружила сразу шесть спутников. Все они оказались совсем
крошечными, еще меньше, чем Нереида. Четыре из этих спутников-лилипутов, диаметр которых от 70 до 180 км, движутся по орбитам, находящимся между кольцами Нептуна. Диаметр Тритона составляет
2 700 км, а размеры остальных спутников Нептуна не превышают 420 км. Пять из них, находящихся в нескольких десятках миллионов километров от Нептуна, были обнаружены в 2002 и 2003 годах по
наблюдениям в телескоп с Земли все с той же чилийской обсерватории 'Серро-Тололо', на которой в 1984 году нашли первые признаки колец вокруг Нептуна. Эти пять дальних спутников считают
астероидами, захваченными гравитационным полем Нептуна во время недопустимо близкого пролета мимо этой гигантской планеты. |