Документ взят из кэша поисковой машины. Адрес
оригинального документа
: http://cmm.univer.omsk.su/seti/1-3-1-k.htm
Дата изменения: Wed Apr 8 00:09:26 1998 Дата индексирования: Mon Oct 1 19:31:11 2012 Кодировка: koi8-r Поисковые слова: п п п р п р п р п |
SETI: ШКЛОВСКИЙ, КАПЛАН и ПИКЕЛЬНЕР
Л.М.Гиндилис, ГАИШ
Доклад на конференции "Современные проблемы астрофизики",
посвященной памяти И.С.Шкловского, С.А.Каплана и С.Б.Пикельнера.
Москва, ГАИШ, сентябрь 1996.
(Труды ГАИШ, в печати)
Мой доклад носит промежуточный характер между мемориальной и научной частью конференции. Я хотел рассказать о взглядах и о вкладе в проблему SETI всех троих астрофизиков, которым посвящена наша конференция. И хотя вклад их различен, факт состоит в том, что ни один из них не обошел эту проблему. Вклад И.С.Шкловского в становление и развитие проблемы SETI общеизвестен, вклад С.А.Каплана менее известен, а вклад С.Б.Пикельнера - почти совсем не известен. Я постараюсь восполнить этот пробел. Но начну все же со Шкловского.
1. И.С.Шкловский - патриарх SETI.В многогранной научной деятельности Шкловского проблема жизни и разума во Вселенной занимала значительное место. Думаю, что по складу своего характера Шкловский просто не мог оказаться в стороне от этой проблемы. С нею связна и одна из драматических страниц его творческой жизни.
В конце 50-х годов Шкловский обратил внимание на возможное влияние вспышек сверхновых звезд на эволюцию жизни на Земле. В то время он очень активно занимался изучением природы сверхновых и их связи с проблемой происхождения космических лучей. Он, в частности, показал, что при каждой вспышке сверхновой образуются релятивистские частицы с энергией 7*1048 эрг. Для оценки эффективности этого процесса надо было знать частоту вспышек сверхновых в Галактике. Как раз к этому времени относится увлечение Шкловского историческими хрониками, в которых упоминается о вспышках сверхновых. Привлекая эти данные, ему удалось почти на порядок повысить принятую ранее частоту вспышек. Естественно возникал вопрос: а что будет, если сверхновая вспыхнет в близких окрестностях Солнечной системы? Шкловский рассчитал интенсивность жесткого излучения на Земле при такой близкой вспышке; оказалось, что она достаточно велика и может служить мощным мутагенным фактором. Тогда и возникла идея о влиянии вспышек сверхновых на эволюцию жизни на Земле.
По существу, это была революционная идея, утверждающая, что жизнь на Земле тесно связана с условиями далекого Космоса, а не только с условиями нашей планеты или даже всей Солнечной системы - то есть, планетарная жизнь является фактором космического порядка. В настоящее время влияние сверхновых на происхождение и эволюцию жизни на Земле интенсивно обсуждается в научной литературе.
Опираясь на эти идеи, Шкловский совместно с Валерианом Ивановичем Красовским в конце 50-х годов выдвинули гипотезу о том, что внезапная гибель динозавров могла быть связана со вспышкой Сверхновой. Астрономы старшего и среднего поколения помнят переполненный конференц-зал ГАИШ, когда Шкловский докладывал об этой гипотезе. Люди стояли в проходах, в дверях, в фойе. (Впрочем, на докладах Шкловского это случалось не так уж редко.) Незадолго до этого у нас была реабилитирована генетика. На семинар пришли видные советские генетики. Впервые после длительного молчания они имели возможность выступить в научной дискуссии. Были продемонстрированы фотографии и другие материалы, убедительно свидетельствующие о пагубном влиянии интенсивного жесткого излучения на наследственность живых организмов, в том числе человека. В связи с этим прозвучали предостережения против применения и испытания ядерного оружия.
