Документ взят из кэша поисковой машины. Адрес
оригинального документа
: http://naturalist2.tripod.com/life.htm
Дата изменения: Unknown Дата индексирования: Sat Apr 9 22:26:59 2016 Кодировка: Windows-1251 Поисковые слова: propulsion |
О ВОЗМОЖНОСТИ СОВРЕМЕННОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ ЖИВЫХ ОРГАНИЗМОВ НА ПЛАНЕТЕ МАРС
© Инженер Виктор Васильевич Степанов
(Российская Академия космонавтики)
Среднее расстояние Марса от Солнца составляет 1,524 астрономических единиц (а. е.), то есть он удален от Солнца дальше, чем Земля. Поэтому его климат значительно холоднее земного, но не настолько холоднее, чтобы стало совсем невозможным (хотя бы иногда) существование на его поверхности положительных температур. К тому же Марс обладает ощутимой, хотя и очень разреженной, атмосферой и твердой поверхностью (по диаметру он почти в два раза меньше Земли, а по массе в 9,32 раза меньше Земли), что позволяло и до сих пор позволяет надеяться на существование на нем каких-то живых организмов.
Однако в настоящее время природно-климатические условия на Марсе настолько суровы, что на его поверхности (тем более в его атмосфере) нет и не может быть жидкой воды (слишком малы атмосферное давление и влажность, при господстве отрицательных температур), без наличия которой никакая углеродно-белковая жизнь активно существовать не может, космическая радиация на его поверхности очень значительна и высоки химическая (за счет присутствия перекисно-пероксидных химических соединений и озона) и, вероятно, электрическая (возможно возникновение тлеющих электрических разрядов в пылевых, а также в углекислотно-ледяных облаках и туманах) активность приповерхностного слоя его атмосферы и верхнего слоя грунта. Поэтому вне тела достаточно крупных растений, возможность существования на Марсе которых зависит прежде всего от того, были ли на нем в прошлом условия для возникновения и достаточно длительной эволюции живых организмов, и не на достаточно большой глубине под поверхностью Марса, активное существование на Марсе каких-либо микроорганизмов невозможно. Из последнего же следует, что отрицательные результаты биологических экспериментов, проведенных на спускаемых аппаратах (СА) американских автоматических межпланетных станций (АМС) 'Викинг-1' и 'Викинг-2' можно было предвидеть заранее. Тем не менее для категорично-твердого утверждения, что в настоящее время Марс биологически мертв (смотрите, например, книгу Нормана Хоровица 'Поиски жизни в Солнечной системе', пер. с англ., М., 'Мир', 1988 г.) серьезных научных оснований нет .
Еще нельзя исключить существование на Марсе достаточно крупных (размером до многих сантиметров) многоклеточных растений, способных приспособиться к таким условиям, при которых никакие микро организмы активно жить не могут. В принципе на Марсе возможно существование и так называемых 'макробов', то есть одноклеточных бактерий-гигантов размером до нескольких миллиметров.
При этом очень Важно то обстоятельство, что положительные температуры на поверхности Марса все-таки иногда бывают, причем слабоположительные (лишь незначительно выше 0 њС). При атмосферном давлении (в среднем 5,4 мбар) близком к давлению тройной точки для воды (6,1 мбар) близкие к нулю градусов температуры наиболее благоприятны для живых организмов. Очень важно также и то, что, в отличие от Земли, температура поверхности Марса определяется в основном прямым солнечным нагревом, а не теплопереносом атмосферы, стремящейся выровнить температурные контрасты, вследствие чего, при средней температуре больших участков темной каймы Северной полярной шапки Марса (в начале лета) в -38 њС (на 82њ сев. широты; см. Р. О. Кузьмин 'Криолитосфера Марса', 'Наука', М., 1983 г., стр. 30, 102, 103), температура отдельных малых участков этой каймы ( на крутых склонах, обращенных к Солнцу ) может достигать 0 њС и даже немного превышать 0 њС. На этих малых участках (например, на обращенных к Солнцу склонах приполярных дюн) и могут развиваться достаточно крупные растительные живые организмы. Наконец, важно и то, что наиболее крупные из марсианских растений могут иметь механизм кратковременного (когда это особенно необходимо) повышения внутренней температуры (на несколько градусов) в сравнении с температурой их окружающего открытого Солнцу грунта, а также могут использовать не чистую (пресную) воду, а ненасыщенные водные растворы некоторых веществ (не только солей), у которых более низкая температура плавления (таяния) и замерзания, чем у чистой (пресной) воды.
В отличие от злополучных микробов, достаточно крупные растения в состоянии длительно поддерживать внутри своего тела повышенное (в сравнении с атмосферным) поровое давление (в наиболее теплое время года и суток), в состоянии обезопасить себя от ультрафиолетовой радиации Солнца и от испарения (транспирации) драгоценной воды микронной толщины (порядка среднего размера микро организмов) восковидной пленкой (подобной той, что покрывает тело кактусов), проницаемой для лучей, используемых для фотосинтеза и непроницаемой для ультрафиолетовых лучей и водяного пара и в состоянии выработать механизм не непрерывного (как у большинства земных растений), а эпизодически-порционного газообмена с атмосферой с захватом атмосферной воды в наиболее холодное время года и суток (зимой и ночью) в виде инея, растопляемого затем (до жидкого состояния) в наиболее теплое время года и суток, но не на открытом воздухе-вакууме, а внутри их тела. Самыми же благоприятными для растительных живых организмов районами Марса являются: окружающая остаточную Северную полярную шапку Марса темная кайма (она бывает настолько темной и теплой, а иногда даже приобретает синий цвет, что дать этому научно-убедительное небиологическое объяснение не удается -> материал и тем более цветовая окраска пыле-песчаных дюн Марса должны быть всюду в основном одинаковыми - светлыми, - а при теневом эффекте, сомнительном и по другим причинам, температура этой темной каймы и влажность воздуха над ней должны быть не более высокими, чем у прилегающей к ней с юга местности, а наоборот более низкими, чего не наблюдается); северная и восточная части темной области Большой Сирт (иногда приобретают красивый глубокий синий цвет) и некоторые участки дна гигантской впадины 'Эллада'.
Сколь бы сухой марсианская атмосфера ни была, запасов атмосферной воды для марсианских растений в основном (на пределе) достаточно (смотрите книгу К. А. Любарского 'Очерки по астробиологии', М., 1962 г., стр. 28 - 32, 50, 51, 83 - 86), а необходимые для жизнедеятельности этих растений соли и прочие другие неорганические вещества (кальций, фосфор, титан - тонкая пленка двуокиси титана, то есть анатаз, хорошо пропускает видимый свет и не пропускает ультрафиолетовый свет, - железо и т. д.), они могут получать в наиболее холодное время (вместе с инеем Н2О) из атмосферной пыли, а также в наиболее теплое время – из подстилающего их грунта, где эти вещества и элементы содержатся в более чем достаточном количестве.
А теперь о фактах надежно установленных явлений на Марсе, которым не удается дать хорошо научно обоснованного и, следовательно, научно-убедительного небиологического объяснения.
Главным из таких фактов является факт регулярных сезонных изменений во многих (но, разумеется, не во всех) темных областях Марса. При этом нередко изменяется не только количество отраженного соответствующей поверхностью солнечного света (альбедо), но и цвет (окраска) этой поверхности. Например, один из лучших наблюдателей Марса американский астроном Клайд Томбо писал (смотрите приложение 2 и 3 книги У. Келлога и К. Сагана 'Атмосферы Марса и Венеры', пер. с англ., М., 1962 г., стр. 146 - 149; наиболее важные места я выделил курсивом):
'Как правило, различные 'моря' имеют свои характерные цвета, которые испытывают определенные регулярные изменения. Автор заметил, что в Южном полушарии цвет 'морей' изменяется от серого до зеленого в процессе смены сезона'. 'Две экваториальные области – Двойной залив Дауэса и северная часть Большого Сирта – изменяются от черного до красивого глубокого синего цвета. Когда северная часть Большого Сирта приобретает глубокий синий цвет, между северной и южной частью наблюдается резкая граница, так как южная всегда остается серой'.
'В середине весны узкая темная полоса (кайма) уплотняется вокруг белого пространства. По мере сезонного развития темная полоса вокруг Северной полярной шапки синеет и становится более широкой , чем полоса вокруг Южной полярной шапки. Я видел только черную полоску у границы Южной полярной шапки и никогда не видел синей. Ловелл и Слайфер тоже видели синюю полоску вокруг Северной полярной шапки '.
'В марсианском мае Северная шапка покрывается полупрозрачной дымкой, простирающейся на несколько сот километров за пределы темной полосы'. 'Окружающая шапку темная полоса , которая постепенно отступает по мере сокращения шапки, теперь ослабевает и исчезает, но край белой области остается резким. Затем изменения прекращаются на много недель. Остаток Северной полярной шапки в это время в течение нескольких недель также изменяется мало'.
После глобальной пылевой бури, разразившейся на Марсе в конце 1971 года, АМС 'Маринер-9' зарегистрировала пониженное, в сравнении с нормой, содержание водяного пара, которое, однако, медленно росло. В это время, несмотря на очень малую скорость ветра, в Южном (летнем) полушарии Марса наблюдалось массовое постепенное (в течение срока порядка двух недель) потемнение отдельных участков ранее (тоже после пылевой бури) светлой поверхности. Обратного же явления – посветления темных участков – почти не наблюдалось. При этом важно отметить, что в зимнем (Северном) полушарии Марса, где перед этим тоже была пылевая буря, массового потемнения поверхности не наблюдалось (как правило, менее ярко выраженное, чем в Южном полушарии, потемнение поверхности наблюдалось лишь на некоторых близких к экватору участках, в частности в Большом Сирте). Да и в летнем полушарии эффект потемнения был наиболее значительным в наиболее высоких (приполярных) широтах, то есть там, где до начала пылевой бури была наиболее высокая влажность атмосферы, а во время пылевой бури была наиболее значительной вероятность ночного выпадения инея (см. 'Новое о Марсе', пер. с англ., М., 'Мир', 1974 г., стр. 37 – 47).
Преимущественно в темных областях Марса весной появляется аномальная отрицательная поляризация отраженного солнечного света, которая исчезает в конце лета. По мнению французского астронома Одуэна Дольфуса (эмигрировавшего в США) эта аномалия может быть интерпретирована как эффект временного увеличения среднего размера зерен грунта в темных областях.
![]() |
Зеленое дно каньона - одного из ответвлений Долины Маринеров, со снимка, сделанного в марте 2004 г. АМС Марс Экспресс. Ширина области ~ 10 км. |
На цветных фотографиях поверхности Марса переданных АМС 'Марс-5' дно некоторых кратеров имеет сине-зеленый оттенок резко контрастирующий на окружающем красно-оранжевом фоне (см. В. А. Бронштэн 'Планета Марс', М., 1977 г., стр. 71). Зеленоватый оттенок, некоторых небольших участков поверхности Марса виден и на цветном фото (рис. 35) опубликованном в книге В. И. Мороза 'Физика планеты Марс', М., 1978 г., причем, что особенно важно и интересно, как раз на преимущественно наиболее крутых и обращенных к Солнцу склонах кратерных валов (возле их верхних кромок). Зеленоватый оттенок имеют и некоторые участки поверхности Марса на цветной фотографии АМС 'Марс-5' (рис. 4), опубликованной в книге 'Поверхность Марса', М., 1980 г.. На цветных фотопанорамах загадочный серо-зеленый оттенок был обнаружен у нескольких камней вдали от одного из СА АМС 'Викинг' (см. Л. В. Ксанфомалити 'Планеты открытые за-ново', М., 1978 г., стр. 82).
Характерные для сложных углеводородных химических соединений и для многих растений полосы поглощения инфракрасного света вблизи 3,5 мкм. были обнаружены американским астрономом В. М. Синтоном в темных областях Марса дважды (в 1956 и в 1958 годах), причем с помощью надежных методов и сам факт их обнаружения еще никем не оспаривался и не оспаривается. Лишь их отношение к темным областям Марса вызвало у ряда ученых сомнение, в результате чего возникло предположение, ставшее затем (без должной экспериментальной проверки!) уверенностью, что эти полосы поглощения относятся не к какому-либо органическому веществу (тем более связанному с живыми организмами), находящемуся на поверхности или в атмосфере Марса, а к тяжелой (дейтериевой) воде земной атмосферы. Однако мне такое объяснение, где голое (плохо обоснованное теоретически и совсем не проверенное экспериментально) предположение принимается за истину в последней инстанции, представляется несерьезным и неубедительным, так как, во-первых, при наблюдении светлых областей Марса эти полосы поглощения отсутствовали и, во-вторых, дейтериевая вода дает несколько иной (хотя и близкий) спектр поглощения инфракрасного света, чем обнаруженный В. М. Синтоном. И очень странно, что проведенное В. М. Синтоном очень Важное исследование Марса до сих пор никто не повторил (даже с АМС, что было бы особенно удобно и легко сделать)! –> см. Н. Хоровиц 'Поиски жизни в Солнечной системе', пер. с англ., М., 'Мир', 1988 г., стр. 104, 105 и стр. 112, 113; Ф. Ю. Зигель 'Вам земляне', М., 'Недра', 1976 г., стр. 200.
Наконец, очень серьезным аргументом в пользу современной жизненосности планеты Марс является и явно избыточно высокое содержание в атмосфере Марса кислорода, что наглядно видно (без сложных математических расчетов) из сравнения с химическим составом атмосферы заведомо биологически мертвой Венеры –> по уточненным последним данным (см. 'Физика космоса', М., 1986 г., стр. 58 и 'Атлас планет земной группы и их спутников', М., 1992 г., стр. 189) в атмосфере Марса содержится: СО2 – 95 %, СО – 0,08 % (или даже 0,04 %), О2 – от 0,1 % до 0,4 % (не исключено, что значительный разброс оценок связан с реальными и причем значительными сезонными колебаниями содержания кислорода), СН4 – до 4x10 -4 % (над темной каймой Северной полярной шапки), – а в атмосфере Венеры содержится: СО2 – от 95 % до 96,5 % (почти как в атмосфере Марса), СО - 3x10 -3 %, О2 – < 2x10 -4 % (это лишь установленный верхний предел возможного содержания кислорода, которого может быть еще меньше), СН4 – < 10 -4 % (это тоже лишь верхний предел), – то есть избыток кислорода (О2) в атмосфере Марса (для случая биологически мертвого Марса) составляет не менее 40-160 раз, что согласуется с результатами упоминаемых Ф. Ю. Зигелем расчетов (в книге 'Вам земляне', М., 1976 г., стр. 197, 198 он оценивает этот избыток в 1000 раз; смотрите также заметку К. А. Любарского в ж. 'Земля и Вселенная', ? 2 за 1969 год, стр. 59, 'Кислород на Марсе'), а избыток метана (вышеотмеченное его количество было обнаружено над темной каймой Северной полярной шапки; см. К. Я. Кондратьев 'Планета Марс', М., 1990 г.) тем более очевиден. К тому же газообразный метан, а также газообразный аммиак как будто бы были обнаружены АМС 'Маринер-7' в 1969 году и возле кромки (над темной каймой?) сублимирующей Южной полярной шапки Марса, но о конкретном их содержании там не сообщалось (см. Н. Хоровиц 'Поиски жизни в Солнечной системе' пер. с англ., М., 'Мир', 1988 г., стр. 109, 110).
О возможности современного активного (не только в состоянии анабиоза и в виде спор) существования на Марсе автотрофных метанообразующих бактерий (если учесть необходимость их макро больших размеров) достаточно хорошо аргументированно (обоснованно) говорится и в заметке 'Есть ли жизнь на Марсе?' опубликованной в журнале 'Природа', ? 12 за 1992 год, на стр. 105 - 106.
Сезонные изменения в темных областях Марса несомненно связаны с переносимым от сублимирующей полярной шапки водяным паром, а не с ветро-пылевыми (эоловыми) процессами, так как в отсутствие пылевой бури ветры слишком слабы, чтобы поднимать пыль (скорости ветра на Марсе в начале лета составляют по данным СА АМС 'Викинг-1' и 'Викинг-2': максимальная – 3 м/сек. и 5 м/сек. соответственно, при порывах до 17 м/сек.; среднесуточная – 0,7 м/сек. и 2,4 м/сек. соответственно, –> для подъема же пыли необходима скорость ветра более 30–60 м/сек.; смотрите, например, брошюру серии 'Космонавтика, астрономия', ? 2 за 1981 год – Ал. А. Григорьев, К. Я. Кондратьев 'Пылевые бури на Земле и Марсе', – стр. 41) и не могут синхронно изменяться на всех долготах одной широты, к тому же со смещением в направлении от одного полюса к другому. Кроме этого наиболее сильные ветры (при отсутствии пылевой бури) наблюдаются не весной, а поздней осенью. Наконец, и скорость сезонной волны потемнения (около 35 км/сутки ? 0,3 м/сек.) никак не соответствует скорости ветра способного поднять и перемещать какую-либо пыль. Важно и то, что период потемнения непродолжителен (вслед за волной потемнения в то же весенне-летнее время следует фронт посветления –> ширина волны потемнения составляет всего лишь около 500 километров) и соответствует времени (периоду) наибольшего содержания водяных паров в атмосфере. Максимальное же потемнение наступает с небольшим запаздыванием по отношению к максимальному влагосодержанию атмосферы, что хорошо согласуется с биологической гипотезой (по этой гипотезе так и должно быть). Очень важна связанная с влажностью приповерхностного слоя атмосферы возможность конденсации воды в форме инея , так как улавливать, а затем растоплять внутри своего тела (в наиболее теплое время года и суток) ночной и предутренний иней растениям несоизмеримо легче, чем непосредственно усваивать ничтожно малые количества атмосферного водяного пара.