Приблизительно в то же время, в 1958 г. Шкловский выдвигает гипотезу об искусственном происхождении спутников Марса. Впоследствии он признал ее несостоятельной, но в то время он очень увлекался этой идеей и, естественно, с большим вниманием следил за литературой по проблемам, вязанным с разумной жизнью во Вселенной. Поэтому когда в Nature появилась статья Дж.Коккони и Ф.Моррисона о межзвездной радиосвязи [1], Шкловский моментально откликнулся на нее публикацией в журнале "Природа" большой проблемной статьи "Возможна ли связь с разумными существами других планет?" [2]. Эта статья позже вошла в сборник "Interstellar Communicatin", вышедший в 1963 г. в Нью-Йорке под редакцией А.Камерона [3]. В русском издании ("Межзвездная связь", М.: Мир, 1965) эта статья опущена. Насколько можно судить, она легла в основу знаменитой книги Шкловского "Вселенная, жизнь, разум" [4], первое издание которой появилось в 1962 г., спустя 2 года после публикации в "Природе".
Книга Шкловского сыграла очень важную - можно сказать выдающуюся - роль в постановке и обосновании проблемы SETI. Она сразу же привлекла внимание самых широких кругов и самых различных категорий читателей. Высокую оценку ей дал тогдашний президент Академии наук СССР Мстислав Всеволодович Келдыш. Ею зачитывались студенты, писатели, ученые. При жизни Шкловского книга выдержала 5 изданий. Последнее, шестое издание вышло в 1987 году, уже после его ухода из жизни. В приложении к этому изданию приводятся очень яркие воспоминания Шкловского о создании этой книги. Она переведена на несколько языков и издана во многих странах.
Особого упоминания заслуживает история ее издания в США. За организацию издания взялся Карл Саган. Получив его предложение о переводе книги, Шкловский попросил Сагана, как биолога, сделать добавления по биологии. Саган принял эту просьбу - как пишет Шкловский - "весьма расширительно" [5]. Он сделал обширные добавления ( и не только по биологии), снабдил ее новыми прекрасными иллюстрациями. В результате, книга вдвое увеличилась в объеме и вышла под двумя фамилиями: Шкловского и Сагана [6]. При этом текст Шкловского не менялся, а добавления, сделанные Саганом отмечены особыми значками. История этого издания, естественно, с несколько отличными ньюансами описана обоими авторами [5,7]. Как бы там ни было, книга получилась хорошая; жаль, что она неизвестна русскоязычному читателю.
Те, кто знал Шкловского, помнят, что он всегда живо обсуждал научные проблемы со своими учениками и коллегами. Он умел увлекать идеями и заражать энтузиазмом. Так произошло и с проблемой SETI. В 1964 г. в "Астрономическом журнале" была опубликована работа Н.С.Кардашева "О передаче информации внеземными цивилизациями" [8], в которой было показано, что современные радиоастрономические средства позволяют принять сигналы от высокоразвитых внеземных цивилизаций, где бы они не находились в пределах Галактики, или даже в соседних галактиках. Были сформулированы критерии искусственных радиоисточников и намечены некоторые направления исследований. На повестку дня встал вопрос об организации систематических поисков радиосигналов ВЦ. Планы были самые грандиозные. Я уже писал [9], что выдвигалась задача создания крупного института, занимающегося поисками внеземных цивилизаций. Некоторое время Шкловский наблюдал за всей этой деятельностью, проходящей в его отделе, как бы со стороны и несколько иронически. Но настал момент, когда надо было занять определенную позицию. И здесь Шкловский, несмотря на то, что он был человек увлекающийся, и вопреки своему темпераменту, проявил разумную осторожность и здравый смысл. Он решил посоветоваться с Виктором Амазасповичем Амбарцумяном. Этот шаг не был столь простым и естественным, как это может показаться с первого взгляда: известно, что отношения между крупнейшими астрофизиками нашего времени были далеко не безоблачными, и от Шкловского требовалось известное мужество, чтобы решиться на этот шаг. В своих воспоминаниях [5] он описывает, как он и Кардашев встречались с Амбарцумяном. Виктор Амазаспович внимательно выслушал их соображения и предложил, прежде всего, провести научное совещание для всестороннего обсуждения и оценки состояния проблемы, с тем чтобы в дальнейших шагах можно было опираться на рекомендации совещания.
Совещание было решено провести в Бюракане. Оно состоялось в мае 1964 года. Это было 1-ое Всесоюзное совещание по проблеме связи с внеземными цивилизациями. Шкловский выступил на нем с основным докладом [10] и задал тон всей дискуссии. В дальнейшем он продолжал внимательно следить за развитием исследований в области SETI, обращая особое внимание на необходимость серьезного отношения к этой проблеме.