По этим же причинам массовое образование темных пятен после окончания пылевой бури конца 1971 года также не может быть связано с переносом и отложением пыли. Подъем и перенос пыли, остававшейся лежать даже во время пылевой бури (если последнее возможно, в чем я сомневаюсь -> пылевая буря должна поднимать и переносить всю поверхностную пыль и частично песок, охваченной бурей территории; смотрите также вышеотмеченную брошюру 'Пылевые бури на Земле и Марсе', стр.56), после пылевой бури (при очень слабых ветрах крайне разреженной атмосферы ) невозможен, а оседание и отложение ранее поднятой ветром пыли может приводить только к посветлению (не к реальному потемнению) и при прояснении атмосферы - к увеличению контраста без уменьшения реального альбедо (без истинного потемнения) темных участков -> при этом новые (ранее не существовавшие) темные пятна возникать не могут (а они возникали). С другой стороны, из-за антипарникового эффекта пылевой бури, в ряде мест Марса весьма заметно снижается температура поверхности: на 10 - 60 градусов ниже обычных для этого времени года (лета) температур, - что могло способствовать более интенсивной и значительной ночной и предутренней поверхностной конденсации водяного пара и, следовательно, более значительному выпадению инея (не случайно во время пылевой бури и без того очень низкая влажность атмосферы Марса значительно уменьшилась). Последнее (выпадение инея) как раз и нужно марсианским многоклеточным растениям и (или) одноклеточным макробам, которые, благодаря этому, после окончания пылевой бури (в теплое время) пробудились к активной жизни и создали эффект массового постепенного появления темных пятен, причем, как и должно быть в этом случае, не в виде волны потемнения, а хаотично (для летнего полушария почти повсеместно и одновременно). Форма же многих темных пятен несомненно связана с деятельностью ветра, но не в данный короткий период времени после окончания пылевой бури (за несколько дней и недель), а в давно прошедшие времена. Если обращенные к Солнцу склоны дюн и других эоловых деталей рельефа благоприятны для жизнедеятельности многоклеточных растений и (или) одноклеточных макробов, марсианские оазисы жизни и должны иметь очертания (форму) эоловых (пыле-песчаных) образований. -> 'Темные' дюны (к ним, в частности, относятся и дюны, окружающие Северную полярную шапку) - это дюны частично покрытые достаточно крупными растительными живыми организмами (я это не утверждаю, а предполагаю).
Если бы дюны, окружающие Северную полярную шапку, состояли из темных неорганических (не связанных с живыми организмами) материалов, что уже само по себе сомнительно, то они были бы темными всегда (при отсутствии покрова из снега и инея). Но этого не наблюдается. Как писал Клайд Томбо и было подтверждено АМС, темная кайма и 'темные' дюны вокруг этой полярной шапки наблюдаются только в разгар весны и в начале лета северного полушария, а ранней весной, поздним летом и осенью темная кайма отсутствует (пыле-песчаные дюны в это время тоже сравнительно светлые). При этом следует учесть, что составляющие приполярные дюны и другие (в частности слоистые) приполярные осадочные отложения частицы должны быть особенно мелкими и, следовательно, наиболее светлыми, так как имеет место тенденция переноса приэкваториального раздробленно-пылевого материала (ветрами пылевых бурь) в приполярные зоны Марса -> не случайно именно в приполярных зонах Марса сформировалась наиболее мощная толща ветро-пылевых (эоловых) осадочных отложений (смотрите брошюру серии 'Космонавтика, астрономия' ? 8 за 1989 г. - Р. О. Кузьмин, И. Н. Галкин 'Как устроен Марс', - стр. 33, книгу Р. О. Кузьмин 'Криолитосфера Марса', М., 'Наука', 1985 г., стр. 31, 61 и книгу 'Новое о Марсе', пер. с англ., М., 'Мир', 1974 г., стр. 46).
Не соответствует истине и версия теневого эффекта (эффекта наклона), так как в этом случае темная кайма наблюдалась бы в течение всего лета, а также ранней весной и осенью (в случае отсутствия или незначительности полярной мглы, даже при наличии тонкого покрова из снега и инея -> ведь тени всегда темные или даже черные). Кроме этого, из-за того, что обширные теневые участки не подвергались бы солнечному нагреву (даже если бы материал поверхности этих участков был абсолютно черным, то есть имел альбедо равное нулю), в этом случае и средний нагрев поверхности темной каймы в целом (вместе с освещенными Солнцем участками - склонами) никак не мог бы быть большим нагрева прилегающих к темной кайме с юга сравнительно гладких (без значительных уклонов и, следовательно, теней) и лишь кажущихся более светлыми участков. Темная же кайма Северной полярной шапки, повторяю, оказалась значительно более теплой (более нагретой Солнцем), чем прилегающие к ней с юга участки -> значит низкое альбедо (темность) приполярной каймы не иллюзорно, а реально.
Кстати, вопреки неоднократно повторявшемуся в литературе утверждению об обнаружении в северной приполярной области обширного пояса дюн (дюнных 'морей'), крайне малочисленные опубликованные фотографии этой области (с самым высоким разрешением) не подтверждают этого. По-видимому, северные приполярные дюны не столь многочисленны как утверждалось и, в отличие от темной каймы, не образуют сплошного приполярного пояса. Да и вряд ли вся эта область была охвачена фотографиями самого высокого разрешения (на фотографиях меньшего разрешения дюны увидеть нельзя). В южной же приполярной области дюны вообще не были обнаружены, хотя южная темная кайма, которую из-за неудачного сезона наблюдений и метеорологических условий АМС не обнаружили, столь же реальна (но лишь на непродолжительное время - весной, причем если нет пылевой бури), как и северная.
Необходимо также учесть, что, в отличие от дюн и каких-либо других неровностей рельефа, не способных перемещаться вдоль меридианов, темная кайма (как Северной, так и Южной полярной шапки) движется вслед за отступающим к полюсу , из-за сублимации, краем полярной шапки, то есть местоположение темной каймы переменно. К тому же темная кайма Южной полярной шапки не всегда сплошная, то есть не всегда охватывает всю сублимирующую полярную шапку, а ее наиболее темный участок порой движется не только вслед за отступающей полярной шапкой, но и в виде темного языка по направлению к экватору.
Сезонные изменения поляризации в темных областях Марса, как и сезонная волна потемнения и другие явления связанные с периодическим изменением влажности атмосферы (к ним относится и потемнение поверхности после прохождения наиболее крупных и ярких белых облаков), могут тоже объясняться жизнедеятельностью каких-то растительных живых организмов (например, растительных макробов?). Кстати, макробы хорошо соответствуют периодически изменяющим свои размеры, в зависимости от влажности воздуха (от этого зависит возможность ночного и предутреннего выпадения инея), вышеупомянутым зернам.
Одним из самых серьезных (веских) аргументов в пользу современной жизненосности Марса является сезонное изменение цвета (окраски) ряда участков его поверхности, реальность чего твердо установлена (это не иллюзия) и не подлежит сомнению. При этом изменение окраски именно такое, какое и должно быть с позиции биологической гипотезы. Вряд ли на обширных площадях поверхности Марса могут встречаться минералы (не только в скальном, но и в мелкораздробленном состоянии), способные под воздействием очень малых количеств водяного пара изменять не только свое альбедо (темнеть), но и так менять свою окраску (от серо-буроватой и бурой до сине-зеленой, голубой и синей). -> Даже на Земле минералы такого цвета редки. Если бы даже марсианская пыль обладала столь высокой гидроскопичностью, что и очень малые количества водяного пара могли вызвать уменьшение ее альбедо (потемнение), то вряд ли бы при этом она могла приобретать еще и сине-зеленую, голубую или синюю окраску и к тому же не везде, а лишь на некоторых участках поверхности.
Да, кислород марсианской атмосферы образовался в результате каких-то процессов разложения (диссоциации) молекул углекислого газа (СО2) и водяного пара (Н2О) – иного источника свободного кислорода нет. Но при этом нельзя утверждать, что к диссоциации (разложению) СО2 и Н2О причастно (непосредственно, напрямую) одно лишь Солнце (однако такие поспешные утверждения имеют место). Пример Венеры наглядно показывает, что одного Солнца здесь мало. С учетом же наличия математических расчетов (смотрите заметку в журнале 'Земля и Вселенная', ? 2 за 1969 г., стр. 59 'Кислород на Марсе', а также книгу Ш. Мишо 'Планета Марс', пер. с англ., М., 1970 г., стр. 89, 90), из которых также вытекает реальность современного избытка кислорода в атмосфере Марса, вывод о преимущественно биологическом происхождении свободного кислорода марсианской атмосферы и, следовательно, о современной жизненосности Марса получает особенно веское подтверждение.
Дополнительно к этому можно отметить, что потенциал диссоциации СО2 на СО + О почти в два раза меньше суммарного потенциала диссоциации Н2О на ОН + Н, а затем ОН на О + Н (см. справочник 'Свойства неорганических соединений', Л., 1983 г., стр. 80, 82) и, следовательно, даже без учета значительно большей химической активности кислорода (тем более в атомарном состоянии и в виде озона), чем окиси углерода, что ведет к значительно более быстрому выведению (оттоку) кислорода из атмосферы, солнечную фотодиссоциацию водяного пара нельзя рассматривать в качестве значительного источника пополнения кислородом марсианской атмосферы. Так как водяного пара в атмосфере Марса более чем в 10 000 раз меньше, чем углекислого газа, в результате фотодиссоциации (непосредственно от лучей Солнца) за одинаковый отрезок времени водяной пар может дать более чем в 20 000 раз меньшее количество кислорода, чем углекислый газ!
С учетом современных крайне суровых природно-климатических условий на Марсе, марсианские растения могут иметь пористо-губчатую подушкообразную и (или) пленочную структуру и форму (должны плотно прилегать к солнечной стороне и к солнечным склонам камней, скал, дюн и т. п.). При этом в холодное время года и суток поры тела растения будут открыты, что обеспечит свободный газо- и влагообмен (захват влаги-инея) с внешней атмосферой. В теплое же время года и суток поры тела растения герметично закрываются, что при дальнейшем нагреве тела растения обеспечивает повышение газового и гидростатического давления внутренней среды с возникновением и удержанием внутри тела растения жидкой воды. И т. д.
Считаю необходимым отметить и такой Важный факт.
Опытные наблюдатели Марса (Персиваль Ловелл, Клайд Томбо, Г. А. Тихов, Е. К. Слайфер и другие) отмечали, что на фоне плавно-постепенного сезонного изменения альбедо и окраски (цвета) некоторых участков поверхности Марса в некоторый момент времени близкий к моменту весеннего равноденствия (вскоре после него) наблюдается (причем не в каждую марсианскую весну) сравнительно резкое (быстрое) изменение окраски (цвета) этих участков. Более того, при этом и интенсивность (глубина) окраски (как правило, сине-зеленой и синей) этих участков значительно возрастает. Отмечалось, что период исключительно хорошей видимости темных образований на Марсе (в зоне волны потемнения, которая, напоминаю, сравнительно узкая - лишь в несколько сотен километров шириной - и за которой следует волна посветления, а также приполярной темной каймы) непродолжителен и также бывает вскоре после весеннего равноденствия, то есть соответствует ~ 6 - 16 апреля по эквивалентному марсианскому календарю (если бы марсианские сутки были равны 1,881 земным суткам, то есть если бы марсианский год был равен 365,2425 марсианским суткам).
Вряд ли это связано с чем-либо еще кроме растительных живых организмов, тем более, что, из-за значительной эллиптичности марсианской орбиты, в Северном полушарии Марса наиболее благоприятный для растений (в частности, для фототрофных макробов) период самых высоких полуденных температур близок не к летнему солнцестоянию, а к весеннему и осеннему равноденствиям (смотрите книгу К. Я. Кондратьева 'Викинги на Марсе', Ленинград, 1977 г., стр. 27). В Южном же полушарии Марса период вскоре после весеннего равноденствия (для Северного полушария это осеннее равноденствие) наиболее благоприятен для растений уже не столько из-за сравнительно высокой температуры (летом еще теплее), сколько потому, что в это время имеет место наиболее интенсивная сублимация Южной полярной шапки Марса и, следовательно, наиболее высокая влажность приповерхностного слоя атмосферы. Существование волны потемнения, которую в периоды пылевых бурь и вскоре после их окончания наблюдать нельзя, по-видимому, также связано с тем, что марсианским многоклеточным растениям и (или) одноклеточным фототрофным (растительным) макробам более всего необходима вода (повышенная влажность приповерхностного воздуха, благодаря которой в ночное время может выпадать иней), а не сравнительно высокая положительная температура.
В последнее время на основании более чем неполных данных от очень малочисленных автоматических межпланетных станций (АМС) стали нередко отрицать (хотя серьезных научных оснований для этого не было и нет!) сам факт реальности существования на Марсе сезонной (весенне-летней) волны потемнения и ее связи с сублимирующей полярной шапкой (не с ветро-пылевыми процессами, а с влажностью атмосферы ). А ведь еще задолго до полета к Марсу АМС многолетние кропотливые телескопические наблюдения Марса (не только во время пылевых бурь и вскоре после их окончания!) позволили сделать уверенный вывод, что волна потемнения и темная приполярная кайма не иллюзорны, а реальны и что они связаны с водой (с влажностью атмосферы). –> Смотрите, например, книгу Ж. Вокулера 'Физика планеты Марс', М., 1956 г., стр. 18 - 20, 27 - 30, 80, 210 - 214, 248 - 258 , 270, 271, 293. Лишь вывод о возможности кратковременного появления жидкой воды (в зоне приполярной темной каймы) был, по-видимому, ошибочным, да и то не абсолютно - на глубине нескольких миллиметров ( ~ 1 см.) кратковременное появление небольших количеств жидкой воды и сейчас нельзя исключить.
Следует также иметь в виду, что значительного по площади сплошного покрова (подобного земным лесам и лугам) марсианские растения (если они есть) образовывать не могут. В промежутках между отдельными растениями-подушечниками (?) и (или) группами растений должен быть виден, как правило, более значительный по площади (преобладающий) открытый грунт. Именно поэтому даже покрытые растениями участки поверхности Марса должны иметь преобладающий красно-оранжевый цвет (при определении цвета приборами, а не простым глазом), что и отмечалось наблюдателями Марса. Кроме этого, из - за физиологических особенностей зрения человека, имеющего значительные индивидуальные различия, вид (в частности, цвет) одних и тех же покрытых растениями (не сплошь, а со значительными открытыми промежутками) участков поверхности Марса для разных наблюдателей может быть существенно разным, что также отмечалось. Например, участок поверхности Марса, половину площади которого равномерно по всей площади участка занимают зеленые или сине-зеленые растения, а другую половину - открытый красно-оранжевый грунт, может казаться коричневым (при смешении красной и зеленой красок получается коричневый цвет) или коричнево-фиолетовым. Другие же наблюдатели (менее чувствительные к эффекту смешения окраски-цвета) отметят истинный зеленоватый или сине-зеленый цвет этого участка (имею в виду не преобладающий цвет, а тот, который реально присутствует на таком темном участке, но отсутствует у преобладающего красно-оранжевого фона, то есть тот истинный цвет, который контрастирует с цветом фона).
Кстати, ряд наблюдателей Марса, отмечавших, что в период весенне-летнего потемнения многих темных областей Марса их цвет изменялся от серого с синеватым или зеленоватым оттенком на коричневый, каштановый (темно-коричневый) или даже на фиолетовый, высказывали в связи с этим сомнение, что такая смена окраски совместима с гипотезой существования марсианской растительности (смотрите, например, вышеотмеченную книгу Ж. Вокулера, стр. 27 и стр. 29). –> Из вышесказанного же видно, что такая смена видимой глазами (не приборами) окраски (цвета) многих темных областей Марса (на взгляд некоторых, но далеко не всех наблюдателей Марса) не только совместима с биологической гипотезой, но, более того, является одним из фактов, подтверждающих эту гипотезу. Первоначальный слабый синеватый и зеленоватый оттенок этих областей можно объяснить существованием растений, сохраняющих сине-зеленую окраску даже в зимнее время (подобно нашим соснам и елям), но так как их очень мало, они не создают эффекта смешения окраски-цвета (даже у чувствительных к этому эффекту наблюдателей), то есть этот оттенок на многократно господствующем красно-оранжевом фоне соответствует истинному цвету очень небольших участков на поверхности Марса. Правильность этого вывода подтверждают и полученные АМС цветные фотографии поверхности Марса.
Утверждение же К. А. Любарского, что марсианские растения должны иметь красноватый или бурый цвет научно не обосновано, так как очень разреженная марсианская атмосфера - это не многометровая водная толща, с которой он ее сравнивал (см. его книгу 'Очерки по астробиологии', М., 1962 г., стр. 75), и в отличие от водной толщи, как правило, очень прозрачна не только для красных и инфракрасных лучей, но и для синих и фиолетовых лучей. Диапазон пропускания атмосферой Марса солнечного излучения лишь более широкий, чем атмосферой Земли, причем в обе стороны и поэтому, согласно научным исследованиям Гавриила Андриановича Тихова по этому вопросу (Г. А. Тихов изучал зависимость окраски и спектра отражения земных растений от климата и высоты местности над уровнем моря), марсианская растительность должна иметь если не зеленый цвет (такой цвет она все-таки иногда имеет), то сине-зеленый, голубой и даже синий. –> Из вышеизложенного следует, что, по-видимому, так оно и есть, то есть Г. А. Тихов был прав.
Наконец, еще раз отмечаю, что далеко не все обнаруженные на Марсе темные пятна (участки) имеют (могут иметь) отношение к марсианской растительности! Многие из них (в частности, связанные с приэкваториальными дюнами) какого-либо отношения к марсианским растениям не имеют. Нерегулярные (несезонные) изменения размеров и альбедо некоторых темных пятен могут быть частично или полностью связаны и с ветро-пылевыми (эоловыми) процессами.
Короче говоря, если с уважением относиться к твердо установленным научным данным о планете Марс, а также к данным соответствующих разделов биологии, химии и физики (не пренебрегать ими) и не подгонять известные научные данные под заранее заготовленный отрицательный (по отношению к биологической гипотезе) ответ, то следует признать, что и сейчас вероятность существования на Марсе каких-то живых организмов (не только в анабиозном, но и в активном состоянии) можно оценить не менее как в 50 процентов.
Не следует думать, что, приводя факты в пользу возможности совре-менного существования на Марсе растительных живых организмов, я тем самым утверждаю, что, следовательно, они там и есть. Нет, моя уверенность в этом была (с октября 1973 года) и есть лишь на уровне 50 – 80 процентов. В том, что достаточно крупные активно-живые растительные организмы на Марсе возможны (в принципе) можно утверждать со сто процентной (абсолютной) уверенностью (и нынешние природно-климатические условия на нем, а также законы биологии, химии и физики не исключают такую возможность), но есть ли они там на самом деле пока неизвестно (этого не гарантировал и не гарантирую) – их может и не быть, так как уж очень суров климат Марса и неизвестно насколько другим он мог быть в глубокой древности.
Если когда-либо в далеком прошлом природно-климатические условия на планете Марс были достаточно благоприятными для возникновения и дальнейшей приспособительной эволюции живых организмов, то приспособиться к нынешним природно-климатическим условиям, возникшим не вдруг (не очень быстро), а постепенно, некоторые из достаточно крупных живых организмов несомненно смогли бы (вероятность этого 100 процентная!). Но были ли на Марсе когда-либо в прошлом достаточно благоприятные условия для возникновения живых организмов (в настоящее время эти условия более чем неблагоприятны для этого)?? Например, на Марсе так и не было обнаружено ни одного сухого русла истинно настоящей реки и, следовательно, вряд ли когда-либо в прошлом на нем выпадали дожди. Кратковременные селевые водно-грязевые (водно-грунтовые) потоки, образованные подземными источниками воды (не дождевой водой) - это далеко не реки! И одновременно с этим факты нынешней биологической активности Марса весьма весомы (почти убедительны). –> Не исключено, что это парадоксальное противоречие (нынешнее существование растительной жизни на Марсе, несмотря на, по-видимому, отсутствие на нем когда-либо в прошлом условий для возникновения жизни) может быть связано с вмешательством инопланетян, заселивших Марс растительными и некоторыми другими живыми организмами уже приспособившимися (на другой планете) к нынешним природно-климатическим условиям на Марсе.