В этой связи стоит упомянуть об истории с СТА 102. Это было в 1965 году. Согласно Кардашеву, искусственный источник должен обладать малыми угловыми размерами, характерным спектральным распределением мощности с максимумом в дециметровом диапазоне (что для известных в то время источников было весьма необычно) и переменным во времени потоком радиоизлучения. Радиоисточники СТА 21 и СТА 102 удовлетворяли двум первым критериям, надо было проверить их "на переменность". Кардашев уговорил Г.Б.Шоломицкого, проводившего наблюдения внегалактических радиоисточников на антеннах Центра Дальней Космической Связи в Евпатории, измерить радиоизлучение СТА 21 и СТА 102. Шоломицкий скептически относился к идее об их искусственном происхождении, но как хороший экспериментатор он провел измерения этих источников со всей необходимой тщательностью. Каково же было удивление, когда обнаружилось, что СТА 102, действительно обладает переменным радиоизлучением с периодом (мистическое совпадение!) в 102 дня. Переменность источника говорила в пользу гипотезы Кардашева. Сообщение об этом открытии попало в печать по каналам ТАСС и вызвало крупную сенсацию. По просьбе иностранных корреспондентов в ГАИШ была назначена пресс-конференция. В тот день, когда неожиданно разыгрались все эти события, Шкловский с утра был на совещании у Келдыша. Пришлось "извлекать" его оттуда. Эта задача выпала на мою долю, поэтому я могу свидетельствовать о его реакции. Когда такси подъехало к зданию ГАИШ, весь двор был заполнен машинами иностранных марок. Шкловского это ничуть не смутило. Мне даже показалось, что он как то приободрился. Он спокойно поднялся в конференц-зал и "под прицелом" наведенных на него теле и кинокамер обстоятельно разъяснил суть дела. По мнению Шкловского, обнаружение переменности СТА 102 было важным астрофизическим открытием, но не давало никаких оснований утверждать, что обнаружена внеземная цивилизация. Как известно, в дальнейшем работа Шоломицкого стимулировала тщательное исследование других подобных источников, что привело к обнаружению фундаментального факта - переменности радиоизлучения квазаров.
Сразу после Всесоюзного совещания по внеземным цивилизациям Кардашев выдвинул задачу сооружения радиотелескопа для проведения полных обзоров неба в оптимальном для межзвездной связи диапазоне волн. Это радиотелескоп, предэскизный проект которого был разработан в отделе радиоастрономии ГАИШ получил название РТ-МГУ. Шкловский предпринял очень энергичные шаги, чтобы добиться его сооружения. Он заручился поддержкой ректора университета Ивана Георгиевича Петровского, который очень высоко ценил Шкловского как ученого. Я не буду останавливаться на истории РТ-МГУ, об этом уже неоднократно писалось (см., например [11]), отмечу лишь что эти усилия, в конечном итоге, увенчались сооружением радиотелескопа РАТАН-600.
В 1971 году Шкловский принял участие в организации 1-ой советско-американской конференции CETI, которая дала мощный импульс к развитию исследований по SETI во всем мире. Выступая на конференции, Шкловский выдвинул принцип презумпции естественности применительно к космическим источникам. Он уделял значительное внимание философским аспектам проблемы SETI, подчеркивая, что ее нельзя сводить к чисто технической задаче межзвездной связи.