Необходимы новые и более тщательные исследования этой интересной планеты, причем с минимально возможного от нее расстояния и непосредственно на ее поверхности.
Этот текст составлен на основе текстов и записей, сделанных мной до 4-го мая 1990 года и дополнен в последующее время.
9 октября по 2 ноября 1993 года
P. S.
О планете Марс и принципиальной (допускаемой законами Природы: биологии, химии, физики и т. д.) возможности существования на нем растительных (прежде всего) и некоторых других и ныне активно живых организмов мог бы написать еще очень много.
Например, могу добавить, что для максимально эффективного захвата атмосферной воды (в виде водяного пара, конденсируемого в иней) марсианские растения могут использовать ветер: чем больше скорость ветра, тем большая масса водяного пара может переместиться над единицей площади поверхности и, следовательно, в большем количестве может быть захвачена и сконденсирована в виде инея. С помощью ветра растению легче поглотить водяной пар (никакого насоса для всасывания воздуха с водяным паром внутрь пор растения при этом не понадобится и это значительно эффективнее простой газовой диффузии), причем прежде всего не через поры своего тела, а через более крупные щелевые и более сложные отверстия своего тела с последующей конденсацией водяного пара на соответствующих внутренних поверхностях и полостях-камерах своего тела (известно, что в ветреную погоду внутри кучи хаотично сложенного хвороста происходит особенно интенсивная ночная конденсация росы или инея).
К очень значительным и резким суточным перепадам температуры поверхности (в условиях почти космического вакуума величина температуры марсианского воздуха существенного значения не имеет!) с преобладанием отрицательной температуры и с очень коротким периодом достаточно благоприятных для активной жизни (при прочих других природно-климатических условиях Марса) близких к нулю o С отрицательных и положительных температур (лишь поздней весной и летом в течение не более 3 - 4 часов в сутки) растения тоже могут приспособиться. Отсутствие таких растений на Земле связано не с тем, что последнее невозможно (о, сколь во многих случаях очень многие спешат с выводами!), а, прежде всего, с тем, что на Земле такого рода тепловой режим уникально редок (если вообще где-либо имеется?), а стабильно регулярного такого рода теплового режима (не изредка-иногда, а регулярно каждую ночь и каждый день подряд в течение более двух-трех недель в году и каждый год в течение многих тысяч, если не миллионов, лет) и вовсе нет. Кроме этого экспериментально (опытами) доказано, что даже изнеженные земные растения тем легче могут переносить сравнительно низкие (в том числе и отрицательные) температуры, чем меньше содержание в воздухе кислорода (как ни странно), чем суше воздух и чем разреженнее воздух, а на Марсе (напоминаю) атмосферного кислорода очень мало (имею в виду его абсолютное, а не относительное содержание), марсианский воздух чрезвычайно сухой и очень разреженный. Очень разреженный марсианский воздух, подобно глубокому вакууму, является плохим проводником тепла (хорошим теплоизолятором), что помогает растениям (в отличие от плотной атмосферы Земли) защититься от низких и очень низких температур.
Наконец, необходимо учесть и то обстоятельство, что приспособиться к марсианскому тепловому режиму и даже к более мягкому, но подобному тепловому режиму (со средней суточной летней температурой ниже нуля градусов), могут далеко не тропические растения-великаны. К этим условиям могут приспособиться лишь очень низкорослые (распластанные) растения-подушечники и растения-пленочники (например, некий гибрид мха и лишайника) с очень медленным ростом и, следовательно, с очень слабой регенеративно-восстановительной способностью. Последнее же означает, что даже если бы на Земле параллельно с растениями теплого летнего климата (с круглосуточно положительной и тем более комфортно-круглосуточно-положительной температурой) зародились бы (где-то) и очень медленно растущие растения (им значительно труднее регенерировать, восстанавливаться, восполнять потери, размножаться) не очень сурового зимнего климата (со среднесуточно отрицательной температурой, но с регулярно слабоположительной максимальной дневной температурой), то, не имея способности достаточно быстро расти и регенерировать в летнее время (вряд ли активно, но медленно живущие в зимнем климате растения смогли бы переключаться на значительно более быстрый темп активной жизни в условиях земного летнего климата; они и летом продолжали бы расти лишь немного быстрее, чем зимой - иначе они не смогли бы жить в условиях зимнего климата), они были бы быстро уничтожены (съедены, затоптаны, лишены света - затенены, отравлены, сожжены при пожарах, затоплены при наводнениях и т. д.) более быстрорастущими и быстрее размножающимися живыми организмами земного летнего климата или какими-либо быстротечными неблагоприятными факторами (при разного рода катастрофах, в том числе глобальных, которых на Земле было много) неживой природы.
С учетом же того, что для приспособления некоторых растений к климату марсианского типа требуется безконкурентная и длительная приспособительная эволюция, такого рода растения тем более не могли появиться на Земле, почти всегда имевшей и имеющей плотную, теплую и очень влажную атмосферу с очень большим содержанием кислорода.
Не приводя обширных рассуждений и фактов-аргументов (которые мог бы привести, но объем этого текста и так уже немалый), отмечу, что почти полная и даже полная (в отдельных местах) стерильность сухих долин Антарктиды не может рассматриваться в качестве серьезного аргумента (тем более доказательства) в подтверждение мнения о невозможности существования некоторых и ныне активно живых организмов на планете Марс, климат которого еще более суров, чем в Антарктиде (да, более суров, но:).
![]() |
Весенние дюны в районе Южного полюса Марса. Снимок сделан 8 июня 2001 г. АМС Марс Глобал Сервейер. Ширина области ~ 1 км, свет из левого верхнего угла. |
На одной из фотографий поверхности Марса (очень высокого разрешения), полученных американской автоматической межпланетной станцией (АМС) 'Марс-Глобал-Сервейор' и опубликованной в статье Леонида Васильевича Ксанфомалити 'Влажный Марс' (смотрите журнал 'В мире науки', ? 6 за 2003 год) видны близко друг к другу расположенные (параллельно) два необычных широких темных шлейфа на внутреннем склоне одного из кратеров. По высказыванию Л. В. Ксанфомалити, в земных условиях такое потемнение может приобретать насыщенный водой (мокрый) грунт, а на Марсе эти шлейфы вроде бы оставлены (сравнительно недавно) излившейся наружу артезианской (глубинной) водой. Но ведь грунт в этих шлейфах давно сух и даже изначально (в момент излияния воды) не мог быть мокрым (в очень разреженной и очень холодной атмосфере Марса это невозможно), поэтому грунт в этих шлейфах должен быть светлым. И это не дюнные поля. С чем же это связано ?
Это может быть связано с произрастанием здесь растений-пленочников над руслом недавно излившейся воды (над еще не успевшим испариться-сублимировать неглубоко залегающим льдом, ранее просочившейся в рыхлый грунт и замерзшей воды), но может быть связано и с потоками нефти. Наличие месторождений нефти на Марсе очень вероятно. Сама же нефть может быть пищей для некоторых глубинных микроорганизмов.
В газете же 'Тайны ХХ века', ? 9 за 2002 год, стр. 8 имеется статья журналиста Геннадия Лисова 'Новые загадки Марса'. В этой статье приведено несколько необычных (загадочных) черно-белых фотографий поверхности Марса, на двух из которых (если они не сфальсифицированы) видно нечто такое, что является очень серьезным (веским) подтверждением факта наличия на Марсе растительной жизни.
На одной из них виден участок дна одного из марсианских кратеров, покрытый многочисленными загадочными темными пятнами различных размеров, но без острых углов. При наступлении лета эти пятна увеличиваются в размерах. –> Именно так и должны выглядеть участки поверхности Марса покрытые растительностью, если смотреть на них с низкой орбиты искусственного спутника Марса, а увеличение размеров этих пятен в весенне-летний период еще более наглядно говорит в пользу их биологической природы. Дать этому какое-либо другое научно-обоснованное и непротиворечивое объяснение не представляется возможным.
На другой из них видно нечто похожее на кочкообразно-круглой формы растения. Вот только даже меня сильно смущают гигантские размеры этих предполагаемых растений. С учетом того, что наилучшая разрешающая способность фотоснимков вышеотмеченной АМС составляет лишь около одного метра, размеры этих растений должны составлять многие десятки метров! Впрочем, вероятно, что это не отдельные целостные растения, а колонии тесно соприкасающихся друг с другом многих отдельных растений. –> Важно отметить, что как форма, так и просматриваемая структура этих предполагаемых растений хорошо соответствуют той форме и той структуре, которые и следует ожидать для марсианских растений. Это действительно распластанные по поверхности Марса растения-подушечники.
Вместе с тем сильно разочаровывает отсутствие указаний на масштаб этих фотоснимков, отсутствие указаний на хотя бы приблизительные координаты (месторасположение) заснятых участков поверхности Марса, а также то, что на отмеченных двух фотоснимках не видно марсианского грунта (отмеченные детали окружены чем-то белым и никаких других деталей, например мелких кратеров, не видно). Поэтому не исключено, что эти 'фотографии' являются фальсификацией.
И так далее. –> И это далеко не все. На эту тему мог бы написать еще очень много. В частности, мои критические замечания по содержанию книги Нормана Хоровица 'Поиски жизни в Солнечной системе', Москва, 1988 г. (в дополнение к уже приведенным) и по содержанию других книг, статей и отдельных слишком поспешных (не имеющих серьезных оснований) высказываний.
К теме вышеизложенного имеет прямое отношение очень древнее (например, у шумеров) изречение: 'Везде, где есть вода, есть жизнь'. –> Точнее: 'Везде, где есть жидкая вода, есть жизнь'.
Кроме этого очень интересен следующий фрагмент вышеотмеченной статьи газеты 'Тайны ХХ века' :
'Появились новые снимки поверхности Красной планеты, которые резко перевесили чашу весов в пользу существования на этом небесном теле, по крайней мере, растительной жизни. Этот факт подтвердил в своей лекции 6 июня 2001 года писатель-фантаст Артур Кларк. Он сказал: 'Я совершенно серьезно утверждаю, что новые снимки Марса свидетельствуют о происходящих на этой планете сезонных изменениях, несомненно обусловленных наличием на ней растительности!'
–> В более раннее время (с 1964 г. по ~ 2001 г.) утвердившееся апломбно-жесткое (без тени сомнения!) мнение в абсолютной биологической безжизненности Марса, в последнее время ( ~ с 2001 года) существенно смягчилось (еще не признавая факта наличия на Марсе растительной жизни, наличие таковой кое-кем из еще недавних абсолютных скептиков уже допускается). По-видимому, к этому былых скептиков-догматов побудили новые снимки поверхности Марса. Однако сила предубежденности настолько велика, что, во-первых, вопреки фактам (!) по-прежнему цепляются за пресловутые небиологические объяснения (на необоснованно-голословном уровне) сезонных явлений в темных областях Марса (несмотря на то, что сколько-нибудь научно убедительных и, следовательно, серьезных такого рода объяснений, по-видимому, нет) и, во-вторых, по-прежнему игнорируют более широкие приспособительные возможности (в некоторых особых случаях, в частности на Марсе) растений и очень слабо надеются найти и ищут на Марсе не растения, а злополучных микробов. Искать же на Марсе следовало и следует не микроорганизмы, а, прежде всего, многоклеточные растения, достаточно больших размеров, чтобы их можно было увидеть без помощи микроскопа (невооруженным глазом).
28 июня 2003 года
P. S. 2
В связи с вышеизложенным важно отметить и такой загадочный факт как то, что, вопреки некоторым утверждениям (по-видимому, научно необоснованным; мол возраст марсианских долин Нергал и Нанеди составляет более одного миллиарда лет и т. п.), все очень малочисленные (их не тысячи и не более десяти тысяч, как утверждали некоторые, а всего лишь несколько десятков или, с очень большой натяжкой, несколько сотен) ныне сухие марсианские долины, образованные потоками воды, имеют очень свежий (молодой) вид. Сравнительно небольшой возраст этих долин (вероятно, не старше 100 - 200 миллионов лет или даже еще меньше) следует не столько из их свежего (молодого) вида (пологие неровности рельефа разрушаются ветровой - пыле-песчаной – эрозией очень медленно - тем медленнее, чем положе неровность), сколько из того, что на них нет или почти нет наложенных (более молодых) метеоритных кратеров (даже малых размеров). К тому же склоны многих из этих долин и образованных ими 'островов' весьма крутые (не очень пологие).
С другой стороны такого рода (далеко не речные) долины должны были возникать на Марсе не одновременно или почти одновременно и не лишь начиная с какого-то одного сравнительно недавнего момента времени (мощные прорывы больших масс подземной воды способны образовать такого рода долины и в условиях современного климата Марса; значительно более плотная и более теплая атмосфера для этого не обязательна!), а в течение почти всей геологической истории Марса, начиная с момента образования подземных (грунтовых) вод, то есть и около четырех миллиардов лет назад, и даже в современное нам время. Почему же на Марсе нет очень древних такого рода долин, то есть с значительно разрушенными склонами, с наложенными крупными метеоритными кратерами и с хотя бы частично полностью засыпанным осадочными отложениями и (или) заполненным лавой вулканов руслом?
Возможны лишь два варианта ответа на этот вопрос. Или даже столь разреженная атмосфера и столь сравнительно небольшое (в сравнении с Землей) количество воды возникли на Марсе сравнительно недавно (а еще раньше Марс и вовсе был лишен или почти лишен атмосферы и воды), что по ряду причин (фактов) вряд ли соответствует действительности (против этого варианта говорит, например, близкий к земному изотопный состав газов его атмосферы), или вся или почти вся совокупность ныне наблюдаемых на Марсе марсианских кратеров (в том числе и самые крупные и сильно разрушенные из них) и весь или почти весь его рельеф вообще имеют сравнительно молодой возраст.
Если верен второй вариант ответа на этот вопрос, то разрешается вышеотмеченный парадокс, связанный с современным существованием на Марсе растительной жизни (вмешательства инопланетян уже не требуется). По этому варианту современное отсутствие на Марсе сухих русел истинных рек (образованных дождевой и талой, то есть атмосферной, водой и существовавших в не пересохшем виде не кратковременно, а в течение многих тысяч и миллионов лет) можно объяснить тем, что все действительно многочисленные (не десятки и сотни, а многие тысячи, как на Земле) истинно речные русла Марса были когда-то, причем сравнительно недавно, полностью разрушены (образно говоря, сметены с поверхности Марса) какими-то катастрофическими процессами. По-видимому, эти катастрофические процессы были связаны со сравнительно недавно начавшейся новой мощной метеоритно-астероидной бомбардировкой его поверхности, сбросившей с его поверхности не только значительную часть его грунта и полностью или почти полностью уничтожившего предшествующий рельеф Марса, но и сбросившей в космос почти всю некогда очень плотную (мощную) его атмосферу и большую часть его воды. Длилась же эпоха этой новой мощной метеоритно-астероидной бомбардировки Марса, разумеется, не несколько дней, лет или даже тысяч лет, а в течение, как минимум, нескольких миллионов лет, что и дало возможность некоторым из марсианских растений приспособиться к не слишком резко и быстро ухудшающимся природно-климатическим условиям на его поверхности (если рассматривать эти условия в целом по всей планете Марс, а не только в эпицентре или рядом с эпицентром удара того или другого крупного метеоритно-астероидного тела, падавших, как правило, с некоторым интервалом друг за другом).
В пользу второго варианта ответа на рассматриваемый вопрос говорит и тот факт, что из проведенных некоторыми учеными исследований следует вывод, что и в современную эпоху интенсивность бомбардировки планеты Земля (планеты Марс тем более:) сравнительно крупными метеоритно-астероидными телами не столь уж малая, как многим казалось и все еще кажется. В современную нам эпоху примерно один раз в 3000 лет на Землю падает метеорит, способный образовать кратер диаметром в 1 км. и более. Если бы такая же интенсивность метеоритно-астероидной бомбардировки планеты Марс, имеющей в ~ 3,54 раз меньшую площадь поверхности, была бы на протяжении последних трех миллиардов лет (а ведь по господствующему мнению в ранний период истории планеты Марс, как и Земли, эта бомбардировка должна быть значительно более интенсивной), то на его поверхности могло бы образоваться около 300 000 кратеров диаметром в 1 км и более. В настоящее же время на Марсе насчитывается лишь около 150 000 – 200 000 кратеров таких размеров и около 500 000 кратеров диаметром более 0,5 км, то есть около 300 000 - 350 000 кратеров диаметром в диапазоне от 0,5 км до 1 км. А на Луне, имеющей в ~ 3,8 раз меньшую площадь поверхности, чем у Марса, насчитывается (на фотографиях с космических аппаратов) более 200 000 кратеров диаметром более 0,6 км. Следовательно, или даже в современную эпоху интенсивность метеоритно-астероидной бомбардировки Земли и Марса значительно более интенсивна, чем была в глубокой древности, или от более древних (например, возрастом более 200 миллионов лет) метеоритных кратеров даже на Марсе (а на Земле тем более) ничего или почти ничего не осталось (они были полностью или почти полностью разрушены, стерты последующей эрозией).
Однако как в древности, так и в современную нам эпоху частота падения на Землю и Марс крупных и очень крупных метеоритов может быть далеко не равномерной - мы можем жить в период или в конце не очень долгого периода очередного повышения интенсивности метеоритно-астероидной бомбардировки. К тому же оценка современной частоты падения на Землю очень крупных метеоритов может оказаться существенно неточной (завышенной), а очень сходные между собой степень и характер кратерированности Меркурия, Луны и Марса не в пользу сравнительно молодого (в целом) возраста ныне наблюдаемого рельефа Марса.
Тем не менее, хотя одних лишь вышеприведенных аргументов (фактов и соображений) P. S. 2 недостаточно для убедительного доказательства возможности существования на Марсе в очень глубокой и даже в не очень глубокой древности очень плотной и теплой атмосферы и достаточно большого количества поверхностной жидкой воды, чтобы на нем могла возникнуть и успеть развиться достаточно высокоразвитая жизнь (не только микроорганизмы), эти аргументы достаточно весомы (серьезных оснований отбрасывать их как полностью ошибочные нет; в какой-то степени они могут соответствовать истине, могут быть хотя бы частично верными), чтобы сама возможность последнего была не равной нулю. Возможность или невозможность наличия на Марсе когда-то в прошлом комфортных условий для возникновения и последующего развития (до высокоразвитых форм) жизни остается под вопросом.
Приспособиться же к нынешним очень суровым природно-климатическим условиям на Марсе (более суровым, чем в Антарктиде) некоторые из растений (повторяю) смогли бы.