Все эти годы Шкловский стоял на позиции множественности цивилизаций в Галактике, считая что возникновение разумной жизни является закономерным процессом. Этой позиции он придерживался и в статье "Проблема внеземных цивилизаций и ее философские аспекты", опубликованной в журнале "Вопросы философии" в 1973 г. [12]. Однако постепенно его точка зрения по этому вопросу стала меняться. В 1975 году на Зеленчукской школе-семинаре CETI он выступил с докладом, в котором обосновывал уникальность нашей земной цивилизации. В 1976 г. его работа на эту тему была опубликована в "Вопросах философии" [13] а затем в сборнике "Астрономия, методология, мировоззрение" [14]. В какой-то мере эта статья Шкловского возрождала старый спор о множественности обитаемых миров но на совершенно иной, современной научной основе. Аргументы Шкловского, небесспорные, но ярко поданные, его обращение к морально-этической стороне проблемы произвели сильное впечатление на читателей, особенно на творческую интеллигенцию. У специалистов по SETI точка зрения Шкловского об уникальности нашей цивилизации не получила широкой поддержки, но она стимулировала более глубокое обсуждение теоретических и философских основ проблемы. В 1977 г. в "Вопросах философии" была опубликована статья Кардашева [15], а в 1979 г. совместная статья В.С.Троицкого, Н.Т.Петровича и П.В.Маковецкого [16] с критикой концепции уникальности. Интересная полемика по этой проблеме между И.Шкловским и С.Лемом опубликована в журнале "Знание-сила" в 1977 году. [17] Эта дискуссия тем более интересна, что ее участники хорошо знали и высоко ценили друг друга. Отвечая Лему, Шкловский писал: "Я далек от утверждения, что в своей статье доказал наше космическое одиночество. Я ставил перед собой значительно более скромную задачу: показать, что в настоящее время, характеризуемое огромными успехами астрономии, утверждение о нашем практическом одиночестве значительно лучше обосновывается конкретными научными фактами, чем традиционное, ставшее уже догматическим ходячее мнение о множественности обитаемых миров."
Один из аргументов Шкловского состоял в том, что в галактике М 31 (Туманность Андромеды) отсутствуют радиоисточники, которые по своим характеристикам могли бы соответствовать цивилизациям II типа. Видимо, обоснование этого положения в опубликованной версии статьи показалось Иосифу Самуиловичу недостаточным. Поэтому он внес в экземпляр "Вопросов философии", имеющийся в библиотеке ГАИШ, собственноручное добавление. Это свидетельствует о том, он очень серьезно относился к данной проблеме, она не была для него второстепенной.
Шкловский твердо придерживался позиции уникальности до конца своей жизни. Правда, он неоднократно подчеркивал, что речь идет не об абсолютной, а о практической уникальности. Менее известно, что, твердо придерживаясь этой позиции, он никогда не выступал против развертывания работ по SETI, а в частных беседах признавался, что первый радовался бы, если бы поиски увенчались успехом.
Авторитет Шкловского среди исследователей SETI во всем мире был очень высок. Он был членом "Ордена Дельфина", учрежденного участниками первой американской конференции SETI, в 1961 году [18, с. 10]. В книге Д.Свифта "Пионеры SETI" [19] ему отведено достойное место. Ни одно мероприятие в области SETI не проходило без его участия.
В 1981 г. Шкловский принял участие в Таллинском симпозиуме "Поиск разумной жизни во Вселенной". Здесь он выступил с еще более пессимистической (если уместно употребить это слово) концепцией о тупиковом пути нашей цивилизации, связанном с приобретением разума. Спустя три года, в 1984 г. Шкловский выступил с этой идеей на Международном геологическом конгрессе в Москве. Публикация этой работы Шкловского встретилась с серьезными затруднениями. Издательство "Наука" не решалось опубликовать столь "крамольную" идею и всячески затягивало издание трудов Таллинского симпозиума. Только вмешательство Владимира Александровича Котельникова, который будучи вице-президентом Академии наук СССР, взял на себя ответственность, помогло решить этот вопрос. Но первая публикация этой работы Шкловского появилась не в трудах симпозиума, а в журнале "Земля и Вселенная" в 1985 году со ссылкой на Международный геологический конгресс [20]. (Эта статья опубликована также в качестве приложения к 6-му (посмертному) изданию книги Шкловского "Вселенная, жизнь, разум", М.,1987.) К сожалению, это произошло уже после ухода Иосифа Самуиловича из жизни. Год спустя вышли труды Таллинского симпозиума со статьей Шкловского [21].