Необходимы новые исследования этой в любом случае очень интересной планеты.
В заключение приведу пять фрагмента вышеотмеченной книги Кронида Аркадьевича Любарского 'Очерки по астробиологии', Москва, 1962 г.
Стр. 49. Установлено, что клетки с малым содержанием воды более устойчивы к охлаждению. Марсианские же организмы, вне всякого сомнения, содержат крайне малое количество воды. Причиной устойчивости таких организмов является малая гидратация биоколлоидов протоплазмы. Сама протоплазма характеризуется значительной вязкостью и малой проницаемостью для электролитов. Она сжимается, отстает от стенок, вследствие чего образование льда в межклетниках не может ее повредить.
Кроме того, известен целый ряд физиологических и морфологических изменений, являющихся приспособительной реакцией организма на низкие температуры (увеличение содержания моносахаридов, образование подушечных форм роста и т. д.).
Наконец, можно заметить, что для растения важна не столько наружная температура, сколько внутренняя температура листа. Последняя же, как показали тщательные исследования Аскенази, Клама, Блекмана и др. [ 60 ] зачастую бывает значительно выше наружной температуры; зарегистрированные разности температур 'растение - воздух' колеблются от +1 њC до +22 њC (например, у Opuntia +22 њC, Fuchsia speciosa +13 њC, Syringa vulgaris +16 њC, Prunus laurocerasus +16 њC и т. д.)
При не очень низких отрицательных температурах приспособленные организмы могут не только выживать, но и продолжать функционировать (активно). Если имеет место переохлаждение внутриклеточной жидкости (без образования кристаллов льда), то все основные процессы продолжаются (например, фотосинтез возможен даже при -40 њС). В опытах Смарта [ 59 ] 21 вид бактерий в течение года размножался при -8,9 њС, хотя культуральная среда замерзала. Красная водоросль Sphaerella nivalis способна расти даже при -34 њС. У крыжовника отмечено наличие делящихся клеток при -40 њС. Элерс показал, что многие хвойные растения сохраняют свою фотосинтетическую активность почти всю зиму. С ним согласны Иванов и Орлова, наблюдавшие фотосинтез у сосны при -7 њС, Фриланд - у пинии при -6 њС. Вацбург установил, что клетки хлореллы не теряют фотосинтетической способности при их погружении в жидкий воздух на несколько часов. У растений, адаптированных к холоду, оптимум фотосинтеза часто лежит ниже нуля, так что даже небольшие положительные температуры действуют на фотосинтез подавляюще. Согласно Хенриги, например, температурный оптимум фотосинтеза у высокогорных лишайников лежит у -20 њС [ 17 ] . Эти поразительные результаты связаны с тем обстоятельством, что ферменты сохраняют активность при низких температурах. Согласно Сайеру и Джозефсону липаза активна при - 24,5 њС, инвертаза при -18 њС. Макфадайен и Роуланд наблюдали сохранение активности ферментов в жидком воздухе и в жидком водороде [ 55 ] .
Поскольку на Марсе в период вегетации температуры сравнительно высоки (и во всяком случае положительные), то на основании изложенного нет никакого сомнения, что температурный режим Марса находится внутри границ жизни.
Стр. 53. Что касается жесткой космической радиации, то ее действие на организмы находится в полном соответствии с законом Арндта-Шульце (малые дозы раздражителя стимулируют жизнедеятельность, сильные - подавляют). Согласно многочисленным опытам, доза ионизирующего излучения в 100 - 200 р (Рентген) не только не подавляет, но даже стимулирует жизнедеятельность растительности.
В опытах Л. П. Бреславец [ 9 ] , наиболее аккуратных и систематических, доза, при которой достигалась максимальная стимуляция, колебалась от 700 до 1000 р.
Стр. 58. Наконец, меняется и поляризация 'морей'. В то время как светлые области не меняют своей поляризующей способности, поляризация темных областей обнаруживает ярко выраженные сезонные колебания (см. 26).
Стр. 68, 69. Есть основания предполагать, что фотосинтез на Марсе был весьма активен в прошлом. Об этом говорит то обстоятельство, что цвет поверхности Марса обусловлен, как указывалось, хромофором Fe +3 , что говорит о сильной окислительной обстановке в прошлом. Если учесть, что атмосферный кислород биогенного происхождения, то придется признать, что в прошлом растительность обильно его выделяла.
Стр. 96. То, что и на Земле температура растительности далеко не всегда ниже температуры соседней голой почвы, иллюстрируется следующей выборкой из большого ряда аналогичных наблюдений Д. Н. Кашкарова и его сотрудников в холодной пустыне Центрального Тянь-Шаня (то есть в условиях сухости и низких температур) под рядом организмов, преимущественно подушечных форм [33].
Объект |
Т њС |
Объект |
Т њС |
Подушка Sibbaldia tetrandra |
+ 19 |
Голая почва |
+ 8,5 |
Подушка Sibbaldia tetrandra |
+ 23 |
Голая почва |
+ 16 |
Подушка Sibbaldia tetrandia |
+ 18 |
Голая почва |
+ 13 |
Куст сирени |
+ 14,5 |
Голая почва |
+ 8 |
Под подушкой эдельвейса (на глубине 15 см.) |
+ 18 |
Голая почва (на той же глубине) |
+ 12 |
И эти наблюдения относятся к объектам еще заметно транспирирующим!
К сожалению, преимущественно ржаво-оранжевый цвет поверхности Марса нельзя рассматривать в качестве следствия и убедительного доказательства наличия у него когда-то в прошлом сильно окислительной обстановки, то есть плотной атмосферы с большим содержанием кислорода, так как и в современную нам эпоху окислительная способность его атмосферы достаточно велика для этого. В отличие от Земли, последнему способствует тот факт, что озон и даже атомарный кислород (они обладают очень сильной окислительной способностью - более сильной, чем у молекулярного кислорода) в достаточном для этого количестве образуются и существуют (содержатся) не только в верхних слоях современной атмосферы Марса, но и непосредственно возле его поверхности.
Однако если бы в современную нам эпоху на Марсе не было растительности, содержание кислорода в его атмосфере было бы, как минимум, в 30-105 раз меньшим (по самым точным последним данным в атмосфере биологически мертвой Венеры О2 в ~ 15 раз меньше, чем СО, а на Марсе О2 в ~ 2-7 раз больше, чем СО) и тогда окислительная способность его атмосферы была бы вряд ли достаточно большой, чтобы придать марсианской поверхности вышеотмеченный ржаво-оранжевый цвет. С другой стороны вполне допустимо и возможно, что к наблюдаемому цвету поверхности Марса причастен и кислород некогда значительно более плотной его атмосферы (древней атмосферы), содержавшей во много раз более значительное абсолютное и относительное количество кислорода, чем в современную нам эпоху. Последний вариант представляется наиболее вероятным, то есть могло сочетаться и, по-видимому, сочеталось и то, и другое.
6 марта 2004 года
P. S. 3
Кроме вышеизложенного считаю необходимым добавить, что ранее отмечавшийся бледно-розовый (или бледно-оранжевый) цвет неба Марса был таковым из-за сильной запыленности атмосферы Марса в момент наблюдений и лишь вблизи горизонта. А ближе к зениту его небо существенно темнеет и, как ни странно, приобретает зеленовато-голубой, голубой и синий оттенок, но фиолетовым, как утверждали ранее (до полета АМС 'Викинг-1' и 'Викинг-2'), и тем более настолько темным, чтобы даже днем можно было видеть наиболее яркие звезды, никогда не бывает (вероятно, за исключением самых высоких мест Марса, например, вершины горы Олимп). В условиях же минимального содержания пыли в атмосфере (прежде всего наиболее крупной, то есть при максимальном прояснении) и над не самыми низкими участками поверхности Марса (там, где атмосферное давление существенно меньше, чем в местах посадок спускаемых аппаратов АМС 'Викинг-1', 'Викинг-2' и 'Патфайндер') цвет марсианского неба возле линии горизонта может быть и, по-видимому, бывает зеленовато-голубым или голубым, а в зените синим или темно-синим. Необычно зеленовато-голубой цвет марсианского неба виден, кстати, на одной из поздних фотографий поверхности и неба Марса (по-видимому, спустя много дней после ближайшей предшествующей пылевой бури), переданных спускаемым аппаратом АМС 'Викинг-1' (смотрите фото 32 книги Л. В. Ксанфомалити 'Парад планет', Москва, 1997 г.).
Возможность голубого цвета марсианского неба, несмотря на очень разреженную атмосферу, вытекает из того обстоятельства, что, во-первых, степень рассеяния света газами атмосферы зависит не столько от плотности атмосферы, сколько от удельной полной массы атмосферы вдоль луча зрения и протяженности (толщины) атмосферы и, во-вторых, наиболее мелкая (мельчайшая) пыль, которой в атмосфере Марса значительно больше, чем в атмосфере Земли, обладает свойством рассеивать свет по тому же закону, что и молекулы газов, причем с значительно большей интенсивностью, благодаря чему сильная разреженность марсианской атмосферы существенно скомпенсирована (имею в виду ее рассеивающие свет свойства, а не что-либо еще).