Изменение позиции Шкловского по проблеме множественности обитаемых миров явилось полной неожиданностью для многих и до сих пор продолжает волновать тех, кто интересуется проблемой SETI. Как понять эволюцию его взглядов? Мне уже приходилось высказываться об этом [9, 22]. Повторю здесь свои соображения. Думаю, разгадка лежит в личности Шкловского. Он был не только крупнейшим астрофизиком нашего времени, но и человеком широко талантливым: хорошо рисовал, прекрасно знал поэзию, мог без конца наизусть читать стихи, обладал удивительным даром рассказчика и незаурядным литературным даром. Об этом сегодня много говорилось. Но все это характеризует его не в полной мере. Шкловский обладал одним редким качеством - он был мыслителем. Он серьезно интересовался глобальными проблемами современности задолго до того как появился и получил права гражданства сам этот термин. Я думаю, именно интерес к глобальным проблемам заставил его обратиться к проблеме SETI. Он указывал на необходимость изучения закономерностей развития космических цивилизаций, подчеркивал, что проблема внеземных цивилизаций является, в первую очередь, проблемой социологической, ее нельзя подменять более узкой задачей связи, тем более акцентируя внимание на технических аспектах межзвездных коммуникаций. Как мыслителя Шкловского не удовлетворяла наивная вера некоторых исследователей в то, что достаточно построить большой радиотелескоп, и вековая проблема установления связи с внеземным разумом будет решена. Он называл такую точку зрения "подростковым оптимизмом", и мне кажется, она вызывала у него известное раздражение. Может быть, эта неудовлетворенность, этот внутренний протест против упрощенческого подхода к проблеме породил разочарование и тем самым сыграл определенную роль в эволюции его взглядов.
Может быть, не все со мной согласятся, но я думаю, что никакого резкого изменения взглядов у Шкловского не произошло. По-моему, он всегда довольно пессимистически оценивал возможности связи с внеземными цивилизациями. Уже в первых работах он подчеркивал преимущественность короткой шкалы жизни ВЦ. Впоследствии он признал, что фатальной неизбежности короткой шкалы для всех цивилизаций не существует. Мне кажется, что именно после переосмысления этой проблемы Шкловский постепенно начинает склоняться к мысли об уникальности нашей цивилизации. Таким образом, пессимистическое отношение к проблеме существования ВЦ нашло новую форму выражения, трансформировавшись от идеи о короткой шкале жизни к идее практической уникальности. Те, кто внимательно следил за дискуссиями по проблеме SETI, думаю, согласятся, что в таком переходе нет резкого, принципиального изменения взглядов, скорее просто смещение акцентов.
В чем же причины глубоко пессимистического взгляда Шкловского на проблему внеземных цивилизаций? Думаю, они состоят в следующем. Шкловский никогда не был безразличен к судьбе нашей земной цивилизации. Остро ощущая противоречия современного мира, всю несообразность жизни на нашей планете, он пришел к ощущению крайнего пессимизма во всем, выражением которого и явилась идея об одиночестве нашей цивилизации, а позднее - о тупиковом пути, связанном с приобретением разума. Думаю, это трагедия крупного ученого и гражданина, мысль которого не могла смириться с тем, что он видел на Земле, и который на какой-то момент потерял светлую перспективу.
Мне кажется также, что определенную роль в эволюции взглядов Шкловского на проблему жизни и разума во Вселенной сыграло его общение с Ильей Яковлевичем Фурманом, доцентом Воронежского университета. Но эта тема требует специального исследования.
2. "Каплановский сборник".Теперь несколько слов о Самуиле Ароновиче Каплане. Самуил Аронович очень любил книгу. Он сам много писал, редактировал и, вообще, любил создавать книги. Может быть, если бы он не был талантливым астрофизиком, он мог бы быть хорошим издателем. Думается, любовь к книге была одной из причин - во всяком случае одной из внешних причин - которая привела его к SETI. А дело было так. В 1965 г. в Харькове проходила 5-я радиоастрономическая конференция. Это было после Бюраканского совещания 1964 года, и на конференции впервые работала секция по поиску внеземных цивилизаций. Были заслушаны доклады Н.С.Кардашева, В.И.Слыша, Б.Н.Пановкина, Б.В.Сухотина и Г.М.Хованова. Самуил Аронович присутствовал на конференции и на заседании секции. Как он говорил мне позднее, слушая доклады, он понял, что из этого материала можно было бы сделать интересную книгу. И он взялся за создание такой книги. Это была коллективная монография под названием "Внеземные цивилизации. Проблемы межзвездной связи" [23]. Она вышла в 1969 г. в издательстве "Наука" благодаря поддержке академика В.А.Котельникова. Самуил Аронович был душой, организатором и редактором этой книги, и "в народе" она получила название "каплановский сборник".
Сам Каплан, помимо редактирования, написал вводную главу к книге под названием "Экзосоциология - поиск сигналов внеземных цивилизаций" [24]. В ней он не только очертил проблему, но и предпринял попытку ввести термин для ее определения. В то время люди, начинавшие заниматься поисками ВЦ, чувствовали потребность дать какое-то название "новой науке". Был даже объявлен своего рода "неофициальный конкурс". Среди прочих названий фигурировала и "космософия", о чем Шкловский упоминает во втором издании своей книги. Самуил Аронович совершенно справедливо возражал против этого термина, считая его не соотвествующим существу проблемы. Действительно, до "космической мудрости" нам еще очень далеко. Но и предложенный им термин "экзосоциология" (по аналогии с "экзобиологией") также не привился. Думаю, это отражает то обстоятельство, что о "новой науке" говорить еще рано. Речь может идти о некоем научном направлении [25], и для его обозначения термин "проблема ВЦ" или "проблема SETI" представляется вполне адекватным. Я думаю, что термин "астробиология", который взят на вооружение в МАС'е, также не очень удачен.
Примечательная особенность "каплановского сборника" состояла в том, что в его состав входила глава "Методы дешифровки сообщений". Эта обстоятельная работа была написана Борисом Викторовичем Сухотиным, специалистом по математической лингвистики из Института Русского языка АН СССР. В ней применительно к межзвездным контактам ставилась задача дешифровки произвольного текста, написанного произвольным алфавитом на неизвестном языке, и предлагались обобщенные алгоритмы решения задачи. Видимо слово "дешифровка" произвело определенное впечатление на Западе. Книга была сразу же переведена на английский язык [26], а затем благодаря усилиям профессора Р.Пешека вышла в переводе на чешский язык [27].
В 1971 году С.А.Каплан принял участие в 1-ой советско-американской конференции CETI в Бюракане. По моей инициативе, оргкомитет конференции разослал ее участникам и некоторым другим видным ученым "Анкету CETI" с целью выяснения мнения специалистов по некоторым важным вопросам. К моменту конференции ответы были получены, но я предполагал обработать их позднее. Самуил Аронович предложил сделать быстрый "экспресс-анализ". Он выполнил его во время конференции и в конце ее познакомил участников с некоторыми предварительными выводами. Эти результаты он опубликовал в предисловии к трудам Бюраканской конференции [28]. Труды вышли на русском и английском языках, и конечно, редактором русского издания был С.А.Каплан.
В приложении к русскому изданию предполагалось опубликовать данные по анкетному опросу. Мы с Самуилом Ароновичем подготовили большую статью. Однако издательство не решилось ее принять, так как среди респондентов анкеты был Андрей Дмитриевич Сахаров. Нам предложили изъять все, что касалось Сахарова, и так как мы отказались, статья не была опубликована. Правда, выдержки из ответов на "Анкету CETI", включая и некоторые высказывания академика Сахарова, были опубликованы в журнале "Земля и Вселенная" в 1972 г. [29]. Позднее уже после ухода Самуила Ароновича из жизни и после начала перестройки мне удалось полностью опубликовать письмо А.Д.Сахарова сначала в журнале "Земля и Вселенная" [30], а потом в трудах 3-ей советско-американской конференции SETI в Санта Круз, Калифорния [31].
Что касается анализа всего материала, то он до сих пор остается невостребованным. Может быть, его можно опубликовать в приложении к трудам данной конференции. Это было бы неплохой данью памяти Самуила Ароновича Каплана.
Последний вклад С.А.Каплана в проблему SETI был связан с Зеленчукской школой-семинаром CETI, октябрь 1975 г. Он выступил там с докладом "Астроинженерная деятельность и возможности ее обнаружения", подготовленным совместно с Н.С.Кардашевым [32]. После окончания школы Каплан сразу же взялся за подготовку к изданию ее трудов. Но его трагическая гибель не позволила довести эту работу до конца. Труды школы-семинара [33] вышли уже после ухода Самуила Ароновича из жизни, и эту книгу можно рассматривать как один из памятников ему.