Имейте в виду, что до 1964 года на основании исследований способности марсианской атмосферы рассеивать солнечный свет (фотометрические и поляриметрический методы) атмосферное давление на поверхности Марса многими исследователями оценивалось в ~ 80-120 миллибар (чаще всего и наиболее надежно в ~ 87 мбар), что лишь в ~ 11,5 раз меньше атмосферного давления на Земле и что, с учетом в ~ 2,6 раз меньшей силы тяжести, чем на Земле, соответствует лишь в ~ 4,5 раз меньшей, чем на Земле массе столба атмосферы Марса над единицей площади его поверхности (примерно такая же масса столба земной атмосферы имеется на высоте полета пассажирских самолетов, то есть на высоте 10-12 км, где небо почти столь же голубое, как и возле поверхности Земли). В направлении же вдоль луча зрения, проходящего возле линии горизонта, масса столба атмосферы примерно в 20 раз больше, чем масса столба атмосферы вдоль луча зрения, направленного в зенит (однако, как правило, безоблачное небо Земли голубое как возле горизонта, так и в направлении зенита).
Поэтому вряд ли голубой цвет неба Марса (тем более не в зените, а возле горизонта), получившийся на первом же цветном фотоснимке, переданном со спускаемого аппарата АМС 'Opportunity' (в так называемом заливе Меридиана), был искусственным (неестественным), тем более умышленно сфальсифицированным, как это затем объявили российские комментаторы. С другой стороны, если цвет неба Марса на этом фотоснимке (на первой цветной фотопанораме вышеотмеченного спускаемого аппарата) получился реальным (не искаженным неправильным цветовосприятием фотопленки или нездорово-безумным умыслом руководства NASA ), то и цвет нижерасположенного ландшафта (поверхности) Марса на этом же фотоснимке (на первой цветной фотопанораме вышеотмеченного спускаемого аппарата) должен быть тоже реальным, а ведь он получился зеленым.
Настораживающе-странным (загадочным) фактом в пользу того, что спускаемый аппарат АМС 'Opportunity' действительно угодил в оазис с растительностью является последовавший после показа вышеотмеченной цветной фотопанорамы и односторонне-голословной критики со стороны российских ученых (специалисты NASA по отношению к ней молчали и до сих пор молчат) ничем не оправданный длительный (в несколько недель) перерыв в каком-либо сообщении с поверхности Марса. Возобновившиеся же в последнее время сообщения с поверхности Марса не менее странны: они очень редки (не чаще одного сообщения в неделю), очень кратки (всего в несколько слов и без каких-либо подробностей и комментария) и не содержат или почти не содержат сколько-нибудь по-настоящему новой и интересной информации, фотопанорам поверхности Марса, где был бы виден хотя бы небольшой краешек неба, уже не показывают, а то, что показывают на очень краткий миг лишь в черно-белом изображении и лишь вблизи от телефотометра (снимающей камеры и аппарата-вездехода), на ближнем плане (фотоснимков дальнего обзора не показывают).
Очень странно сообщение о поломке бура при попытке бурения одного из камней. Не понятно чем именно этот камень заинтересовал американских ученых, зачем вдруг понадобилось бурить этот камень, а не близлежащий достаточно мягкий (рыхлый) грунт и почему мог сломаться прочный бур без возникновения какого-либо сбоя-поломки в его приводе (на эти вопросы ответа нет).
Еще более странно сообщение об обнаружении возле спускаемого аппарата АМС 'Opportunity' желтовато-белого 'мартовского зайчика', причем именно там, где предполагается наличие оазиса растительности. Даже растительность на современном Марсе - это почти чудо, но многочисленные факты говорят, что она там есть, а с фактами надо считаться. Фактов же допускающих возможность существования на современном Марсе активно-подвижных форм жизни (каких-либо животных или насекомых) я не знаю (по-видимому, их нет) и поэтому очень сомневаюсь в наличии таких форм жизни. Очень сомнительно и то, что этот 'зайчик' - это какая-то отвалившаяся от посадочного аппарата деталь конструкции, почему-то способная хаотично и сравнительно часто перемещаться, вопреки слабо меняющему свое направление очень слабому марсианскому ветру. Этот 'зайчик' к тому же совсем не менял свою форму и направленность своих 'ушек' и выглядел как плоская детская картинка (трехмерной объемности не чувствуется). Наконец, желтовато-белый цвет этого 'зайчика' (но мне самому он показался чисто белым) на несомненно черно-белом фотоизображении ландшафта (похоже, что изображение 'зайчика' наложено на черно-белые фотоснимки марсианской поверхности или земной поверхности, если это полностью голливудский фототрюк) весьма далек от наиболее оптимальной окраски чудом возможных марсианских насекомых и едва ли может соответствовать цвету хотя бы какой-нибудь детали конструкции посадочного аппарата, которая к тому же не может быть настолько легкой, чтобы ее мог перемещать чрезвычайно слабый марсианский ветер (напоминаю: истинное среднее атмосферное давление на поверхности Марса равно не 1013 мбар, как на Земле, и не 87 мбар, а лишь ~ 5,4 мбар и, когда нет пылевой бури, скорости ветра на поверхности Марса незначительны). –> С большой вероятностью этот 'зайчик' - это , если не миниробот инопланетян, то самая настоящая фальсификация руководства NASA . Последнее подтверждает и сильно затянувшееся (на много дней) отсутствие сообщения о результатах обещанного последующего исследования природы этого 'зайчика' (что это такое?).
21 марта 2004 года
P. S. 4
После очередного длительного перерыва в каких-либо сообщениях с поверхности Марса, в понедельник 22-го марта 2004-го года в телепередаче 'Вести' (18 часов, канал 1) было сообщено, что в более поздней телепередаче 'Время' будет важное сообщение о сделанном американскими учеными крупном научном открытии на поверхности Марса в районе посадки аппарата 'Opportunity'. Но вместо обещанной новой (к тому же, как никогда ранее, важной) информации о Марсе в телепередаче 'Время' еще раз сообщили (причем лишь голыми словами) об обнаружении на Марсе следов былой жидкой воды и кристаллов современной твердой воды (льда) и показали черно-белую фотопанораму поверхности Марса, на которой были видны лишь едва заметная узкая полоска неба над очень ровной линией горизонта и след от колес вездехода и не было видно ни одного сколько-нибудь крупного камня.
По-видимому, вольно (с умыслом) или невольно российские тележурналисты и, вероятно, не только они подыгрывают руководству NASA в нездорово-безумной 'игре' под названием: 'наводить тень на плетень', - так как в этом сообщении не только отсутствует обещанная важная новая информация, но и вообще нет какой-либо новой информации, а показанная без какого-либо комментария черно-белая фотопанорама явно не из района посадки аппарата 'Opportunity', а из района посадки аппарата 'Спирит' (из кратера Гусев), ведь вышеупомянутый бур посадочного аппарата 'Opportunity' не мог сломаться в песке - в районе посадки аппарата 'Opportunity' должны быть крупные камни и другие, еще более крупные (в том числе скальные), неровности рельефа.
Многое говорит о том, что нечто действительно очень важное о Марсе руководство NASA все еще не решается откровенно сообщить, то есть без витиеватой казуистики и без нездорово-безумных фальсификаций-шуток.
Кстати, в этот день о злополучном мартовском 'зайчике' опять-таки не вспомнили. А ведь уже давно было обещано сообщить результаты дальнейшего более тщательного исследования природы этого 'зайчика' (что это такое?).
На опубликованной в мартовском номере журнала 'Новости космонавтики' цветной фотопанораме места посадки аппарата 'Opportunity ' (впервые ознакомился с содержанием этого журнала 30 марта 2004-го года) цвет неба не голубой, а бледно-оранжевый и нижерасположенный ландшафт не зеленый, а красно-коричневый (вблизи от аппарата) и загадочно серый (поодаль от аппарата до самого горизонта). При этом частично детали конструкции самого посадочного аппарата подозрительно оранжевые, что является одной из причин (далеко не единственной) усматривать в этом искажение реальной цветовой окраски неба и нижерасположенного ландшафта. Если реальный (истинный) цвет неба в этом месте и в это время голубой или зеленовато-голубой, то часть ландшафта, которая выглядит загадочно серой, может оказаться зеленой.
Интересно, каковы вблизи вид и структура серых (или, вероятно, зеленых) участков ландшафта и чем являются красно-коричневые участки ландшафта? Если последние состоят из песка, как утверждается в соответствующей статье этого журнала, то из чего состоит поверхность серых (или, вероятно, зеленых) участков ландшафта, которые не могут быть обнажениями скальных пород (такие светлого оттенка-цвета обнажения реально имеются в верхней половине средней части цветной фотопанорамы аппарата 'Opportunity')? Даже если видимые на этой цветной фотопанораме серые участки поверхности действительно серые, а не зеленые, они явно состоят из другого материала, чем красно-коричневые участки, но если это не песок и не скальные породы, то что же это? Граница между красно-коричневыми и серыми участками поверхности везде загадочно резкая, то есть без плавного перехода, без промежуточных оттенков. К тому же ни на одной другой цветной фотопанораме из переданных от других спускаемых аппаратов (в том числе и на цветной фотопанораме, переданной аппаратом 'Спирит') такого рода загадочно серой поверхности нет вообще. Загадочны и округлой формы пятна-острова красно-коричневого цвета (покрыты песком) среди преобладающей серой (или все-таки зеленой?) поверхности.
Кроме растений-подушечников второй наиболее вероятной формой растений на современном Марсе являются растения-пленочники, которые, вероятно, и покрывают такого рода (как в этом месте) серые (или зеленые?) участки марсианской поверхности. А под этой (зеленой?) пленкой располагается обычный красновато-оранжевый преимущественно песчаный (частично скальный и/или каменистый) грунт.
31 марта 2004 года
С другими работами инженера В.В. Степанова (о космических транспортных системах) можно ознакомиться здесь.