3. SETI и Пикельнер.Теперь о Соломоне Борисовиче Пикельнере. Как он относился к проблеме SETI? Соломон Борисович, насколько можно судить, не был энтузиастом SETI. Он не принимал участие ни в одной конференции SETI, не написал ни одной статьи на эту тему. Но это не значит, что у него не было своей точки зрения на проблему. В ответе на анкету CETI он поделился своими соображениями о том, что следует понимать под внеземной цивилизацией. По мнению С.Б.Пикельнера, "Внеземная цивилизация - некоторая организованная система, сохраняющая низкий уровень энтропии засчет целесообразных направленных действий. Обмен информацией между разными частями системы, перестройка окружающего мира, способность к построению абстрактных понятий и их обобщений (т.е. те признаки, на которые указывали многие авторы - Л.Г.), по-видимому существенны, но не обязательно относятся именно к цивилизации."
На вопрос о распространенности внеземных цивилизаций Пикельнер ответил: "Считаю, что [наша] цивилизация не единственная в Галактике, особенно если подтвердится, что основные органические соединения содержатся уже в межзвездной пыли". (Как известно, вскоре органические соединения были обнаружены в межзвездной среде методами радиоастрономии.) В дополнении к анкете CETI, он уточнил, что считает наиболее вероятной оценку числа цивилизаций в Галактике от 104 до 105.
Под контактом с ВЦ Пикельнер понимал "обнаружение сигнала заведомо неестественного происхождения". Он считал такой контакт "в принципе возможным". Что касается интерпретаци сигналов, возможности понять содержащуюся в них информацию, Соломон Борисович высказал мнение, что несмотря на очень большую сложность этой задачи, "на каком-то уровне она [интерпретация] должна быть принципиально возможна". Но "получить информацию, существенно большую нашей, вряд ли будет возможно, хотя бы из-за трудностей понимания на чужом "языке" без возможности вести диалог с вопросами и т.д."
В отношении направлений исследования Пикельнер высказал следующее мнение: "обсуждвать общие проблемы и ждать необычных сигналов". Он также скептически отнесся к совместным международным проектам, считая, что "международное сотрудничество пока может дать только лучшее обсуждение возможностей и семантических проблем". Полагая, что вероятность обнаружения сигналов пока невелика, Пикельнер высказал мнение, что "наверное, нецелесообразно строить специальную аппаратуру, а лучше иметь в виду такую возможность [обнаружение сигналов ВЦ] при интерпретации обычных наблюдений". Это близко к точке зрения С.Э.Хайкина и Ю.Н.Парийского. Что касается затрат на SETI, то Пикельнер полагал, что они должны быть на два порядка меньше, по сравнению с затратами на обычную науку в этой области". Надо сказать, что хотя по сравнению с ответами других респондентов, это довольна скромная оценка, но и она не так уж мала (особенно если к "обычной науке в этой области" отнести не только наземную астрономию и биологию, но и космические исследования).
Было бы интересно сопоставить ответы Шкловского, Каплана и Пикельнера (как и других ученых) на анкету CETI. Но это уже выходит за рамки настоящего доклада.
Хотя Соломон Борисович не проявлял особого интереса к проблеме SETI и даже относился к ней несколько скептически, он сыграл весьма существенную роль в становлении этой проблемы, по крайней мере в нашей стране. Я имею в виду публикацию в Астрономическом журнале статьи Кардашева "Передача информации внеземными цивилизациями" [8]. Собственно с этой публикации все и началось. И серьезные предварительные дискуссии со специалистами, и первое всесоюзное совещание по внеземным цивилизациям, и развитие исследований по этой проблеме в нашей стране. Сейчас факт публикации кажется вполне естественным. Но тогда это было не так. Недаром Уолтер Салливан заявил, что в то время поставить вопрос о серьезных научных исследованиях по поиску внеземных цивилизаций было бы самоубийственно для научной репутации [18]. И это касалось не только репутации отдельных ученых, но и научных журналов не в последнюю очередь. Поэтому не столь уж естественно, что статья на такую тему могла появиться в столь серьезном (и что греха таить - довольно консервативном) журнале, как АЖ. Конечно, это стало возможным только благодаря Соломону Борисовичу Пикельнеру. И то, что сам он скептически относился к этой проблеме только делает честь его поступку. Таков был Соломон Борисович Пикельнер, он считал, что спорные вопросы в науке должны решаться путем открытой дискуссии, а не путем административных запретов.